Как хорошо, если ты знаком с современной литературой, но не знаешь ее бэкграунд хотя бы годов с 60-х ХХ века: тогда для тебя мир полон оригинальной магии и научной фантастики. Сегодня у меня есть немного очень личного мнения о романе Стива Лайонса «Мир смерти», добро пожаловать на Неукротимую планету в составе катачанцев.
Итак. У нас есть мир Рогар-3. Он буквально три недели назад получил классификацию «мира смерти». Почему — это мы узнаем по ходу действия романа. На этом мире засели орки, с ними сражаются солдаты Королевского Валидианского полка, но что-то у солдат не заладилось. Не с орками. С самим миром. И тогда они позвали на подмогу Катачанских Джунглевых бойцов.
Катачанцы, если вы еще ничего про них не читали, это Рэмбо 40-го тысячелетия. То есть буквально Рэмбо, в красных банданах, в расстегнутых жилетках и берцах (как они в таком виде рассекают по джунглям, вопрос не ко мне) и с обязательными длинными ножами. Они живут на мире смерти Катачан, постоянно сражаются с его крайне агрессивной природой, учатся держать нож одновременно с обучением ходить и ведут себя не как рядовые солдаты, а как буйный элитный спецназ, которому плевать на эту вашу строевую подготовку и т.п. Если читали, то наверняка знаете, кто такой Слай Мэрбо — катачанский человек-легенда, который всегда ходит в одиночку, но помогает своим. В романе он тоже будет, хотя и в небольшом количестве; впрочем, он произведет разведку и получит важнейшие разведданные.
И к тому, как Лайонс изобразил катачанцев, у меня ноль претензий. Это образцовые храбрые бойцы, какими гордилась бы любая реальная армия. Боевое братство — 100%, дисциплина, несмотря на внешнюю дикость — 100%, владение любыми видами оружия — 100%... подобострастие перед сильными мира сего уходит в отрицательное значение, что сыграет свою роль. Автор сумел придать почти каждому бойцу индивидуальные черты. И вот эта компания идет через джунгли, прорубаясь, встречая далеко не добрых существ, наконец, сталкивается с орками… но главным их врагом являются не орки. Главный их враг — планета. Рогар-3 умеет приспосабливаться к пришельцам, выталкивать их, создавать на ходу новые виды животных и модифицировать уже имеющиеся, наконец, эта планета умеет создавать «чучела» — свернутые в форме человека лианы, которые еще и разговаривают, правда, неразборчиво. И все это представляет серьезнейшую опасность.
Валидианцы ломаются перед этой планетой. Орки им не то чтобы нипочем, но это нормальный, объяснимый враг, а как ты будешь драться с джунглями?
Катачанцы же встречают Рогар-3 с энтузиазмом. Ну как же — мир смерти! Он им уже нравится! Тут двигаются растения, и они плюются кислотой! Прямо как дома…
Как и положено добросовестному писателю, Лайонс ввел дополнительный конфликт между катачанцами и молодым комиссаром валидианцев. Вот он вроде бы и неплохой, но молодой, горячий и… я не знаю, как назвать человека, который зовет катачанцев на помощь, а в первой же речи заявляет, что ему не нравятся бойцы с миров смерти. Дурак? Попробовал бы он такое Волкам сказать… Комиссар идет вместе с катачанцами в сопровождении корреспондента боевого листка, постоянно пытается отдать какие-нибудь несусветные приказы и проявляет недовольство, что катачанцами командует катачанский офицер. По правде, особых последствий, кроме его брюзжания, это не несет, за исключением того, что он разжаловал одного из офицеров. Ощущение такое, что Лайонс этот конфликт ввел, а потом уже не знал, как его разрешить. Комиссар покажет себя бякой? Комиссар перекуется и подружится с катачанцами? Комиссар наберется ума и научится сглаживать трения? Трения, кстати, доходят до того, что один из катачанцев попытается «уронить» комиссара в кислотную реку. Эх, вставай, Наташа, мы все уронили… а нет, стоп, он выберется. И этого «героя» его товарищи продолжают воспринимать как положительного, вот в чем штука. Никто его не осуждает. А что, со своими-то он ведет себя порядочно, а комиссар — чужак.
Тем временем орков планета тоже давит, хотя орков мы видим только глазами катачанцев. В финале катачанцы приходят к грустному выводу: планета хочет, чтобы ее оставили в покое, а Империум отсюда не уйдет, пока тут есть орки. А орки — пока есть Империум…
Что не так с этой книгой? Она архаична. Идеи «живых» планет хорошо бродили в 50-60-х годах ХХ века. Она, увы, неоригинальна в главном: Рогар-3 прямо-таки списан с «Неукротимой планеты» Гарри Гаррисона. Но у Гаррисона было вполне логичное обоснование происходящего. А у Лайонса никто даже не подумал вызвать на планету магосов биологис, чтобы ее хоть как-то изучить. Орков бьем, растения бьем, животных бьем, видим, что происходит что-то необычное… ученые? Какие ученые? Мы всех бьем! В итоге драки с орками «забивают» выживание на планете, а выживание — орков, и ни то, ни другое не раскрыто до конца…
Книга вам понравится, если вы готовы закрыть глаза на вторичность мира и некоторую поверхностность идеи и наслаждаться залихватскими приключениями вархаммеровских персонажей во вселенной Гаррисона.