Знаете, есть такая старая турецкая поговорка (я ее, честно скажу, сама придумала только что, но звучит убедительно): «Кто не хочет знать чужие тайны — тот не заходит в чайхану после полуночи».
Я пишу про турецких знаменитостей уже больше года . Анализирую сериалы — там, где у героя кризис среднего возраста, а у героини — послеродовая депрессия, завернутая в шелковый халат за тысячу долларов. Разбираю традиции — почему свекровь в Турции имеет право войти в спальню молодоженов без стука (спойлер: не имеет, но все равно заходит). Пишу философские этюды — как в сериале «Черно-белая любовь» обыгрывается платоновский миф о половинках.
А потом случается что-то по-настоящему интересное.
Звезду задерживают в аэропорту Стамбула с тремя айфонами, на которых не стерли переписку с женой любовницы брата продюсера. Актриса, игравшая непорочную девственницу в «Великолепном веке», подает на развод после того, как муж публикует в сторис их ночной разговор — тот самый, где она говорит, что свекровь «лучше бы осталась в деревне». У популярного актера находят долги по алиментам сразу трем женщинам, и он выходит из суда в толстовке с надписью . (Это я образно)
И что я вижу через час после публикации?
Статья про психологический конфликт в сериале «Черная любовь » — 500 просмотров. Статья про философию чести в «Основании Османа» — 320 просмотров. А эта, про арест и три айфона — 10 тысяч за сутки. И в комментариях — о боже, какая же это классика жанра — первое же сообщение:
«Фу, ну зачем вы лезете в личную жизнь? Я такое не люблю и не читаю вообще. Кстати, а где они встретились в первый раз? И почему у него было три телефона, а не два? И что за переписка, вы не дописали, там были эти... ну вы поняли... откровенные фото?»
Вы меня простите, но я вижу статистику. Я вижу, что вы провели на этой странице 6 минут и 42 секунды. Вы не просто прочитали — вы перечитали абзац про телефоны трижды. Вы увеличили шрифт, потому что у вас устают глаза. Вы сделали скриншот и отправили его подружке в Ватсапп. А потом вернулись, чтобы написать «фу».
Это, знаете ли, диагноз. Но не у вас одной. У всех нас.
Цитата великих, которую вы обязаны прочитать
Французский философ Блез Паскаль, который жил в 17 веке и понял про людей больше, чем любой современный психолог, писал в своих «Мыслях»:
«Человек так устроен, что он никогда не живет настоящим, а всё помышляет о будущем или цепляется за прошлое. Ему мало своей жизни — он хочет жить жизнью других, подглядывая в замочную скважину их страстей и ошибок»
Вот! Вот оно! В 17 веке уже всё знали. Про замочную скважину. Про чужую жизнь. Про то, как нам всё время мало своей — своей-то мы знаем, она скучная, там дети, работа, борщ пригорел, муж храпит. А у звезды — драма! Там любовь, измена, полиция, три айфона, суд, слезы, примирение, опять измена, опять полиция. Это же лучше любого сериала. Потому что это правда.
Но сказать себе «да, я любопытна, мне интересно, я хочу знать» — это признать себя неидеальной. А мы, женщины (и мужчины тоже, но женщины особенно), обожаем быть идеальными. Мы хотим быть выше этого. Мы хотим быть теми, кто читает только Достоевского и смотрит только артхаус. А на деле мы в час ночи, когда никто не видит, открываем вкладку «Скандалы» и читаем, читаем, читаем.
Забавный пример номер один: как я однажды написала про традицию и все уснули
Давайте я вам расскажу, как я совершила ошибку, которую больше никогда не повторю. Это будет смешно и грустно одновременно.
Было это прошлой осенью. Я решила, что хватит скандалов. Я напишу глубокую, содержательную статью про традицию «кебин» — знаете, это такая брачная церемония, которая уходит корнями в османские времена. Я два дня сидела в библиотеке (ну, в интернете, но звучит солиднее), собирала информацию. Нашла архивные фотографии 1920-х годов, где невесты в расшитых золотом платьях сидят с закрытыми лицами. Нашла интервью с тремя поколениями женщин одной семьи — бабушкой, мамой и дочкой — о том, как менялся этот обряд. Я написала статью на 12 тысяч знаков. С цитатами, с историческими справками, с философским выводом о том, что традиции не умирают, они трансформируются.
Заголовок я сделала скромный, но интригующий: «Кебин: тайна, которую невеста уносит с собой».
Вышло в понедельник утром.
К вечеру понедельника статью прочитали... 200 человек. Двести! Это катастрофа. Моя кошка и та не стала бы это читать, если бы умела.
Люди открывали, видели, что нет фотографий разводов, нет упоминаний задержаний, нет слов «скандал», «измена», «полиция» — и закрывали. Даже не доскролливали до середины.
А на следующий день я, будучи в состоянии «плевать, пусть все горит», написала короткую заметку на 3 тысячи знаков. Там было вот что: «У актера М. роман с актрисой С., хотя он женат на актрисе Д., а Д. подала на развод, и в суде выяснилось, что М. тайно переписывался с П., а П. — бывшая подруга К., которая сейчас замужем за продюсером того самого сериала, где снимается С. Запутались? Я тоже."».
Что вы думаете?
15 тысяч просмотров. 15 тысяч. Люди рвали эту заметку, как горячие пирожки. Комментарии: «Ой, ну зачем вы лезете в личную жизнь, это безобразие», «Фу, какая грязь». И там же, в этих комментариях: «А кто такая П.?», «А видео где посмотреть?», «А вы не знаете, что ответил продюсер?», «Напишите продолжение, я хочу знать, узнала ли Д. про П.!».
