Новая глава

Иногда, когда боль становилась совсем невыносимой, Ирина закрывала глаза и позволяла себе вернуться туда, в самое начало. В то время, когда воздух пах не сыростью и страхом, а мокрым асфальтом и надеждой. Это было её убежище, её личный храм памяти, где Александр был ещё жив.

Всё началось с приглашения на чай. Простая, ничего не значащая фраза, брошенная в разговоре. Но когда он согласился, внутри неё что-то дрогнуло. В тот вечер он пришёл к ней домой, уставший после долгой смены, но его глаза светились каким-то внутренним теплом.

Мы уселись за стол на крошечной кухне. Чайник кипел, наполняя комнату уютным гулом. Чашки сменяли друг друга — сначала одна, потом вторая, третья... Время растворилось в аромате бергамота и липового цвета. Четыре часа пролетели как четыре минуты. Мы говорили обо всём и ни о чём одновременно. Он умел слушать так, как никто другой: не перебивая, глядя прямо в душу, отчего казалось, что ты — самый интересный человек на свете.

Когда за окном сгустились сумерки, он взглянул на часы и виновато улыбнулся.— Мне пора. Уже поздно, а я выжат как лимон после этого дела... — он осёкся. — Прости. Я не должен жаловаться.— Нет-нет, всё в порядке, — ответила я, чувствуя, как щёки начинают гореть. — Мне было очень... хорошо.Он помолчал секунду, словно решаясь на что-то.— Тогда... может быть, когда у тебя будет время? Просто прогуляться? Без спешки. Я бы показал тебе город с другой стороны.

И я согласилась.