Всех читающих эти строки поздравляю с Пасхой Христовой - Праздником Праздников и Торжеством Торжеств.
Пусть наша общая Пасхальная радость никогда не иссякает и множится!
Православная вера является сокровищем, единственно могущим спасти наш болеющий мир от полной гибели.
На нашем с вами народе лежит миссия хранить и преумножать величайший дар - истину Христову, хранимую в Его Святой Церкви.
Эта миссия, эта огромная ответственность лежит на нас с вами - простых христианах, старающихся жить по-евангельски.
Каждый день нам с вами приходится бороться с самими собой, своей ленью, унынием, оскудеванием сил, желанием бросить всё и пуститься во все тяжкие (впрочем, последнее бывает даже полезным, главное вовремя опомниться и вернуться).
Нам приходится бороться и с враждебным окружением. Как говорит Владыка, «Мы не русские, а советские люди». Безбожная, бесчеловечная, бездуховная советская система и проистекающие из неё стереотипы поведения никуда не делись и проникают даже в Церковь. А ещё в неё проникают суеверия, какие-то магические, языческие представления, никакого отношения к Христианству не имеющие.
Почему меня это особенно волнует? Хоть я и на самом деле непотребная, но всё же требная сестра, помощник настоятеля больничного храма в Кардиоцентре. Я постоянно сталкиваюсь с этими проблемами.
В Православие я пришла в сознательном возрасте, воспитывалась в советской семье, дедушка был ученым, родители - представителями архитектурной богемы. Я получила высшее художественное образование, работала дизайнером. Но потом жизнь повернулась так, что я оказалась в общине сестер милосердия, возглавляемой Владыкой Пантелеимоном. Всё, что пишу, я сначала отправляю Владыке, и только если у него нет никаких возражений и нареканий, то дерзаю это публиковать.
Возможно, мои записки кому-то помогут. Верным - укрепиться. Внешним - приобщиться. Отпавшим - вернуться.
Господи, благослови.
…
23 марта. Понедельник.
Дотащилась до Кардиоцентра. Сейчас переоденусь в форму, зажгу свечи и поделюсь с вами несколькими мыслями.
До конца Поста осталось всего три недели, и здравый смысл подсказывает, что надо сократить общение с внешним миром и заняться переосмыслением прожитого.
Кто меня на сегодняшний день больше всех радует - это О.
Сколько страданий мы с ней претерпели в прошлом, как ранили друг друга, когда были вместе, как корчились в кровавых конвульсиях, когда расстались, как потом не могли совладать сами с собой при неожиданных, кратких встречах. Всё перемололось и стихло. Мы снова вместе, в молчании. У нас нет потребности кидаться друг другу на шею, а потом кидать друг друга и прятаться, зализывая новые и новые раны. Мы приходим к Богу, а не друг ко другу. Мы сосредоточены на Нём, и в этом сосредоточении едины. Мы оба понимаем это и счастливы, мы любим друг друга по-прежнему и позволяем друг другу любоваться друг другом, но в этом больше нет желания обладать, хапнуть, присвоить, привязать, заставить, навязать свою правду, перевоспитать. При этом есть полное ощущение полноты общения, которое даёт силы жить дальше - служить, учиться, развиваться и творить.
Что творить? Как творить? Это другой вопрос.
Последние пару недель я беспрерывно занималась анимацией своих героев через нейросети. Несколько от них утомившись, я решила сделать паузу и подумать.
Мощный, могучий инструмент может стать поистине дьявольским орудием, если использовать его не ради любви, а для удовлетворения страстей или того хуже - для унижения и устранения неугодных. Ну представьте. Можно сочинить что угодно, нарисовать кого угодно и заставить их делать практически что угодно, и это будет так ярко и убедительно, что все поверят выдумке больше, чем реальности. Понятно, что у всех своя интерпретация реальности, но по факту у руля оказываются те, кто имеет достаточно наглости навязывать своё видение другим.
