После отъезда Кузнецова все собрались в гостиной, а Мелетьев включил танго.
– Ну-с, что скажете? – угрюмо спросил всех Полковник. – Дон, что вы тогда не заметили? Попробуйте ещё раз всё проанализировать.
Дон и Филя одновременно пожали плечами, потом Дон угрюмо заметил?
– Не понимаю, зачем подожгли квартиру? Тело же увезли! Уверен, что парни Майора там всё осмотрели. Там кроме плесени ничего не оставалось.
– Вряд ли они что-нибудь узнают после пожара, – заметил Филя. – Там народ какой-то апатичный. Никто даже из окна не выглянул. Мы, конечно, походили по квартирам, поспрашивали, но никто ничего не видел. Остальные были на работе. Наверное, ребята Майора их опросили. Там такой район, что если что и видели ментам ничего не скажут.
– Ну-с, а вы нашли, что обещали? – Мелетьев воззрился на мальчишек.
– Кое-что нашли, – объявил Сашка. – Пришлось попыхтеть.
– Плохо, что в нашей стране компьютеризация недоразвита, а то мы бы развернулись, – пожаловался Пух.
– Я вам не Майор! – рассердился Папазол. – Вы что, резину тянете? Чирьев на зад наставлю!
Севка заторопился.
– Крыша над квартирой убитого была не повреждена, потому что за месяц до этого была отремонтирована. Кстати, мы посмотрели планы этих квартир. Так вот, над квартирой Вермеля вообще нет никаких труб, так что, залить его не могли. Дождей тоже не было. Кстати, мы посмотрели всё, что есть в местном ЖЭУ. Ни одного из жильцов в этом доме не залило. Жалоб не было. Это был избирательный потоп в отдельно взятой квартире.
– Что ещё скажете?
– Юрий Петрович, звонок, заманивший Вас в ловушку, был послан через комп Нины, но её не было в это время. Мы не знаем, кто это сделал. Камеры в коридоре показали, что в её комнату никто не входил. Могу добавить, все ключи, обязательно сдаются на вахту под роспись. Запасные ключи хранятся в сейфе. Проверяют ключи в сейфе, их наличие и соответствие каждый день. Все ключи на месте. И ещё… – Сева, растерянно, сглотнул. – Тело старика из квартиры Вермеля…
– Что тело? – насторожился Фил.
– Оно заплесневело, – пробормотал Иннокентий, – и к нему запрещён, так сказать, доступ. Наши медики просто обалдели, когда их заставили расписаться на копии приказа и на запрете.
Фил буквально взвился.
– Что значит, заплесневело?! Его же вскрыли и обработали консервантами, и потом, как это возможно в морозильнике? Нет, что происходит в Центре?! Почему это не исследуют?
Папазол похмыкал и переглянулся с Болюсом.
– Оригинально! Думаю, Болюс, мы с тобой чуть позже займёмся трупом. У вас здесь работает очень хороший некромант, самобытный можно сказать. А сейчас, мы не будем разочаровывать Майора. Я и Ник отправимся к Либлиху. Вы пока отдыхайте и ждите от нас вестей
Они уехали сразу. Мелетьев взглянул на Болюса, тот усмехнулся:
– Юрий Петрович, у магистра бешеная интуиция! Если он так решил, то значит это оптимальное действие при сложившихся обстоятельствах. Знаете, давайте насладимся хорошим кофе. Посмакуем его! Мне почему-то кажется, что это хорошая идея. Я сам сварю.
Папазола и Ника, повез сам Петрович, сообщив, что оставит их, и обратно они будут добираться сами.
Полчаса шмыганья по улицам, и они на месте. Маленький дворик перед домом Либлиха было не узнать, теперь это было поле битвы. Дрались скины с местными пацанами, жители испуганно смотрели из окон на побоище, но никто не собирался выходить или закрывать окна.
– А где же ваша полиция? –поинтересовался Папазол.
