12 апреля, День космонавтики. Где-то запускают модели ракет, где-то показывают фильмы и сериалы про космос по телевизору. А я в этот день обычно включаю музыку.
Но не «Земля в иллюминаторе» (хотя её тоже люблю), а что-то, что пытается передать ощущение пустоты и бесконечности пространства. Раньше я искал такие треки у электронщиков-экспериментаторов. А в прошлом году впервые попросил нейросеть написать «космическую атмосферную музыку». Результат меня… напугал. И в хорошем смысле, и в тревожном.
Давайте честно: мы привыкли думать, что музыка ИИ — это бездушный конструктор. Но когда речь заходит о космосе, вдруг оказывается, что «бездушность» становится суперсилой. Сегодня разберёмся, как нейросети учатся звучать как Вселенная, почему человеку здесь иногда трудно тягаться с алгоритмами и при чём тут Гагарин.
Что мы знаем о космической музыке?
Для начала — короткая история из жизни. Мой друг Саша, звукорежиссёр, однажды получил заказ: написать музыку для павильона «Космос» на ВДНХ. Он две недели мучился: хотел создать не героический марш, а передать ощущение выхода в открытый космос. Тишину, которая давит. Свет далёких звёзд, который идёт годами. В итоге он нагнал нечёткое, плёночное шипение, добавил едва слышный пульс (имитацию работы скафандра) и длинные протяжные, гудящие ноты. Работа получилась сильной, но Саша признался: «Я всё равно подсознательно делал мелодию. Человек не может долго слушать хаос — мозг требует повторяющегося рисунка».
И это ключевое различие. Человек, даже когда пишет авангард, то ищет смысл и форму. Космические треки людей — это всегда проекция земных чувств: одиночество, восторг, страх. У Холста в «Планетах» Марс — агрессивный марш, Венера — нежная лирика. Гениально, но это же про нас, землян.
«Планеты» (англ. The Planets) — симфоническая сюита Густава Т. Холста, написанная в 1914—1916 годах. Каждая часть сюиты названа в честь одной из планет Солнечной Системы с соответствующим ей, по мнению композитора, астрологическим характером. С момента премьеры и по сей день сюита пользуется неизменной популярностью и влиянием, широко исполняется и часто записывается.
Что делает ИИ? Пример из моего эксперимента
В субботу (аккурат накануне Дня космонавтики) я залез в нейросеть Udio. Дал запрос: «Глубокий космос, атмосферная музыка, без ритма, без мелодии, только ощущение разреженной среды и случайных сигналов». Через минуту нейросеть выдала 3 варианта. Один я загрузил в наушники и лёг на диван, закрыв глаза.
Первые 30 секунд — ничего. Просто низкий гул. Потом откуда-то сверху возникает звук, похожий на лопнувшую струну. Он не затухает, а как бы рассыпается на микрочастицы. Дальше — тишина. Но не та тишина, которую мы знаем по паузам в музыке, а именно физическая: будто микрофон вынесли в открытый космос. И вдруг — короткий цифровой вздох. Нет, не вздох, а обрывок звука аппаратуры. И снова гул.
Я продрал глаза и переслушал. Там не было ни одного привычного элемента: ни тональности, ни ритма, ни даже тембра реального инструмента. Но ощущение космоса было в сто раз сильнее, чем в 90% человеческих треков на эту тему.
Так в чём же разница? Сравниваем по трём пунктам
1. Отношение к случайности.
Человек боится случайности. Даже техника случайной музыки французского композитора Булеза (одного из самых влиятельных композиторов-авангардистов) — это контролируемый хаос.
ИИ же плевать на это: он может сгенерировать полминуты абсолютно несвязанных звуковых событий, и они не покажутся ему «ошибкой». Для передачи космоса это идеально: в реальной Вселенной нет тактов, куплетов и припевов. Есть реликтовое излучение, есть всплески, есть молчание. ИИ это копирует легко, потому что сам по сути — статистическая машина.
2. Эмоциональный интеллект — слабость человека?
Звучит странно, но для космической музыки человеческие эмоции иногда — помеха. Когда композитор пишет «одиночество в космосе», он невольно романтизирует его. А нейросеть, если её правильно обучить, выдаст просто данные: пониженную плотность событий, большие интервалы между звуками, отсутствие гармонии. Получается более честная, документальная картина.
3. Восприятие времени.
Мы, люди, живём в интервале от секунды до жизни. А ИИ может смоделировать масштабы звёздных эпох. Я слышал трек, сгенерированный специально для симуляции полёта к Плутону: там один «звуковой жест» длился 4 минуты, потом 2 минуты абсолютной тишины, потом ещё один жест. Человеческий слух устаёт, мы бы нарезали это на куски. ИИ — нет. И это даёт эффект настоящего космического времени.
А что говорят музыканты? Ещё один пример из жизни
На днях я спросил у знакомого джазового пианиста (назовём его Миша): «Слушал бы ты музыку ИИ про космос?» Он скривился: «Это же суррогат». Я дал ему послушать тот самый трек из нейросети. Миша молчал минуту, потом сказал: «Ладно, тут нет фальши. Потому что нет попытки изобразить глубину. Она просто есть. Но я всё равно не подпишусь — меня это пугает».
Миша прав в одном: ИИ не испытывает благоговения перед звёздами. И в этом его сила. Человек, когда смотрит на ночное небо, либо поёт гимны, либо впадает в транс. Нейросеть же просто констатирует: «Вот распределение амплитуд во времени, соответствующее вашему запросу». И парадокс в том, что это констатирование оказывается ближе к реальному космосу, чем самые искренние баллады.
Где слабое место музыки ИИ?
Не буду хайповать: у нейросетей есть минусы. Они пока плохо умеют создавать долгте сюжетные линии. Если человек может написать 10-минутную симфонию с развитием, кульминацией и развязкой (как, скажем, «Так говорил Заратустра» Штрауса, которую Кубрик вставил в «Космическую одиссею»), то ИИ после 3-4 минут часто начинает повторяться или впадать в бессмыслицу. Ему сложно удержать драматургию — потому что у него нет идеи, ради которой он это делает. Он не знает, зачем Юрий Гагарин полетел. Он знает только, что в его данных такие полёты часто сопровождаются определённым звуковым рядом.
Поэтому мой личный вывод: идеальный космический саундтрек будущего — это гибрид. Человек задаёт архитектуру, историю, эмоциональные вехи, а ИИ заполняет «пустоты» между ними тем самым честным, нечеловеческим материалом. Представьте: вы слушаете 8-минутный трек, где вступление написано живым оркестром (человек), а середина — это сгенерированный гул, который постепенно распадается на атомы, и под конец снова вступает фортепиано. Это было бы мощно.
Друзья, мы с вами только в начале пути. Кто знает, может, через пару лет нейросеть напишет оперу «Гагарин», и она получит «Грэмми». А может, мы поймём, что самое ценное — это живая дрожь в голосе человека, который смотрит на звёзды.
Что думаете вы? Какую музыку о космосе вы бы послушали на 12 апреля — человеческую или ИИшную? Или тот самый трек «Трава у дома» всё ещё рулит? А может, у вас есть пример, когда нейросеть вас удивила или, наоборот, разочаровала?
Подписывайтесь на канал «Кто кого: музыка, созданная человеком или ИИ?» Пусть ваша музыка всегда звучит — откуда бы она ни взялась. 🚀🎧