Всем привет, дорогие друзья! Мы знаем «Собачье сердце» почти наизусть. «Абырвалг», «Шариков - образина пролетарского происхождения», «Не читайте до обеда советских газет» - эти фразы давно стали народными.
А вот что происходило за кадром мы и не догадываемся.
Профессора Преображенского мог сыграть Михаил Ульянов. Шарикова - Николай Караченцов. А пса Шарика - служебная собака милиции, которая боялась только одного - уколов.
Фильм не просто вышел - он получил Госпремию, но сначала его назвали «безвкусной дрянью» и требовали запретить.
Евстигнеев против Ульянова и Броневого: как нашли профессора
На роль профессора Преображенского пробовались Юрий Яковлев, Михаил Ульянов, Леонид Броневой, Владислав Стржельчик, Вячеслав Тихонов и Кирилл Лавров.
Все играли великолепно, но когда на пробы пришел Евгений Евстигнеев - режиссер Владимир Бортко понял: это он.
Цитата Бортко: «В нем была, кроме гениальной игры, проникновенность, которой недоставало другим».
Евстигнеев переживал сложный период: после болезнь он попросил худрука МХАТа Олега Ефремова не занимать его в новых спектаклях, а тот сгоряча ответил: «Так иди на пенсию!». Актер был ранен, но «Собачье сердце» его буквально спасло.
Сам Евстигнеев позже признавался: это лучшая роль в его карьере.
И мы уж молчим о том, что актер согласился сниматься только по выходным - из-за театральных обязательств. И режиссер перекроил весь съемочный план.
«Толоконников поразил меня совершенно»: как нашли Шарикова
Дольше всего искали Шарикова. Во все киностудии разослали телеграммы с просьбой прислать фото самых неказистых актеров: нужен был мужчина с низким лбом, оттопыренными ушами и крупными зубами. Словом, чтобы был похож на собаку.
Пробовались Николай Караченцов, Алексей Жарков, Валерий Носик, но Бортко их отверг: зритель видел бы в них не персонажа, а известных актеров.
И тут в руки режиссеру попало фото актера из Алма-Аты Владимира Толоконникова, абсолютно неизвестного.
На пробах Толоконников разыгрывал сцену с водкой: «Желаю, чтобы все!». Бортко вспоминал: «Он так убедительно гмыкнул, хэкнул, так удивительно пропутешествовал глоток по его шее, так хищно дернулся кадык, что я утвердил его немедленно». Толоконников отдавался работе всецело.
А еще именно Толоконников вдохновил Бортко на добавление частушек в фильм. Режиссер увидел, как лихо артист отплясывает в перерыве - и попросил Юлия Кима написать текст.
Что характерно, интеллигентнейший человек в жизни сыграл хама и подлеца. И сыграл так, что поверили все.
Пес Карай: милиционер с 38 задержаниями
Собаку Шарика выбирали из 20 претендентов. Решающим аргументом стала внешность: одно ухо стояло, другое висело.
Карай служил в милиции, и на его счету было 38 задержаний. Режиссер говорил о нем: «Этот пёс только не говорил по-французски. Я его ставил в пример другим актёрам».
Проблема: у Карая гладкая шерсть, а булгаковский Шарик лохматый. Пса обмазывали желатином и крахмалом, на боку рисовали ожог красной краской. Хозяйка вспоминала: «Я его потом еле отмыла от желатина». Прохожие шарахались от собаки в «боевой раскраске».
На съемках Карай ничего не боялся: ни софитов, ни ветродуя. Кроме… уколов. Увидев шприц, пес устроил погром. Но в кадре это сыграло на руку, ведь Шариков боится уколов .
Колбасу Карай ловил на лету, но к десятому дублю уже воротил нос. Полукопченая колбаса была слишком соленой, и пес бежал к ведру с водой.
Ленинград в роли Москвы и комедия для смеха в кадре
Москву 1920-х годов в фильме сыграл… Ленинград. Улицы Северной столицы сохранили дореволюционный колорит лучше, чем Москва .
Встреча Шарика с профессором на Пречистенке снималась на Боровой улице. Обухов переулок, где располагался дом профессора, «сыграла» Моховая улица .
Сцену, где Борменталь посещает кино, снимали в одном из ленинградских кинотеатров. Чтобы актеры-зрители смеялись в кадре, им на экране демонстрировали комедию Юрия Мамина «Праздник Нептуна» .
Оно ясно, что без Ленинграда фильм не получился бы таким атмосферным. Спасибо городу, который сохранил старый Петербург.
«Такого ужаса не снимали»: как фильм закидали помидорами
Сразу после премьеры 19 ноября 1988 года критики разнесли картину в пух и прах.
Бортко вспоминал: «Это надо было почитать… "Такого ужаса, как "Собачье сердце", никто отродясь не снимал» .
Расстроенный Толоконников позвонил режиссеру: «За что нас так? Где мы недоработали?» Бортко ответил: «Подожди, время рассудит».
И время рассудило. Фильм получил Гран-при на фестивале Prix Italia в Перудже, «Золотой экран» в Варшаве, а через два года Бортко и Евстигнееву вручили Государственную премию РСФСР .
Обидно, что критики не разглядели гениальность сразу, но, как говорится, «собака лает - караван идет».
Колокольчик в шкафу и другие забавные ляпы
У фильма, как и у любой картины, есть свои забавные нестыковки.
В сцене общения профессора с Шариковым на столе стоит колокольчик для вызова прислуги. В начале эпизода он на столе, потом, неожиданно перемещается в шкаф. Никто из героев не вставал и не мог его туда перенести.
Еще один ляп: когда профессор пишет на стекле «Абырвалг» и стирает тряпкой, надпись меняет свой шрифт и размер между кадрами.
Что характерно, даже с этими мелочами фильм остается гениальным. Какая разница, где колокольчик, если «абырвалг» мы помним наизусть?
Судьба Толоконникова: «Пока этот фильм смотрят, я буду жив!»
После выхода фильма актер проснулся знаменитым, но не всегда это было в радость. На улице его окликали: «О, Шариков идет!», не пытаясь узнать настоящее имя .
Сам Толоконников не очень любил, когда его ассоциировали с отрицательным персонажем. Хотя именно эта роль стала для него визитной карточкой.
Актер любил говорить в интервью: «Пока этот фильм смотрят, я буду жив!».
Он прожил еще 27 лет после премьеры, снимался в кино, служил в театре, строил дом, растил сыновей. И всегда с благодарностью вспоминал «Собачье сердце».
И мы уж молчим о том, что он так и не переехал в Москву, остался в родной Алма-Ате. Говорил: «Это же моя родина, я с детства среди казахов».
«Собачье сердце» - фильм о том, что эксперименты над природой добром не кончаются. О том, что «разруха не в клозетах, а в головах». О том, что иногда собаке лучше оставаться собакой.
Его хотели запретить. Критики требовали навсегда убрать с экранов. А он жив. И будет жить, пока мы помним фразы «абырвалг» и «не читайте до обеда советских газет».
Спасибо Евстигнееву, который играл только по выходным. Толоконникову, который повалил шкаф и доиграл сцену с травмой. Караю, который боялся только уколов. И Бортко, который не послушал критиков.
P.S. Друзья, а вы замечали колокольчик в шкафу? Какой эпизод фильма считаете самым сильным? Делитесь в комментариях - интересно же сравнить впечатления. Читайте также мои статьи: