9 апреля кинопрокатная компания «Кино.Арт.Про» выпускает документальный фильм «Емельяненко» Валерии Гайа Германики (изначально «Гай» было ошибкой, когда Валерия Дудинская меняла имя в 16 лет). Это кино трудной судьбы, снятое в 2020-м и заранее ставшее культовым. Премьера прошла в 2023-м на Шанхайском фестивале, фильм отказывались брать стриминги и «Матч ТВ». Германика в отчаянии пыталась продать ленту на «Авито» за 50 млн рублей; «Емельяненко» не попал на фестиваль «Послание к человеку» в 2025-м, а в 2026-м он получил Премию им. Дзиги Вертова. Сложно поверить, что этот фильм все-таки получил прокатное удостоверение. На экране скандальный боец предстает во всей своей пугающей естественности — не как герой, а как мрачная иллюстрация распада личности. Кинопоиск уже подробно беседовал с Германикой, поэтому в этот раз мы решили дать слово герою фильма. На встречу к Александру отправился журналист и писатель, когда-то занимавшийся боксом и ныне занятый мирными делами в ДТ «Переделкино».
Александр Емельяненко
боец MMA
Денис Крюков
писатель, художник, главный редактор газеты «Перерыв» Дома творчества «Переделкино»
— Здравствуйте, Александр! Посмотрел я «Емельяненко». Большое впечатление.
— Здравствуйте. Я еще не видел.
— Ну, у вас всё впереди. Скажите, снять фильм — это же была идея Германики?
— Это Валерия все организовала и сняла.
— А она говорила, почему именно про вас решила снимать проект?
— Не говорила, мы этой темы не касались. Но я думаю, что она изучила просто мой богатый образ жизни. И решилась.
— Вы сразу согласились?
— Согласился сразу, без раздумий. Ну, мы с ней увиделись, обсудили какие-то мелкие моменты. Познакомились воочию, и всё. И сразу я решился сниматься в кино.
— И даже не пришлось вас убеждать?
— Не пришлось. У меня такого опыта не было. Мне интересно. И дальше хочу продолжить сниматься. Поэтому согласился сразу, без раздумий. Ну, не каждый день от такого режиссера, как Валерия Гайа Германика, поступают подобные предложения.
— А вы до этого про Германику слышали вообще?
— Слышал, но не был знаком. Знаком был с ее картинами.
— То есть видели ее работы?
— Да. Ну, еще у знакомых, кто кино любит, поинтересовался. Да-да, говорят, хорошая. И я согласился участвовать в ее фильме главным героем.
— А теперь уже какие-то старые ее фильмы посмотрели?
— Посмотрел. Вот у нее сейчас новое кино выходит, реклама идет. Сейчас у меня просто времени нету дома лечь перед экраном и посмотреть. То ли фильм, то ли сериал — могу ошибаться. Посмотрю обязательно.
— А вы много времени провели перед ее камерой?
— Очень много. По-моему, год снимала она. Разные ситуации. Я не помню сейчас по времени. И она неделю там снимает, а месяц я отдыхаю. Потом я куда-нибудь уезжаю, ее в курс ставлю, она едет со мной. Съемки продолжаются.
— Германика в кадре задает вашей маме вопрос, одинокий ли вы человек. Та говорит, что, конечно, нет. А вы как сами себя ощущаете?
— Я сейчас не ощущаю себя одиноким. Тут с какой стороны посмотреть на это. Если со стороны мамы, возможно, она не знает каких-то жизненных обстоятельств. Не звоню же я маме каждый раз: ой, мама, случилось это, случилось то. На тот период, может быть, ее комментарий был уместен. Вот звонит она мне: сыночка, как дела? Не буду же я ей говорить о своих заботах, проблемах, беспокойствах, сложностях. Все хорошо, мам.
— Камера побывала с вами в совершенно разных ситуациях. И я так понял, не только же Валерия снимала?