– В Караганде, – невежливо отозвался Ник, не зная, как объяснить, что на такие побоища никогда не приглашают полицию – себе дороже.
Посмотрев на Папазола, Ник забеспокоился. Была вероятность, что и им навтыкают под горячую руку. На магистре появились тёмные модные очки, а его неизменный псевдоирокез стал чёрно-белым и очень гармонировал с модным и дорогим костюмом.
Однако всё обошлось. Видимо дерущиеся начали давно и изрядно подустали. Теперь, хрипло дыша, как загнанные лошади, они плевали под ноги себе и врагам, и разнообразно выражали своё презрение к противникам, используя обычный мат.
Папазол подошёл к дерущимся.
– А что крови нет? – воющие стороны от этого вопроса несколько смутились, а магистр-озорник опять спросил. – За что бьётесь, богатыри?
Ближайшим к нему пацан с фингалом под глазом, почесал в пыльной башке и пояснил:
– А чо они?
– Действительно! – магистр строго посмотрел на скинов. – Что?
– Они жидомасоны, – взвыл один из скинов с типично славянской внешностью, хлюпая в кровь разбитым носом, – сказали, что мы таджики! Сyкu слепые!
– Вы таджики? Мы сказали? – изумился рыжий весь в веснушках пацан с рязанской внешностью. – Мы масоны? Вы где таких слов набрались, пaдлы?
Скин возмущенно, используя нелитературные выражения, подробно объяснил, откуда они узнали про масонов.
Папазол не стал дожидаться окончания диалога, щёлкнул пальцами и вошёл в подъезд, за ним отправился Ник, поражаясь тому, что сделал магистр.
После щелчка во дворе воющие стороны теперь не дрались, но истошно голосили, пользуясь ненормативной лексикой, выясняли родословные, периодически ссылаясь на филогенез[1] и общих предков, то есть на обезьян и баранов. Многие жители открыли окна на первом этаже и с удовольствием исправляли неправильно используемые выражения.
Не слушая лингвистическую дискуссию, теперь мирно протекающую во дворе, они поднялись на нужный этаж. Дверь от щелчка пальцами некроманта распахнулась.
Они вошли и застыли. Папазол осматривал квартиру, которая носила следы отъезда. Видимо, спешного отъехавшего Либлиха периодически мучили приступы нереализованной жадности, так как везде стояли чемоданы, набитые раритетами произведений искусств.
– Он почему-то всё оставил, – произнёс Ник.
Папазол кивнул и подошёл к телефону, тронул его и проговорил:
– Расскажи всё! – и снял трубку.
Трубка старалась, как могла: трещала, свистела, наконец, раздался хриплый голос:
– Сваливай оттуда, там некроманты!
Потом раздался растерянный голос Либлиха.
– Они же все погибли!
– Значит, не все. Мы получили информацию из достоверных источников. Объект успел передать. Очень сильные маги.
Длинные гудки. Магистр тронул трубку.
– Расскажи, откуда звонил тот хриплый? Передай его разговоры.
Трубка какое-то время хрустела от усердия, потом раздался тревожный тенор:
– Вилен, скорее! Гони сюда объекты – у нас засада.
– Что случилось? Кто? – закричал, видимо, Вилен.
– Волчицы! Мы одну рыжую поймали, но не удержать.
– А ткани? Образцы тканей взяли?
– Не совсем, нужны объекты. Скорее! И как можно больше!
Щелчок. Ник озирался. Он никак не мог понять, что они могут сделать? Слово "рыжая" вызвало у него умственный паралич. Магистр опять тронул телефон.
– Расскажи мне, где находился с тонким голосом?
Телефон теперь без слов хрустел и щёлкал. Некромант сосредоточенно внимал, потом озабоченно повернулся к Нику.
– Срочно вызывай Болюса и Фила.
– А зачем именно их? – перепугано пролепетал тот.
– Твоя рыжая попалась, думаю, её порезали на образцы, – Ник побелел, а Папазол успокоил его. – Она ещё жива, и там её подруги.
