Меган передумала писать мемуары. Наивен тот, кто в это поверит. Обстоятельства вынуждают её повременить с "великим делом". Сказать "свою правду" она всегда успеет. Меган, потеряв покровителей, стала очень осторожной. Она не привыкла наступать на горло собственному желанию. Но события, которые разрушили королевскую статусность мистера Эндрю Маунтбеттен-Виндзор, заставляют её быть незаметной и осмотрительной. Совсем не так Меган планировала свою поездку в Австралию, но, видно, кому-то было угодно превратить поездку в банальный ажиотаж вокруг герцогини - аутсайдера. И с этим приходится считаться.
Её желание написать мемуары - это перебить коммерческий успех мужа и оправдать себя в качестве жертвы козней дворца. Оно было и остаётся очень сильным. Но надо отдать жене принца должное и расценить её отказ написания мемуаров, как подвиг. Сколько издательств сразу бы подписали контракт. Мемуары Гарри стали самыми быстро продаваемыми, и Меган, скрепя сердцем, отказалась сегодня писать мемуары. Герцогиня подверглась большому искушению, но строгий взгляд Уильяма её остановил. Теперь она вынуждена поддерживать "стандарты монархии". Пример собственного мужа, дядюшки Эндрю и его дочерей быстро охладил желание женщины, за которой нет влиятельной королевской силы. Зато эта сила есть у самого королевского дома. Сегодня Маркл вынуждена дуть на воду. Излишняя осторожность и перестраховка — фиговый листочек для предотвращения её жизненной катастрофы. В её случае, чему должно случиться, обязательно сбудется. Рок для Меган неотвратим.
Как много могла бы рассказать мадам-герцогиня, начиная от непонимания сути жены Уильяма и заканчивая насущными обидами сегодняшнего дня. Но, руки коротки! У неё нет возможности и сил влиять и властвовать, как прежде. Мистическим образом выражение "Как прежде" довлеет над Меган, как шифр тайнописи её жизненного пути. Сегодня герцогиня не способна достигнуть своей цели ни в одном из начинаний. Сегодня она не в состоянии командовать по причине утраченных возможностей и шлейфа разоблачений её воинственной тактики общения. Укатали сивку крутые горки, и это произошло слишком быстро. Провалы и негативные статьи, постоянные обсуждения в обстановке возмущения и раздражения истощили Меган и физически, и морально. Бывшая актриса для дворца оказалась ретивой лошадкой серой масти. За шесть лет её бодания, она растеряла весь свой пыл пламенного революционера, стремящегося к переустройству монархии. Мадам Маркл элементарно выдохлась, надрываясь над получением пропуска в Голливуд. Лошадка оказалась средненькая, из обыденной армии мечтательниц.
Они оба думали, что станут звёздами, но в их лампочках было слишком много ватт. Не умея перераспределять энергию, они банально перегорели. Монтеситские герцоги собственноручно творят немыслимое. Нечто такое, что невозможно адекватно принять. У Меган всё безалаберно, нестандартно. Даже рождение детей при холодном рассмотрении, без умиления, выглядит как стандарт для редкостной аномалии со своими "тайнами мадридского двора". Всё запутано в сложные интриги и секреты. Думаю, что её мемуары по содержанию были бы очень слабыми. Он сказал, она показала, им плохо ответили, её, как всегда, не поняли и т. д., и т. п. Всё примитивно просто. Для мемуаров о королевском присутствии бывшей актрисы было отпущено очень мало времени, всего шесть лет. Следы эмоционального негодования она точно бы опустила в своих воспоминаниях.
Я отослал бы Меган к Ивану Андреевичу Крылову, но она посчитает это дерзостью с моей стороны. А зря! Умные мысли выдавал этот великий баснописец, вставший на одну ступень с древнегреческим Эзопом.
Но кто за ремесло чужое браться любит,
Тот завсегда других упрямей и вздорней:
Он лучше дело всё погубит,
И рад скорей посмешищем стать света,
Чем у честных и знающих людей
Спросить иль выслушать разумного совета.