Тишину раннего утра бесцеремонно разрезал резкий звонок. Я вздрогнула, с трудом разлепила веки и наугад похлопала рукой по тумбочке, пытаясь нащупать телефон. Экран мигнул и высветил имя, от которого сон как рукой сняло: «Тетя Рая».
Внутри всё неприятно ёкнуло. После той памятной ссоры на дедушкином юбилее мы не общались больше года — тогда наговорили друг другу лишнего, и остался неприятный осадок.
— Алло… — прохрипела я, пытаясь привести в порядок голос, который меня никак не слушался спросонья.
— Анечка! Родная, только не клади трубку, умоляю! — голос тети Раи звучал на удивление вкрадчиво и даже как-то заискивающе, что совсем на неё не походило. — Я знаю, мы с тобой… ну, не очень хорошо расстались. Но тут такое дело: мы с дядей Колей через неделю будем проездом в Москве. Выручишь? Можно нам у тебя погостить пару дней?
Я рывком села на кровати, окончательно проснувшись. Мне сразу вспомнилась наша последняя встреча и лицо тёти Раи, когда она начала неприятный разговор в разгаре праздничного застолья.
— Ну и когда мы уже на свадьбе погуляем? — её голос тогда буквально гремел на весь зал, перекрывая звон тарелок. — Анька, опомнись! В твои-то годы я уже двоих по садикам разводила, а ты всё «невеста на выданье». Карьеру она строит, понимаешь ли! Эгоистка чистой воды. Ты хоть подумай: бабушка так и не дождётся правнуков из-за твоего упрямства, так и помрёт, не понянчив!
— Тетя Рая… — я сглотнула, пытаясь унять дрожь в голосе. — Я больше не живу в Москве. Переехала.
— Как это — переехала?! — в трубке мгновенно прорезались те самые властные нотки, от которых мне всегда хотелось съежиться. — Куда еще тебя понесло?
— В Ярославль. Уже три месяца как.
На том конце провода повисла тяжелая, гулкая тишина. Я почти физически чувствовала, как в тёте «закипает» возмущение.
— И ты молчала? Решила от родной тетки спрятаться? — голос Раисы набирал силу. — Мать-то хоть в курсе твоих бегов?
— Конечно, мама знает, — я почувствовала в горле колючий ком. — Я не сбегала. Просто… мне нужно было начать всё с чистого листа.
— Ага, «чистый лист», понятно всё с тобой, — язвительно протянула тетя. — Ну, ничего страшного. Мы всё равно заедем! Мой Коля не против и в Ярославле побывать, да и Женька с Катькой по тебе соскучились…
— Тетя, нет! — я почти сорвалась на крик. — Я не могу вас принять. У меня… у меня сейчас гости.
— Какие еще такие гости?! Мы — родная кровь, Анька! Какие-то друзья тебе важнее семьи?
— Правда, не надо, — почти взмолилась я. — Квартира крохотная, я по уши в делах…
Я услышала, как она что-то громко и радостно выкрикивала дяде Коле, обсуждая новые планы. Похоже, она мне не поверила. Раздались короткие гудки. Связь оборвалась, оставив меня наедине с подступающей паникой.
Вся следующая неделя превратилась для меня в одно сплошное тревожное ожидание. Я понимала: если тетя Рая вбила себе что-то в голову, ее не остановит даже здравый смысл. Смартфон то и дело вибрировал от звонков, но я просто смотрела на светящийся экран, не в силах нажать «ответить».
Развязка наступила в субботу. В семь утра, когда город еще только просыпался, прилетело сообщение: «Мы у твоего подъезда. Выходи давай, поможешь сумки затащить».
Я похолодела. Куда они приехали, не зная нового адреса? В голове застучало: они в Москве у моей старой квартиры! Дрожащими пальцами, путаясь в буквах, я быстро набрала ответ: «Тетя, я же говорила — я в Ярославле! Меня нет в Москве!»
Минуту в телефоне стояла звенящая тишина, а потом разразился крик.
— Ты совесть имеешь, дура неблагодарная?! — голос тети Раи в трубке превратился в визг. — Мы тут как неприкаянные уже час под твоей дверью с баулами стоим! Совсем стыд потеряла?
В трубке раздался приглушенный грохот — похоже, тетя перешла к решительным действиям и начала просто выламывать дверь.
— Открывай немедленно! Знаю, что ты там затаилась, слышу же, как ходишь!
И вдруг крики оборвались. На заднем плане я услышала чужой, сонный и очень злой голос:
— Вы что себе позволяете?! Какая еще Аня? Я в этой квартире уже полгода живу!
— Как это — живете?.. — тетя Рая на секунду лишилась дара речи. — А племянница моя где? Аня?
— Понятия не имею! Еще раз тронете дверь — вызову полицию! — отрезал незнакомец.
Связь оборвалась коротким щелчком. Я медленно положила телефон и буквально сползла на кровать. Руки предательски дрожали. Я ясно видела эту картину: тетя Рая в боевой стойке посреди чужого подъезда, гора чемоданов, растерянный дядя Коля, пытающийся ее успокоить, и бедные Женька с Катькой, которые от стыда мечтают провалиться сквозь землю...
Я решилась включить телефон только к вечеру. Экран тут же вспыхнул, как новогодняя гирлянда: тридцать пропущенных от тети Раи, двадцать от мамы, бесконечная лента сообщений... Выдохнув, я первым делом набрала маму.
— Ну и спектакль ты устроила, Аня, — голос мамы звучал безжизненно и очень устало. — Раиса в полнейшей ярости. Кричит на всю квартиру, что ты их специально обманула, заманила в ловушку...
— Мам, но я же просила, я умоляла их не приезжать, — произнесла я тихо, но отчетливо. — Ты же сама видишь, как она меня... просто изводит.
Мама тяжело вздохнула в трубку:
— Знаю, дочка. Всё я знаю. Но они же семья, родная кровь...
— Мам, послушай, — я почувствовала, как внутри закипает странная уверенность. — Семья не должна обижать. Семья — это не те, кто бьет по больному. Я просто смертельно устала слушать, какая я «неправильная». Что мне пора замуж, пора рожать, пора похоронить карьеру... Я — это я. Со своими планами и своей жизнью. И это абсолютно нормально.
В трубке повисла тишина. Я уже приготовилась к новой порции нравоучений, но вдруг услышала совсем другое...ЧИТАТЬ дальше
Прямо сейчас читают следующие истории: