Музей дизайна «Основа» встретился с Родионом Усаевым — промышленным дизайнером и основателем студии USAEV. Обсудили, должны ли предметы промышленного дизайна стоять в музеях под стеклом, как меняется индустрия 3D-печати и зачем создавать новый продукт в мире, уже заполненном вещами.
«Основа»: Родион, спасибо, что пустил нас в свою студию. Давай начнём с острого вопроса: как ты относишься к тому, что предметы промышленного дизайна, созданные для использования, оказываются в музеях под стеклом с табличкой «руками не трогать»?
Родион Усаев: Безусловно, музеефицировать промышленный дизайн нужно – это продукты интеллектуальной деятельности, в которые мы вкладываем максимум, чтобы создать не просто функциональный предмет, но и объект, который приносит радость, удовольствие от взаимодействия за счёт качественной проработки каждой детали.
Сегодня, на этапе возрождения российского промышленного дизайна, многие наши проекты — первые в своём роде. Первый пульт для видеодрона, первый специализированный тренажёр. Сам этот факт делает их особенными и достойными музейного статуса.
А вот насчёт хранения под стеклом — вопрос сложный. Предметы созданы для того, чтобы их трогали и использовали. Дизайнер всегда думает о тактильности, о том, как вещь открывается, как ложится в руку. В идеале в музее промышленного дизайна хотелось бы всё щупать. Но это нужно разумно регламентировать, чтобы избежать ситуации — ой, я нечаянно уронил и всё сломалось.
Помню себя на итальянской триеннале: хочешь потрогать предмет, но к тебе сразу подбегают с предупреждением: «Non toccare!». Стоит историческое кресло, так хочется понять, какое оно на ощупь, — но нельзя. Зато на Миланской неделе дизайна — полная противоположность. Там можно сесть на любой стул, потрогать любой объект. Это бесценный опыт полного взаимодействия.
«Основа»: Ты ранее рассказывал, что свой новый крупный 3D‑принтер. Как ты его используешь?
Родион Усаев: Да, осваиваю новый аппарат, пробую печатать небольшие предметы. Например, недавно разработал и напечатал лампу — интересный эксперимент. Также создал несколько небольших предметов для работы — один из них опубликован на международной платформе MakerWorld. Недавно пришёл отзыв, которым я не мог не поделиться у себя: «Гениальный дизайн, такая мелочь, но так упрощает жизнь».
Подробнее в телеграм-канале дизайнера.
Но главный вызов, который ставит 3D-печать — сломать шаблон восприятия её как дешёвого развлечения. Чтобы сделать премиальный продукт, нужно либо использовать передовые технологии и методики печати, либо создавать уникальность через форму и функции — так, чтобы лампа даже в выключенном состоянии производила вау-эффект и говорила о вкусе и статусе владельца.
«Основа»: Сейчас рынок действительно заполнен небольшими 3D‑принтерами. Даже на выставках, посвящённых дизайну, встречаются один или два стеллажа с небольшими принтерами, где можно сразу что-то памятное напечатать и забрать с собой.
Родион Усаев: Когда начинаешь проект по всем правилам — с глубокого анализа, — видишь: рынок перенасыщен. Возникает внутренний барьер: «Не создаю ли я очередную ненужную вещь?» Нужно переступить через это. Цель — не просто заполнить мир объектами, а наделить новый продукт смыслом, дать ему вескую причину для существования.
Когда разрабатываешь дизайн на заказ — задача проще: цель существования предмета уже определена заказчиком. А когда ты одновременно и заказчик, и создатель идеи, и дизайнер — начинаешь с вопросов «зачем?» и «для кого?», и не ответив на них убедительно, не найдёшь внутри огонь для развития проекта.
«Основа»: Чтобы завершить нашу беседу на вдохновляющей ноте, расскажи, какие объекты из истории дизайна тебя восхищают?
Родион Усаев: Конечно, в первую очередь — проекты, над которыми работал я сам или моя команда, они «наши дети», не можем их не любить. А если говорить об именитых работах великих мастеров, то моя насмотренность в дизайне во многом сформировалась в Италии, где я жил и работал. А там наиболее сильное влияние, конечно, оказывали европейские дизайнеры. Перечислю самых ярких с примерами их работ:
— Алессандро Мендини с его эмоциональным штопором Anna G. для Alessi — пример игрового дизайна.
— Филипп Старк и легендарная соковыжималка Juicy Salif для Alessi. Не очень практичная, но невероятно красивая — арт-объект с намёком на функцию.
— Константин Грчич — его стул Chair One для Magis поражает. Выглядит аскетично и даже жёстко, но благодаря тщательно выверенным пропорциям оказывается удивительно эргономичным. Этого сложно ожидать от такого материала.
«Основа»: Родион, огромное спасибо за этот разговор, гостеприимство и честность!
______
Больше о дизайне и проектах музея «Основа» в наших социальных сетях: Вконтакте, Телеграм.