Найти в Дзене
Kumiho про Скандалы

Телеведущая Со Юри, которая ранее рассказала, что стала жертвой онлайн-преследования и столкнулась с проблемами в ходе расследования

, заявила, что третью временную меру защиты ей назначили только после того, как история попала в СМИ. 7 апреля Со Юри опубликовала пост, в котором написала: Когда эта история получила огласку и о ней начали писать СМИ, 6 апреля мне в третий раз назначили временные меры защиты. Первый раз, второй раз и теперь уже третий. Но несмотря на то, что такие меры вводились уже трижды, преследователь до сих пор так и не был наказан. А я всё это время писала петиции, подавала обращения и в итоге сама оказалась в статусе подозреваемой. Временные меры существуют для того, чтобы защищать жертву. Но они не наказывают преследователя. Они лишь на время оберегают пространство жертвы, но никак не останавливают самого человека и не лишают его намерения продолжать свои действия. И каждый раз, когда срок этих мер заканчивался, мне приходилось заново проходить всю процедуру. Я пережила это уже три раза. Закон о наказании за сталкинг предусматривает уголовную ответственность за нарушение временных мер защи

Телеведущая Со Юри, которая ранее рассказала, что стала жертвой онлайн-преследования и столкнулась с проблемами в ходе расследования, заявила, что третью временную меру защиты ей назначили только после того, как история попала в СМИ.

7 апреля Со Юри опубликовала пост, в котором написала:

Когда эта история получила огласку и о ней начали писать СМИ, 6 апреля мне в третий раз назначили временные меры защиты. Первый раз, второй раз и теперь уже третий. Но несмотря на то, что такие меры вводились уже трижды, преследователь до сих пор так и не был наказан. А я всё это время писала петиции, подавала обращения и в итоге сама оказалась в статусе подозреваемой.

Временные меры существуют для того, чтобы защищать жертву. Но они не наказывают преследователя. Они лишь на время оберегают пространство жертвы, но никак не останавливают самого человека и не лишают его намерения продолжать свои действия. И каждый раз, когда срок этих мер заканчивался, мне приходилось заново проходить всю процедуру. Я пережила это уже три раза.

Закон о наказании за сталкинг предусматривает уголовную ответственность за нарушение временных мер защиты. В таких случаях возможно даже расследование с арестом. Если человек уничтожал доказательства и при этом фактически признавал содеянное, то ходатайство об аресте является совершенно естественной и предусмотренной законом мерой. Но даже несмотря на это, преследователь подал на меня встречную жалобу, и в итоге не было ни ареста, ни вообще какого-либо наказания.

Закон существует. Процедура тоже существует. Но в моём случае эта система не сработала. И если даже закон не работает, то что тогда вообще остаётся делать жертве? Остаётся только писать петиции, подавать объяснения, собирать подписи, протестовать и ждать. И в итоге подозреваемой сделали не преследователя, а жертву.

Сам факт того, что временные меры защиты вводились трижды, уже говорит сам за себя. Это означает, что суд три раза официально признавал: происходящее является повторяющимся и продолжающимся преступлением, и оно до сих пор не прекратилось. И несмотря на это, наказания всё равно не последовало.

Именно в этом и заключается самая страшная проблема того, как сейчас работает закон о наказании за сталкинг. И сегодня преследователь по-прежнему находится на свободе. А я уже готовлюсь к четвёртому кругу. Сколько ещё раз должны вводиться временные меры защиты, чтобы в этой стране наконец наказали преследователя?

И это вопрос не только мой. Это вопрос, который сегодня задают все жертвы сталкинга в этой стране.

@skandalbomb