— Не только она, но практически не было команды, что удивительно. У нее была всегда с собой камера. Если какие-то большие съемки, я даже не помню этих людей, чтобы они меня там снимали. В основном практически всегда она была.
— А приходилось ли ругаться с ней в процессе?
— Вообще не приходилось, ни разу такого момента не было. Мне самому интересно было. И не то что у нас какой-то запланированный съемочный график был. Возникло что-то — еду куда-нибудь на сбор, например. Говорю: еду на сбор, тренироваться, готовиться. Она выезжает со мной. Она звонит, говорит: чего делаешь? Ничего не делаю. Дома сижу, отдыхаю. Ну, сейчас мы приедем. Ну, давай приезжай. Вот такой был процесс. Нежданно-негаданно он происходил.
— Вы в картине открываетесь прямо до оголенного нерва. Не страшно было выходить на люди со всем вот этим багажом своим?
— Вообще не страшно. Ну, я такой же, как и все. Могу и запить, могу и спортом заняться. Всё в руках человека. Что он хочет, то он и делает. Что мне, как в «Двенадцати стульях» Киса Воробьянинов, сидеть дуть щеки и по столу для важности кулаком бить? Вот смотрите, какой я правильный. Люди увидят, что я такой же, как они, как все. И выпить люблю, и посидеть, и поговорить, и поругаться. Такие же жизненные ситуации со мной случаются, как и со всеми обычными людьми.
И за стакан брался, и лучшим другом у меня бутылка была, и спортом занимался. С людьми разных категорий общался. Вот такая жизнь насыщенная.
— Германика преподносит вас как такого последнего романтика. А как вы сами считаете, вы романтик? И кто такой, на ваш взгляд, романтик?
— Не знаю, не ощущаю себя романтиком. Так же как и всем мужчинам, нравятся женщины, а женщинам нравятся мужчины. Ну, и я такой же, как и все. Вижу во всех людях сейчас (наверное, и раньше так было) только хорошее. Плохое стараюсь не замечать. Плохое стараюсь разглядеть в себе. А не в ком-то увидеть свои недостатки.
— Вы еще по-своему переделываете цитату из «Джентльменов удачи»: выпил, подрался, в тюрьму.
— А я не помню. Может быть. Сейчас-то я пить завязал.
— Помимо всего прочего, в кадре вы постоянно находитесь в поиске своей идеальной женщины, невесты. Как выглядит для вас идеальная любовь? И возможна ли она вообще или это призрак, к которому мы все стремимся?
— Не существует идеальной любви, все правильно, это призрак. Ну, и я так приблизительно вспоминаю. Искал идеальную женщину, идеальную под мои обстоятельства. Чтобы мне эта женщина кровь не сворачивала. Провожу с ней какое-то время. Надоело — ищешь уже идеал под другие обстоятельства. (В 2015 году Емельяненко был осужден за изнасилование на 4,5 года, но вышел из тюрьмы в 2016-м. Снятый в 2020-м фильм Германики также фиксирует сцены, в которых герой унижает и оскорбляет женщин. — Прим. ред.)
— Как ваша жизнь поменялась после этого фильма? Я так понял, вы как минимум пить перестали, да?
— Съемки были очень давно. Я продолжил потом пить. Пил, пил — ну, в принципе как и в кадре все происходило. Пить перестал. Я попал в реабилитационный центр «Иман» в Ингушетии, прошел полный курс, вышел. Какое-то время продержался, опять выпил, опять заехал, опять выпил, опять заехал. С периодичностью. И потом я понял, что мне надоело, надо чего-то придерживаться. Поговорил с Ахмедом Итазовым, руководителем центра «Иман». Он говорит: ну все, давай на работу, будешь работать — и такую должность мне выделил. Со мной связанную, по общественным связям. И всё.
