На календаре, наконец, девятое число. Для кого-то просто среда или четверг, а для меня — день маленькой, но очень важной свободы. С утра пораньше, пока город еще только просыпался, я уже шлепал по лужам в сторону больницы. Погода, прямо скажем, шепчет и даже слегка злорадствует — на улице классическая слякоть: под ногами каша из мокрого снега и грязи, ботинки сразу стали тяжелыми, а настроение — серым, как низкое небо над головой.
Пока дошел, успел продрогнуть и мысленно поругать собственную медлительность. Но стоило переступить порог кабинета, как внутри словно теплее стало.
Доктор — та самая женщина с уставшими, но добрыми глазами, которая месяц назад меня штопала, — встретила сдержанной улыбкой:
Ну, как самочувствие? Не геройствуем?
Я мужественно промолчал про то, что уже мысленно складываю чемоданы. Она ловко сняла швы (оказывается, это совершенно не больно, когда у врача руки золотые), осмотрела, кивнула своим мыслям и села за рецепт.
— Вот лекарства, обязательно пропей до конца, не вздумай бросить через три дня, — ее ручка быстро заскользила по бумаге. А потом она подняла взгляд и строго добавила: — Береги себя. Никаких нагрузок, никаких резких движений. Через месяц подойдешь — проверим динамику.
Я кивнул. Через месяц.
Выходил из больницы уже с легким сердцем, но с тяжелыми мыслями. Слякоть под ногами уже не раздражала, я смотрел на мокрый асфальт и понимал: доктору, конечно, виднее. Она хочет как лучше, по протоколу. Но у меня внутри уже тикают совсем другие часы.
Время пришло. Пора уезжать.
Там, за сотни километров, уже ждут дела, стены, родной шум холодильника и подушка, к которой привыкаешь годами.Я не могу ждать месяц. Просто не имею права.
Врач сказала «подойти через месяц», а жизнь говорит: «Возвращайся прямо сейчас». И знаете, второй вариант пока звучит убедительнее.
