Незадолго до Рождества в прошлом году король Карл выступил с видеообращением в рамках кампании Stand Up To Cancer. Он объявил, что его здоровье улучшилось настолько, что в 2026 году он сможет сократить количество курсов лечения от рака. Это значит, что Чарльзу больше не нужно будет каждую неделю приезжать в Лондон на лечение.
Один из королевских корреспондентов Великобритании заявил, что в декабре дворец намеренно раздувал шумиху вокруг положительных новостей о лечении короля Карла от рака.
Роберт Джобсон, ветеран журналистики с Флит-стрит, которого Wall Street Journal назвал «крестным отцом королевских репортажей», и автор нашумевшей книги «Наследие Виндзоров», в интервью подкасту The Royalist рассказал, что помощники во дворце оказывали давление на журналистов, чтобы те представляли новости о здоровье короля в максимально позитивном свете.
«Я думаю, что в декабре всё было слишком раздуто. Мне кажется, что во дворце слишком акцентировали внимание на «хороших новостях». Представители пресс-службы говорили: «О, это хорошие новости».
Они как бы пытались сказать журналистам: «Не интерпретируйте это иначе. Это хорошие новости».
«Король борется с раком. Он будет жить с раком. Я думаю, что у него нет другого выхода, кроме как жить с раком. И этим все сказано».
Я похвалил короля за его выдающийся пример для подражания, мужество и чувство долга и сказал, что мои друзья, которые недавно с ним общались, отметили его бодрость.
Дальше Робсон продолжил:
«То, через что ему приходится проходить, и то, что он делает, — я видел это на мероприятиях, которые проходили недалеко от него, и он чуть не засыпал стоя. А ведь это человек, который всей душой предан своему долгу».
Он добавил, что Чарльз, скорее всего, скорректирует свое лечение перед предстоящим визитом в Вашингтон, «чтобы убедиться, что у него достаточно сил, чтобы выложиться по полной».
Джобсон также предположил, что, хотя король никогда не отречется от престола, в случае серьёзной болезни он позволит ей идти своим чередом.
«Если бы он почувствовал, что не может выполнять свой долг из-за проблем со здоровьем, он бы, наверное, сказал:
«Я не могу продолжать лечение, которое мне назначили, и пусть будет что будет».
Джобсон также нарисовал яркую и тревожную картину отношений между дворами короля Карла и принца Уэльского, описав едва скрываемое соперничество и поразительное неуважение со стороны окружения Уильяма к монарху.
«Команда Уильяма — и сам Уильям — не так почтительно относятся к монарху, как Чарльз относился к покойной королеве, — сказал Джобсон. — Они слишком громко рассуждают о том, что будут делать, когда Уильям станет королем».
Отвечая на вопрос о примирении с принцем Гарри, Джобсон сказал, что, хотя Чарльз инстинктивно хотел бы уладить конфликт, Уильям и Камилла представляли собой серьезное препятствие.
«Уильям — это камень преткновения», — прямо заявил он, добавив, что Камилла, уязвленная тем, как Гарри описал ее в своих мемуарах «Запасной», тоже «не слишком стремилась» к примирению.
По словам Джобсона, Камилла взяла на себя роль самой ярой защитницы короля, сравнив свои функции с ролью герцога Эдинбургского при покойной королеве.
«Она его защитница, — сказал он. — Она, наверное, считает, что в глубине души король слишком доверчив и мягок. Она никому не позволит использовать короля в своих интересах — даже Уильяму».