В августе 1941 года Лужский край оказался под гитлеровской оккупацией. Больше двух с половиной лет город, который мог бы стать уютной дачной столицей, превратился в филиал ада на земле. Фашисты устроили здесь конвейер смерти: пересыльные лагеря, публичные виселицы на центральной площади, депортации подростков в рабство. Официальные данные леденят кровь: в Луге и окрестных деревнях уничтожено не менее 11–12 тысяч человек – стариков, младенцев, военнопленных. Но реальные цифры, как показывают поисковики, гораздо выше. Местные жили в постоянном страхе: пленные царапали на стенах предсмертные записки вроде «…расстреляют и меня, как моих товарищей».
Оборона и оккупация: «новый порядок» с первого дня
Оккупанты начали с железной бюрократии. Едва войдя в город, они приказали всему населению старше 14 лет явиться на биржу труда. Уклонистов ждал расстрел, а сама комендатура расположилась в здании бывшего банка на Советском переулке. Детей и подростков согнали на каторжное строительство дорог, лесозаготовки и торфоразработки – всё для нужд немецкой армии. По городу ввели комендантский час: с восьми вечера до восьми утра выходить на улицу запрещалось под страхом смерти.
При военной комендатуре создали русскую управу, а для устрашения горожан ещё и эстонскую полицию, которая входила в структуру безопасности СД и засела в здании на Базарной площади. Гарнизон Луги насчитывал около пяти тысяч человек, но это были не только немцы: в мотопехоте и артиллерии служили поляки, французы и бельгийцы. В Городецкой волости на аэродроме базировались полсотни самолётов.
Деревни переписали подчистую. В паспорта вклеили немецкие штампы, ввели ежедневные проверки. Выйти из села без разрешения старосты стало невозможно. Затем провели земельную перепись и обложили крестьян неподъёмным налогом: 200 килограммов зерна с гектара, литр молока с каждой коровы ежедневно и по два яйца с курицы каждую неделю.
Внешне оккупанты пытались изображать либералов – мол, мы свои, не бойтесь. Но эта маска треснула уже в первые недели. В центре Луги на Базарной площади поставили виселицу. Первым на ней оказался директор рынка Александр Петрович Иванов: он взорвал железнодорожный мост по заданию райкома партии. Тело провисело десять дней – для острастки. А в сентябре 1941 года там же казнили двух подростков из села Голубково. Шестнадцатилетнему Саше Кондратьеву и восемнадцатилетнему Олегу Васильеву на грудь повесили таблички с надписью «Партизан» и вздёрнули на верёвках. Их вина была в том, что они стреляли из винтовки по немецкому самолёту.
Зима 1941–1942 годов выдалась лютой, и комендант распорядился собрать для солдат тёплую одежду. Уличные старосты вместе с гестаповцами обходили дома и выгребали всё мужское, женское, детское. Ничего не жалели. А с 1942 года началась охота на людей: молодёжь массово вывозили в Германию. За уклонение — расстрел на месте. Весной того же года добавились новые налоги: подоходный, поземельный, поголовный (для всех от 18 до 60 лет) и даже налог на собак.
К ноябрю 1943 года фронт приближался, и оккупанты стали превращать Лугу в крепость. Все кирпичные дома переоборудовали в пулемётные доты, жителей выселили. В парке у собора и на стадионе установили артиллерийские позиции. Тогда же началась эвакуация населения. Через весь город от военкомата до берега реки Луги вырыли траншею глубиной полтора метра с пулемётными гнёздами. Рыночную площадь обнесли колючей проволокой. Центральные улицы перегородили двумя рядами колючки, оставив лишь узкие проходы с рогатками. А перед самым отступлением фашисты заминировали фабрики, склады, все крупные кирпичные здания, шоссейные и железные дороги, готовились уйти, оставив после себя груду камней.
Воспоминания узника: «Папа Крёстный» с плёткой
Особенно чудовищным был быт концлагерей. Своими глазами это увидел Валентин Николаевич Шишов, переживший ад лужского лагеря. Вот как он описывал своё заточение:
«Территорию немцы обнесли забором и колючей проволокой. Поставили смотровые вышки. И стали сгонять людей без разбору – и старых и молодых… К восьми часам утра нас выстраивали во дворе вдоль домов и бараков, пересчитывали, и между рядами начинал ходить с плеткой «Папа Крёстный». Так мы между собой называли коменданта лагеря, оберштурмбанфюрера, в серой форме. С плёткой в руках он проходил между рядами, пристально вглядываясь в каждого. Он обязательно находил в ком-то какой-то изъян: кто-то не так посмотрел – и наносил крест-накрест 25 ударов плеткой (отсюда и прозвище). Некоторых относили в сторону и обливали водой… Потом подходили конвоиры, объявляли, сколько человек они берут и на какие работы… Были в лагере и зверства, и пытки, и массовые захоронения узников… Перед отступлением, когда наши войска жали немцев на всех фронтах, они собирались увозить в Германию всех советских граждан: и узников концлагерей, и жителей окрестных населенных пунктов».