Потом тоже бывали искушения такие, но пришел к тому, что всё, хватит пить. И начал удовольствие получать от трезвого образа жизни. Просто проанализировал, что я имел, когда пил, и что я имею сейчас. Мне просто сейчас очень нравится мой образ жизни, образ жизни трезвого человека. И от алкоголя меня уже не то что воротит — я спокойно. Рядом сидят, выпивают — я спокойно к этому отношусь, меня не тянет. В магазин же всегда заходишь за хлебом. Прежде чем хлеб купить, проходишь через алкогольный отдел. Спокойно прохожу.
— А что еще поменялось?
— Ну, состояние мое. Я похорошел сразу, не такой опухший. (Смеется.)
Раньше, чтоб меня снять, Германике на метр надо было отходить, куда-нибудь в дальний угол комнаты, чтоб я в камеру поместился. А не как вот сейчас разговариваем — телефон на вытянутой руке.
— А вот кино выйдет в прокат через несколько дней, что-то поменяется?
— У меня ничего не поменяется! Абсолютно. А не поменяется потому, что я сейчас не выпиваю. Ну, я фильм сам не видел, не знаю. Но не жду ни манны небесной, ни негатива никакого. Я давно уже прошел через это: и с негативом сталкивался, и с Владимиром Владимировичем за столом я сидел. Спокойно, рационально к этому отношусь. Конечно, если хорошая какая-то вещь будет — ну, приятно. Я не бегу, как некоторые бойцы в ринге, на канаты не запрыгиваю и не кричу «А-А-А!!!» на весь зал.
— Как бывший боксер, не могу не задать классический вопрос: Майк Тайсон или Мухаммед Али?
— Александр Емельяненко! (Смеется.)
— А нет ли у вас желания после съемок в документальном кино последовать примеру Николая Валуева или Конора Макгрегора и сняться в художественном?
— Есть большое желание! И я, конечно, не буду сидеть и ждать. Я опять же сам этим и занимаюсь. Я знаю людей, им предлагаю. Они знают меня, видят уже на протяжении какого-то времени, что я веду нормальный образ жизни. Смотрят на внешние данные. Ну, и имеют в виду, что мне надо как-то в картине сняться.
— Раз уж мы для киноиздания беседуем, назовите, пожалуйста, пару-тройку своих любимых фильмов или сериалов.
— Я сейчас читаю книжки, телевизор дома вообще не смотрю. Я очень давно уже пришел к тому, что читаю. Из направлений мне нравится философия. Очень сильно мне нравится. Больше всего.
Вот из старых фильмов — «Храброе сердце», например. Из российских — сериал «Ликвидация». Потом «Штрафбат» у нас хороший сериал был. Много таких хороших фильмов и сериалов, которые смотришь — и приятно смотреть. Просто я сейчас не смотрю кино, не смотрю телевизор.
— Давайте последний вопрос, классический: в чем сила?
— Сила? Такого определения нету. Для меня сила в понимании того, что ты делаешь, где ты находишься. В доброте сила. В любви сила. Нужно начинать с себя. Если ты не будешь себя любить, себя уважать, то как ты будешь любить-уважать других окружающих? Это будет просто маска. В себе сила — вот в каждом. Не в правде — это просто такие громкие киношные выражения.
Ну, что-то в этом есть, но где эту правду искать? В себе искать эту правду, а не в окружающих. Если ты будешь честен сам с собой, то ты будешь честен и с окружением.
Купите билеты на этот фильм на Кинопоискеatomic:embed 0
Вернем до 30% баллами Плюса за покупку билетов с Яндекс Пэй. Акция до 31.12.26, условия.
Автор: Денис Крюков
Иллюстрации: Павел Мишкин
Речь, вероятно, идет про документальную картину «Машенька», которую Германика покажет на ММКФ. Режиссер начинала снимать фильм про волонтеров, которые помогают бездомным, но в итоге сделала кино о том, как ее продюсер влюбилась в бездомного.
В декабре 2024 года Александр Емельяненко объявил, что стал советником по связям с общественностью и общественными организациями.