И встает вопрос - зачем? Если помогать друг другу справляться со страданиями, разбираться в своих чувствах - это хорошая мотивация. Но в какой-то момент можно перейти грань и начать выражать в своем творчестве обиды, издеваться, мстить за уязвленную гордыню, тянуть одеяло на себя. И тогда это становится инструментом разрушения, и тогда надо останавливаться, каяться и переключаться на что-то другое…
…
Так. Вроде всё пока сказала. Пойду позавтракаю и порисую. У меня на повестке дня - примирение Сандро с Альго после его бурной ночи в Виаденсвилле.
…
24 марта. Вторник
Вернувшись вчера вечером домой, обнаружила следующую картину.
Десятилетний сын Е. с больным горлом и температурой лежит в комнате своей бабушки - моей матери, одетый, под одеялом, весь красный, окно закрыто.
Бабушка пребывает в панике, ей кажется, что всё было зря, всё пропало, талант Е. зарыт в землю, а я ничего не делаю.
Справедливости ради скажу, что дальнейшая судьба нашего Е. также вызывает у меня панику. Но я это никому не показываю, а бегу в Храм, и на коленях прошу Господа Бога нас вразумить и всё устроить, а в семье действительно стараюсь вести себя максимально беззаботно.
Дело вот в чём. Мальчик в этом году заканчивает четвертый класс. Когда нужно было оформлять его в школу, мы выбрали для себя формат домашнего обучения на платформе «Интернет урок». Параллельно Е. с удовольствием много и успешно занимается музыкой, обнаруживая выдающиеся способности. Но время летит, ребенок превращается в подростка, ему уже не хочется сидеть дома, он хочет в нормальную школу, хочет общения, активности и преодоления испытаний. Мне тоже надоело держать его у своей юбки, с гораздо большим удовольствием я продолжу изучать медицину в училище сестер милосердия, которое пришлось бросить прежде всего потому, что сыну не хватало моего внимания.
В апреле на Светлой Седмице состоятся вступительные олимпиады по математике, русскому, английскому и межпредметным дисциплинам. Школу - гимназию с углубленным изучением отдельных предметов - мы выбрали в сущности наобум, точнее, по наитию. Находится она на Парке Победы, на метро можно добраться без пересадок, да и на машине подвозить удобно. Отзывы о школе в основном хорошие.
Конечно, если Е. туда поступит, наш образ жизни изменится кардинально. Надо будет каждый день рано вставать, ездить туда-сюда, на музыку остается вторая половина дня, а всё остальное время будет уходить на подготовку к занятиям.
Моя матушка считает, что это совершенно неподъемно, что Е. не справится, что музыку придётся бросить, что его талант погибнет, что всё кончено и напрасно. Узнав о наших намерениях, она прорыдала весь день и всю ночь, потом заболела, потом заболел Е.
Мысленно вздохнув, я раскрыла ребенка, жестом показала, чтобы он забирался ко мне на спину (мы это называем «на карачи») и как лошадка повезла его в нашу комнату с мужем. Повязав мальчику шею платком, я широко распахнула окно, впустив прохладный весенний воздух, и стала отпаивать больного, рассказывая всякие забавные истории. После чего мы разложили диван и втроем посмотрели старый добрый мультик про робота, который нашел растение. Очень вдохновляюще.
Поужинав варениками с картошкой, кока-колой и M&M’sами, мы помолились перед сном, и мальчонка своими ножками веселенький поскакал спать. Температура у него была уже нормальная, горло прошло.
…
25 марта. Среда
Чтобы восстановиться (точнее, заново поступить) в училище, нужно сделать кучу документов, из которых львиная доля медицинского характера. Я решила с этим делом не затягивать и записалась вчера в поликлинику на диспансеризацию. Результат превзошел все ожидания.
Меня полдня допрашивали и анкетировали, гоняли по этажам из кабинета в кабинет, щупали и измеряли, выкачивали кровь из пальца и из вены, снимали кардиограмму и делали флюорографию и в довершение всех зол засандалили в плечо и под лопатку прививки от гепатита, дифтерии и столбняка.
В итоге домой я приползла ближе к вечеру, чуть живая и с полным ощущением, что меня заразили всеми этими болезнями сразу. Завязав распухшее горло, я грохнулась спать. Наутро проснулась с наполовину заложенным носом и такой жуткой слабостью, что было непонятно, как вообще встать с постели. Ужас положения отягощался тем, что в среду у меня рабочий день.
