На этой неделе пять лет назад королевская семья потеряла покойного герцога Эдинбургского, принца Филиппа, который скончался в возрасте 99 лет.
Похороны, которые состоялись 17 апреля 2021 года в часовне Святого Георгия в Виндзорском замке, стали мрачным событием: принц Гарри вернулся в Великобританию, чтобы оплакивать своего дедушку; и это был первый раз, когда он воссоединился со своей бабушкой, а также с принцем и принцессой Уэльскими после громкого интервью Опры с Меган.
Но хотя массовым разногласиям было бы легко занять центральное место всего через год после «Мегксита», эксперт по языку тела рассказал, как Кейт обратила внимание на единство, выступив в поддержку Фирмы – в то время как ее обычная скала, Королева, оплакивала своего 73-летнего мужа.
«Когда лидер покидает группу, всегда наступает время, чтобы другой лидер быстро вмешался и помог заполнить пустоту», — сказала Джуди Джеймс Daily Mail.
— В королевской семье иерархия определяется порядком преемственности, но, как и в любой другой семье, у них есть более естественный властный ранг, а также помазанный, титульный.
«Хотя Филип женился на Фирме, он стал сильным, отцовским альфой, и его смерть создала разрыв в лидерстве.
«Королева была в глубоком трауре, и столь же обезумевший Чарльз, казалось, беспомощно наблюдал, как два его сына участвовали в гражданской войне, которая грозила расколом всей королевской семьи.
«Однако это было на похоронах Филиппа, когда язык тела и поведение Кейт внезапно, тихо, но драматично продемонстрировали перемену, намекающую на тенденцию к прорыву».
Джуди рассказала, что, когда члены королевской семьи собрались вместе, чтобы попрощаться с любимым родственником, Кейт была маяком стабильности среди горя.
«Ее визуальные сигналы внезапно намекнули, что именно ей хватило твердости и смелости сделать шаг вперед и взять на себя столь необходимый уровень контроля», — объяснила она.
«Мир наблюдал, как после окончания службы Кейт сначала утешила и поддержала плачущего Чарльза, а затем в одиночку отправилась пасти Уильяма и Гарри вместе, как королевская овчарка, пасущая двух обеспокоенных и колеблющихся овец».
Это был случай, когда тогдашняя герцогиня Кембриджская смогла показать, что «она была больше, чем просто безупречная королевская улыбка и «плюс один» для своего мужа».
«Фотография, сделанная во время ее прибытия на похороны, послужила толчком для более уверенной, матриархальной стороны будущей королевы», — продолжила Джуди.
«Поскольку ее рот скрыт маской Covid, внимание зрителя направлено на глаза Кейт.
«Кейт, сидящая в безукоризненно ухоженном траурном черном платье с жемчужными серьгами, на этой фотографии имеет необычайно сильное выражение глаз, демонстрирующее внутреннюю силу и уверенность, которые раньше были почти скрыты.
«На фотографии вы можете видеть, как вспышка камеры полностью отражается в ее зрачках, но Кейт смотрит прямо в камеру, не вздрагивая и не отводя взгляд, что свидетельствует о сильной целеустремленности».
Джуди сказала, что это был момент, когда доброжелатели, возможно, надеялись на примирение двух враждующих внуков Филиппа, но в результате принцесса сделала неожиданный шаг вперед.
«Пока мир ждал и наблюдал, надеясь, что смерть их дедушки может стать своего рода перемирием, вызванным горем между Уильямом и Гарри, вся служба закончилась без какого-либо намека на связь между ними», — объяснила она.
«Однако, когда члены королевской семьи уходили и возвращались на холм в более непринужденном построении, Кейт очень твердо и ловко взяла ситуацию под свой контроль.
«Ее сила в качестве посредника в перемирии исходила из того факта, что они с Гарри все еще были в дружеских отношениях, но невозможно было представить, что она не была эмоционально подстрекаема и мотивирована мыслью о желаниях их деда».
Джуди также заметила «несколько сигналов острой неловкости и беспокойства» со стороны Уильяма и Гарри.
«Уильям прибегает к своей фирменной технике «побега», отвлекая внимание любым подручным реквизитом», — поделилась она.
«Здесь он начинает с того, что смотрит вниз и возится со своей маской и своим боевым порядком. Мгновение спустя он хмурится, копаясь в карманах, не обращая внимания на тот факт, что его заблудший брат стоит рядом с ним.
«Здесь Гарри тоже охвачен тревогой, поправляя галстук автоконтактным самоуспокаивающим жестом, который также создает что-то вроде защитного барьера. Здесь нет никаких признаков того, что, предоставленные самим себе, эти двое мужчин добровольно пошли бы вместе и болтали».
И «вся эта настороженная неловкость полностью контрастирует с невербальным присутствием Кейт».
«Плечи Кейт расправлены, ее походка твердая и направленная, а руки свисают по бокам в жесте уверенности», — продолжила Джуди.
«Только что утешая плачущего Чарльза нежными объятиями, она явно намеревалась повести его сыновей к какому-то проявлению единения.
«Оставив мужа идти вперед, Кейт отступает и идет рядом с Гарри, используя несколько дружелюбных слов, чтобы твердо удержать его на месте рядом с Уильямом, как королевский буксир, направляющий два лайнера в док.
«Из ритуалов избегания Уильяма и Гарри становится ясно, что они бы разошлись, если бы Кейт не вмешалась и не взяла на себя твердую ответственность.
«Ритуалы отвлечения внимания Уильяма и то, как он все еще поправляет галстук, когда Гарри выстраивается в очередь, позволяют предположить, что этот образец хореографического великолепия — это идея Кейт.
«Последний шаг Кейт, пожалуй, самый острый. Подойдя так, что это, вероятно, порадовало бы и позабавило покойного дедушку двух принцев, Кейт отступает назад, чтобы позволить им прогуляться и поболтать наедине, вместо этого падая в ногу с очень обезумевшей Софи и, наконец, вытаскивая платок, чтобы вытереть собственные слезы и позволить себе на минутку тихого горя».