«Дулаг-320»: лагерь смерти
Главным чёрным пятном на карте Луги стал «Дулаг-320» — пересыльный лагерь за «горбатым» мостом в заречной части (ныне район Луга-1). Поисковики до сих пор находят там ужасное: «Ямы размером с жилую комнату, в каждой по 150–200 трупов». По подсчётам, там погибло порядка 11 тысяч человек. Осенью 2022 года из земли подняли останки 134 жертв – солдат и мирных жителей. Под домами в Заречной части Луги до сих пор при рытье котлованов натыкаются на человеческие кости.
Но были и другие адреса смерти. На Кировском проспекте у вокзала держали «облегчённый» лагерь, а в районе Толмачёво – на базе санатория «Красный Вал». Заключённых отправляли на убойные работы. В деревне Жельцы людей без зимней обуви заставляли копать дороги без отдыха: из 200 человек к весне 1942-го выжило лишь 15. Неспособных работать расстреливали тут же.
Расстрел по крови
Нацисты проводили систематическую расовую политику. Весной 1943 года из Торкович согнали 78 цыган — стариков, женщин и младенцев в деревню Васильковичи. Через несколько дней раздались выстрелы: жители слышали 70 выстрелов – столько людей убили. Одежду казнённых сожгли, чтобы замести следы. А в 2019 году поисковики нашли в земле тела целой семьи: отец, мать, бабушка и двое детей 6–8 лет – их расстреляли за несколько месяцев до освобождения.
Как уничтожали землю и деревни
За время оккупации в Луге из 2028 домов было сожжено и взорвано 1130. Расстреляно 12 человек, 3 человека повешены, 1600 человек умерли от истязаний, 12 тысяч военнопленных были расстреляны и сожжены за полигоном. При обследовании 47 могил на Лесной улице (кладбище русских военнопленных) были обнаружены останки не менее 11 тысяч военных и гражданских лиц. Принудительно вывезено в Германию до 5 тысяч жителей города. В городе были разрушены предприятия союзного значения – ЛАЗ и Красный Тигель», все предприятия местного значения и промкооперации. Разрушены 1,2,3,7 и 10 школы, из 12 детских садов сохранилось здание только одного, все дома 4-х детских яслей также были уничтожены. Взорваны здания больничного корпуса, городской поликлиники, Дом культуры, типография, электростанция. Уничтожены памятники В.И.Ленину и С.М.Кирову. Ценное оборудование промышленных предприятий, имущество государственных, кооперативных и общественных организаций и учреждений, а также личное имущество граждан, представляющее ценность было вывезено в Германию. По предварительным подсчетам ущерб, причиненный хозяйству города оккупантами, определен в 43.785.672 рубля. За 2.5 года оккупации сельское хозяйство района было полностью развалено.
По подсчетам комиссии в Лужском районе за годы войны были разрушены 3 совхоза, 20 домов отдыха, 2 железнодорожные станции, 5 предприятий, 2 МТС, 41 школа, 5 больниц, 3753 жилых дома. Некоторые деревни были сожжены полностью, до единого дома, в других уцелели кое-какие постройки.
За вышеуказанный период гитлеровскими бандитами по деревням Лужского района было уничтожено беззащитных людей – женщин, стариков и детей 364 человека, из них: расстреляно и убито 305, повешено 3 человека, замучено и сожжено 43 человека, погибло от артобстрелов, бомбардиров и мин 13 человек, кроме того замучено и расстреляно 13 советских военнопленных.
За этот период подверглись арестам, пыткам, насилию и побоям 121 человек, насильно угнало со своей земли в немецкое рабство 1280 человек.
Память: расследование продолжается
12 февраля 1944 года Лугу освободили. Но земля ещё долго кричала. В актах специальной комиссии записано: в посёлке Торковичи население сократилось с 3000 до 330 человек. В самой Луге из 28 тысяч довоенных жителей насчитали лишь около 9400 выживших.
В 2022 году Следственный комитет РФ возбудил уголовное дело о геноциде. Поисковики продолжают поднимать из земли новые жертвы. В городе стоит мемориал у кирпичного завода с надписью «Дулаг-320» и братская могила на городском кладбище. Ежегодно 23 сентября в Луге и районе проходит День памяти жертв нацизма.
Эти преступления не имеют срока давности.
Анна Беляева