Во-первых, дежурство у подопечной бабушки, причем меня просили приехать пораньше, к 9.00, самое позднее - к 9.30.
Во-вторых в 17.00 сегодня служба - Мариино Стояние. Это одна из важнейших служб Великого Поста, на ней целиком читают канон Андрея Критского с житием преподобной Марии Египетской. Длится она часа три, а может и четыре. Такая служба бывает раз в год, я всегда к ней особым образом внутренне готовлюсь и непременно стараюсь на ней быть.
Худо-бедно прямо в кровати скорчившись в земном поклоне я прочитала утреннее правило и, пошатываясь, потопала в душ. Помывшись и одевшись, сама не знаю как сварганила завтрак, поела и покормила мужа с сыном, после чего нацепила косуху и отчалила собирать пробки, в дороге по второму кругу читая утреннее правило:
«Укрепи бедствующую и худую мою руку и настави мя на путь спасения».
Как это всегда бывает, за рулем настроение мое существенно поднялось. Из разваливающейся калоши я превратилась в Д’Артаньяна, пусть давеча раненого в лопатку и плечо, но от этого не менее бравого.
С таким бодрым настроем я прибыла к своей старенькой лежачей Констанции, проживающей совместно с черной мохнатой кошкой по имени Жужа. Эта Жужа с недавних пор прониклась ко мне неистовой, поистине животной страстью, которая изрядно отравляет мне смены у Констанции. Жужа чувствует себя нормально, только когда я держу ее на коленях, глажу по шерстке и почесываю за ушком. Тогда она утробно урчит и всячески выражает радость жизни. Когда же я перестаю это делать и отвлекаюсь на что-то другое, она всеми правдами и неправдами пытается добиться моего внимания и ласки. Даже когда эти попытки приводят к обратному эффекту, и она получает леща, это ее нисколько не расхолаживает. Жужа беспрестанно вопит, лезет, подсовывает мне голову и пихает лапкой, пока я не сдаюсь и не выделяю ей порцию нежности. Почему я не могу делать это постоянно, вызывает у нее искреннее недоумение.
…
26 марта. Четверг
Благополучно отдежурив у бабушки, я уехала от нее чуть пораньше, чтобы поспеть на Мариино Стояние без опозданий. С недавнего времени я с помощью добрых людей обзавелась невиданной роскошью - пропуском на территорию Первой Градской больницы, так что теперь паркуюсь как белый человек - у самого входа в Храм.
Недавно отец Р. говорил проповедь о покаянии. В ней были такие слова:
- Люди увлекаются кем угодно и чем угодно - музыкой, искусством, политикой и так далее. А почему бы не увлечься покаянием? Это даже звучит странно. Это непопулярно. Но если вдуматься и попробовать, это правильно и совершенно неободимо желающим спастись! Желаю всем вам увлечься покаянием!
Надо сказать, этим Великим Постом мне это в какой-то мере даже удалось. Вчера меня это просто-таки спасло.
Дело в том, что на службу приехал человек, с которым меня связывает общее драматическое прошлое - это сестра Д., являющаяся прототипом персонажа по имени Ревниций, он же приор Леваний.
С нею в Храме были и другие сестры, принимавшие в прошлом участие в конфликте. И если бы не увлеченность покаянием, я бы очень болезненно и эмоционально отреагировала на них. Но этого не произошло.
С сестрой Д. мы поздоровались приветливо. Всю службу стояли и молились тихо и спокойно. Три часа пролетели как три минуты. Немного не дожидаясь полного окончания Богослужения, дабы никого не вводить в соблазн и не ввязываться в лишние разговоры, я выскользнула из Храма.
После чего попала в пробку. Тут на меня навалилась чудовищная усталость, а по приезде домой - печаль и апатия. В голову стали в голову лезть мысли о сглазе и порче, впрочем, я просто легла спать.
27 марта. Пятница
Я снова в Кардиоцентре. Сейчас зажгу свечи и напишу мысли.