– Мама, – как в детстве прошептал Ник и вцепился в трубку, но единственный номер, который он смог вспомнить был старый. Этот номер он помнил ещё со времен Сызрани, когда было так всё просто и обыденно – поножовщина, ворьё, алкаши, наркоманы, проститутки. Ник, трясясь от нервного озноба, звонил и звонил, звонил и звонил.
После отбытия Папазола с Ником и принятия очень вкусного кофе мальчишки облепили Полковника. Они не избегали своих лоис, но отчаянно нуждались в отцовской заботе.
– Юрий Петрович, – Сашка внимательно смотрел на Мелетьева, – я заметил, что Вы с майором то на «Вы», то на «ты»? Почему?
Полковник хмыкнул.
– Всё просто. Год назад Илья умудрился вляпаться в историю с некромантами из Ваирина, те обещали уничтожить все радиоактивные отходы, а на самом деле, решали проблемы по усилению своей мощи. Я тогда впервые понял, что в нашей работе надо доверять интуиции, ну и нравственным установкам, а Майор считал, только приказам. Поэтому я, когда хочу, чтобы он опомнился и начал думать, перехожу с ним на «Вы», ну и избегаю обычных разговоров. Иногда он понимает, иногда нет. Он похоже плохо представляет, что такое хорошо, что такое плохо, вне службы.
– Юрий Петрович, а знаете, Надья назвала Майора псом, но думаю, что она ошиблась, – Болюс хмыкнул. – Она вообще плохо разбирается в псовых. Не зря Логан столько ей голову морочил.
– Убить что ли гaдa? – задумчиво спросил Глеб в пространство.
– Я помогу! – тут же предложил Ксен.
Мальчишки захихикали, но замолчали под взглядом Полковника.
– Отстаньте! – благодушно отмахнулся Болюс. – Надья – это королева Игелма, одного из королевств Ваирина. Она, как и наша королева, с Земли, а Логан, её король. Он её безумно любит. Между прочим, по его глупости её жутко изувечили, только не убили. Она здесь встретили Майора и поцапалась с ним.
– Врёшь! – испуганно просипел Глеб. – Как изувечили? Он же любил, ты же сам сказал!
– Да он же не специально! – всплеснул руками Болюс, осознав, что парни искренне взволнованы.
Он даже и не ожидал, что нарвался на истинных генетических партнёров, а Глеб и Ксен и их жрица были именно таковыми. Болюс задумался. Неужели такое возможно, чтобы истинные влюблённые были из разных миров? Если так, то оба парня никого не могли полюбить кроме неё. Посмотрел на них, те, побледнев, замерли. Болюс успокоил их:
– Не возмущайтесь, парни! Хотя, конечно, Логан её чуть до самоубийства не довёл. И сам был на грани, ведь тоже был готов того, концы отдать. Он чувствовал её любую боль, как свою.
– Как это? И она после всего с ним? Простила? – просипел от волнения Пух.
– Это долгая история, но к нам она не имеет никакого отношения. Могу сказать, они безумно любят друг друга. Они прекрасная пара, а Логан теперь слишком уж трясётся над ней, – Болюс почесал в затылке. – Лучше подумаем, что делать, если тело старика кремируют?
– Ничего! – Фил пожал плечами. – Он нужен только для того, чтобы понять, кто его убрал. Какие можно образцы, я уже отправил, как по официальным каналам, так и своим коллегам, которым доверяю. Надо ждать результатов ДНК-анализа. Они сейчас маются с определением плесени.
– Пока мы работаем правильно, – Полковник потрепал Севку по вихрам. – В любом случае если в Центре завелась крыса, то она подумает об уничтожении тела. Надо продумать другие действия.
Пух поднял руку, как в школе.
– Мы можем жабки сделать.
– Что за жабки? – удивился Болюс.
– Это такие датчики, которые прыгнут на кого надо и будут передавать его передвижения.