Я тогда поняла всё. Окончательно и бесповоротно.
Люди — они как дети. Вы говорите ребенку: «Не ешь конфету, она вредная». Ребенок говорит: «Не буду». А сам, пока вы отвернулись, тащит эту конфету в рот, и еще две в карман прячет. Мы все — эти дети. Конфета — это скандал. И мы будем ее есть, даже если подавимся. Даже если потом напишем гневный пост «фу, какая гадость». Потому что она сладкая.
Психологический этюд: почему сериалы проигрывают реальности
Вы когда-нибудь задумывались, почему вы можете пропустить серию любимого сериала, но не можете пропустить новость о том, что у актера из этого сериала украли машину или что его жену заметили в кафе с другим?
Я вам скажу. Потому что сериал — это выдумка. Как бы хорошо ни играли актеры, вы знаете: у них завтра съемка следующей серии, они помирятся, разойдутся, снова помирятся — потому что сценарий так написан. Там нет настоящего риска. Там нет настоящей боли. Там актер, который плачет, через минуту вытрет слезы, возьмет чай и скажет ассистенту: «Дай еще один дубль, я недостаточно убедительно рыдал».
А в реальной жизни — нет дублей.
Именно поэтому, кстати, я и пишу про скандалы — с одной оговоркой. Я не пишу про них как про «ха-ха, посмотрите, какие они дураки». Я пишу как психолог. Я анализирую: вот человек, у которого есть все — слава, деньги, красота. И он все равно страдает. Почему? Потому что деньги не лечат одиночество. Потому что слава не спасает от предательства. Потому что миллион подписчиков не заменят одного человека, который скажет «я с тобой».
И когда я так пишу — мои статьи становятся не просто «грязным бельем». Они становятся историей о том, как быть человеком. Со всеми ошибками, падениями, подъемами. Просто у этих людей падения происходят на глазах у всей Турции, а потом и у всего мира. А ваши падения — только перед вашими близкими. Но боль — она одинаковая.
И вот в этом месте я хочу снова вернуться к комментариям. Потому что самое забавное — даже не то, что люди читают то, что ненавидят. Самое забавное — что они не замечают, как в этих же статьях я даю им психологическую поддержку. Как я между строк говорю: «Ты не одна. Твой муж —изменил , и ее муж — изменил. Твоя свекровь — ведьма , и ее свекровь — ведьма . У тебя долги, и у звезды долги. Но ты справишься, и она, возможно, тоже справится».
Они этого не видят. Они видят только «грязное белье». И пишут «фу». А потом дочитывают до конца, потому что подсознательно ищут в моих текстах ответ на свой вопрос: «Как жить дальше, когда всё плохо?»
Еще один забавный пример — про «я только глянула на заголовок»
О, это моя любимая категория комментаторов. Такие пишут: «Я даже читать не стала, только заголовок увидела и сразу возмутилась». И тут же, в следующем предложении: «Но то, что вы написали про тот подарок от свекрови — это перебор, на самом деле она хотела как лучше».
Если вы «даже не стали читать», откуда вы знаете про подарок от свекрови? Я об этом подарке написала в четвертом абзаце, после трех вступлений. Вы его не могли увидеть, не проскроллив половину статьи. Значит, вы читали. И не просто читали — вы запомнили деталь. Вы даже сравнили ее с чем-то (может, с собственным опытом со свекровью). И пришли возмущаться.
Я вам секрет скажу. Я таких комментаторов обожаю. Потому что если человек доскроллил до середины и запомнил деталь — он мой читатель навсегда. Он может писать что угодно. Он может называть меня сплетницей, желтой прессой, копателем в чужом белье. Но он вернется. Потому что я даю ему то, чего он не получает в обычной жизни: честный разговор о том, о чем все молчат.
Про традиции и философию — коротко, но с душой (для тех, кто все-таки это любит)
Вот, например, была у меня статья про задержание актера Б. за вождение в нетрезвом виде. Я могла бы просто написать: «Пьяный, арест, штраф». Скучно. Вместо этого я написала про то, как в турецкой культуре вообще относятся к алкоголю — от османских времен, когда пили шербет и кофе, до наших дней, когда в Стамбуле открываются винотеки. Я добавила цитату из Орхана Памука (нобелевский лауреат, между прочим): «В каждом стамбульце сидят два человека — один хочет быть строгим, как дед, другой хочет быть свободным, как ветер». И потом спросила: а может, актер Б. просто хотел быть ветром? И ветер занес его не туда?
Статья прочитана? Да. Скандал? Да. Философия? Да. Традиции? Да. Все довольны? Нет, конечно, потому что комментаторы всё равно написали «не копайтесь в чужом белье». Но они прочитали про Орхана Памука. Может, запомнили. Может, потом откроют его книгу. Я в это верю.
Заключение
Давайте закончим этот бесконечный монолог (вы устали? я устала. но вы дочитали, спасибо вам, спасибо за каждую секунду) главным выводом.
Люди не любят, когда копаются в чужом белье. Но люди любят смотреть, как это белье стирают, полощут, вывешивают на балкон, а потом удивляются: «Ой, а чья это рубашка? А почему она порвана? А что за пятно?»
Это нормально. Это не делает нас плохими. Это делает нас живыми.
Я не собираюсь останавливаться. Я буду писать и про разводы, и про задержания, и про суды. Но я буду писать и про психологию героев сериалов, и про османские традиции, и про философию. Потому что все это — части одной картины. Картины под названием «человек». Иногда человек падает в грязь. Иногда он поднимается и отряхивается. Иногда грязь остается навсегда. Но нам интересно смотреть на это — потому что мы боимся, что завтра на том же месте окажемся мы.