– Как им определить на кого надо? – заинтересовался Болюс.
Пух сморщился в раздумьях, а Севка фыркнул:
– Тупой! К Нине Павловне в дом ходят, она и майор, значит на них и нужно вешать в первую очередь.
– Нам нужен хотя бы приблизительный их вес, – пробормотал Сева.
– Мы пороемся в личных делах и всё, – уверенно сказал ему Пух
– Действуйте! – величественно разрешил Болюс.
Все смотрели, как мальчишки, переругиваясь компьютерными терминами, уткнулись в комп. Полковник усмехнулся. Теперь всё, как и положено – сеголетки учатся, а взрослые наблюдают. Прислушался и чуть не засмеялся, Ксен и Глеб шёпотом пытали Фила, до какого месяца беременности безопасен секс. Фил успокаивал их, уверяя, что у них ещё много времени. Значит точно, они опять видели свою зазнобу.
Прошло полчаса. Все вздрогнули от незнакомого звонка. Глеб осмотрелся.
– Ба! Это же мой старый телефон! – он не собирался возвращаться в прежнюю жизнь, поэтому даже не пошевелился.
Однако телефон упорно играл арию тореадора. Удивляясь упорству звонящего, Глеб взял трубку, включив громкую связь. Эта стало привычкой, когда у них с Ксеном появилась их зазноба.
В гостиной прозвучал крик Ника:
– Господи! Наконец-то! Глеб! Нужен Фил и Болюс. Срочно к Либлиху! Скорее!!
Телефон отключился. Мелетьев размышлял мгновение.
– Ксен, Дон и я остаёмся здесь. Болюс, как быстро добраться?
Болюс размышлял пару секунд, потом предложил:
– Лёня, подойди к Глебу, ты будешь для него картой. Фил, мы с тобой берёмся за Глеба, а Глеб, кладёт руки на глаза Лёни.
– Постой! Я захвачу, кое-что, – Фил заметался, засовывая в рюкзак «скорой помощи» контейнер-холодильник с кровью.
Всех тошнило, настолько быстро протащил Глеб их к дому Либлиха. Во дворе дома Папазол мирно беседовал с двумя скинами.
– Что случилось? – спросил Глеб у Ника, который приплясывал от нетерпения у входа во двор.
– Магистр пытается узнать, куда сбежал Либлих, – Ник побледнел.
– Говори всё, – попросил Болюс и переглянулся с Филом, они не понимали, почему магистр попросил приехать двух целителей.
– Он сказал, что где-то девчонок убивают, – просипел Ник.
Теперь посерел Глеб и полез за телефоном, но Болюс покачал головой.
– Сам справишься! Не фuг Ксену заранее нервы дергать. Подождём, что выяснит магистр.
Папазол завершил переговоры со скинами и подошёл к ним.
– Знаете, где завод Клапанов?
Глеб кивнул и попросил:
– Ник, Леня, думайте о своей Рыжей, и рукой коснитесь земли.
Через секунду они все оказались в каком-то коридоре. Запылённые окна едва-едва пропускали солнечный свет. Глеб прикоснулся к губам пальцем и показал на коммуникационный люк.
Потом были долгий спуск по ржавым металлическим скобам и неожиданная дверь в кирпичной стене колодца. Бег по длинному коридору и опять по каким-то цехам. И вот они стояли на металлическом мостике над обширным помещением.
Внизу они увидели трёх людей в обычной одежде и несколько десятков одноглазых тварей, вокруг которых кружил хоровод из жриц Араи.
Каждый бросок жриц завершался хлюпаньем, и тварь оседала, но и жрицы были в кровоподтёках и какой-то слизи. Дрались жрицы отчаянно, но противников было очень много, на каждую из них приходилось по пять тварей.
Глеб спрыгнул вниз, и три твари погибли сразу от его когтей.
Папазол показал на лестницу.
– Болюс, не выпуская никого! Им нужен генетический материал жриц.
Они сразу оказались недалеко от тварей по щелчку Папазола. В центре круга, созданного существами, висела на крюке девчонка, подвешенная за руки, связанная и без сознания. Её рыжая грива горела, как костёр в ночи. Она была чудовищно изрезана, под ней лежали контейнеры с охладительными пакетами, вокруг контейнеров из крови жрицы уже образовалась лужица. По-видимому, жрица что-то сделала такое, что ни существа, ни мужчины в костюмах не могли к ней подойти. Ник так и не понял, как оказался рядом с Глебом и прохрипел:
– Что твари, над девочкой издеваетесь? – акер рыкнул, и существо, разорванное им, растеклась в серую слякоть.
Один из людей попятился, хлопая себя по карманам, достал электрошокер, но к нему скользнул Леонид. Человек взвизгнул и бросился на жриц, но Леонид, ставший акером, откусил ему ногу и сплюнул.
Второй человек закричал:
– Стойте! Вы не понимаете, что происходит!
– Вррр! – Леонид-акер прыгнул опять, откусив и этому ногу.
Лежавший на полу закричал:
– Нам же больно! Что вы делаете?!
– Ей тоже больно, – прорычал Ник и умудрился оторвать кисть у незнакомца, который что-то прижимал к груди, тот завыл.
Глеб сосредоточенно рвал тварей, отражая их выпады в сторону жриц, которые начали прорыв к своей подруге.
Раздался яростный крик. Это Фил, увидев свою Фай, бросился к ней на помощь. Бой сразу принял иной характер. Существа бились с отчаянием обречённых, но вскоре от них осталась только слякоть.
Папазол, который не принимавший участие в бою, но кружился на одном месте с расставленными руками, облегченно выдохнул и подошёл к лежащему на полу человеку. Осмотрел его, отнял контейнер и достал оттуда Золотой Яйцо, осмотрел и сунул обратно в контейнер.
– Зачем? – спросил он холодно и спокойно.
Лежавший смотрел на него пытаясь понять вопрос. Его спасали от болевого шока, только гены гачей. Он потряс головой в недоумении. Всё происходящее было неправильным: старый, грязный, засыпанный какой-то серой пылью и ржавчиной склад, объекты, которые не смогли их защитить, и одетый в дорогой костюм красивый парень с псевдоирокезом на голове. Наконец, всё в мозгах расползлось по нужным полкам, и он просипел:
– Из чьего вы Отдела?
– Внутреннее расследование, – бросил Папазол, который с интересом слушал его мысли.
– Так и знал, – побледнел безрукий, сжимая огрызок руки, чтобы не потерять всю кровь. – Но ведь сказали, что есть разрешение! Неужели передумали?
– Поэтому вы мучили девочку? – Папазол повернулся к Леониду. – Убей остальных. Голову этого оторви, надо потом проанализировать кое-что.
Акер рыкнул и сделал шаг.
– Зачем?! – взвизгнул лежащий. – Всё же утвердили! Фенотип очень удачен. Я почти не чувствую боль! Посмотрите, сколько я потерял крови, а болевой шок так и не наступил! Зачем же голову отрывать? Я без неё не смогу руку регенерировать.
– Вы чудовищная ошибка. Так себя люди не ведут, – без каких-либо эмоций пояснил магистр.
– Мы почти настоящие люди, только усовершенствованные. Вы что, не понимаете, мы будущее всех армий мира?! К тому же она не человек. Что переживать-то?
– Страдай! – бросил магистр, и псевдочеловек завизжал, спустя пару секунд он дёрнулся и застыл.
Наступившая тишина заставила Папазола осмотреться и помахать рукой.
– Акеры, мне их головы! – акеры прикатили головы, магистр приказал головам. – Откройте глаза и покажите…
– Нет! – вскрикнула Мэй. – Их могут использовать для слежения.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав:
[1] Филогенез – эволюция любого вида на Земле.