«Очень надеюсь, что у вас с О. всё и впредь будет хорошо! Меня очень порадовал своим началом "дневник непотребной сестры".
Потому что эти новые тексты про Сандро и остальных показывают, как глубоко начертаны в твоей душе эти события».
Такое кратенькое письмо мне прислала в ночи моя дорогая Н., с которой я поделилась своими записками.
Любопытно, что накануне мы как раз обсуждали это самое начало этого дневника непотребной сестры с моей мудрой Антеей (это художественный псевдоним, поэтому имя не сокращаю).
- Несколько дней назад я написала этот текст: «Сколько страданий мы с ней претерпели в прошлом, как ранили друг друга, когда были вместе, как корчились в кровавых конвульсиях, когда расстались, как потом не могли совладать сами с собой при неожиданных, кратких встречах. Всё перемололось и стихло. Мы снова вместе, в молчании. У нас нет потребности кидаться друг другу на шею, а потом кидать друг друга и прятаться, зализывая новые и новые раны. Мы приходим к Богу, а не друг ко другу. Мы сосредоточены на Нём, и в этом сосредоточении едины. Мы оба понимаем это и счастливы, мы любим друг друга по-прежнему и позволяем друг другу любоваться друг другом, но в этом больше нет желания обладать, хапнуть, присвоить, привязать, заставить, навязать свою правду, перевоспитать. При этом есть полное ощущение полноты общения, которое даёт силы жить дальше - служить, учиться, развиваться и творить». Так вот, когда я написала этот текст, мне пришло в голову, что это серьезные заявления, и нас ждет очень серьезная проверка. Проверка началась. И сразу заставила меня осознать, что во многом это пока ещё манифест, некое пожелание, а на реализацию его положений может уйти вся оставшаяся жизнь.
Антея ответила так:
- Да, понимаю тебя. Но если этот манифест есть, значит в будущем оно уже случилось. И это просто вопрос времени , когда оно будет обретено. Времени и труда души.
Думаю, к этим словам нечего добавить.
Что касается новых текстов.
Во-первых, родилась ещё одна глава «Легенды о графе Строжарио»:
https://dzen.ru/a/aaSChyynFl-Ixi-r?share_to=link
Во-вторых, родился приквел к первому циклу новелл про Дона Сандро:
https://dzen.ru/a/acURS_p_UQGFszoL
…
28 марта. Суббота Акафиста
Вчера вечером у нас в Бакулевском была прекрасная служба с пением Акафиста Божьей Матери. Отец Алексей сказал мне готовиться к Причастию, так как я исповедовалась на Мариино Стояние.
- При условии, что ты никого не приложишь сегодня вечером и завтра утром, - весело сказал он.
- Ну что вы, - ответила я. - У меня самый любвеобильный настрой.
- Пусть он таким и остаётся, - откликнулся священник и поспешил распрощаться.
По пути домой собрала все пробки и несколько раз чуть не заснула. Купив и оставив мешок продуктов на трапезу в машине и добравшись до спальни, бухнулась спать. Проснулась в час ночи бодрячком. Самое время почитать каноны.
…
29 марта. Воскресенье
Вчера вечером почувствовала, что заболеваю - видимо, вирус, который сразил сына, добрался и до меня. Дерет горло, слабость, чихаю как кашалот.
Придется сегодня пропустить воскресную Литургию. Пойду налью себе горячего чаю и буду отлеживаться, пока можно.
…
30 марта. Понедельник
В конце прошлого года матушка Е. впервые рассказала мне про Герцентр. Она тогда только-только начинала там волонтерить:
- Лежат там брошенные, озлобленные на родственников старики. Никто ими особо не занимается. Рук персонала не хватает. Ну вот я и хожу, делаю что могу - мою, кормлю, стригу, общаюсь с ними…
- Возьмите меня с собой!
- Конечно, давайте! Только надо собеседование пройти.
На то, чтобы пройти собеседование, договориться со всеми инстанциями и попасть в нужные базы ушло четыре месяца. Но сегодня наконец-то настал день, когда мы с матушкой Е. договорились встретиться в 10 утра на проходной и поволонтерить вместе.
А тут меня подкосила болезнь. Вчера весь день почти не вставала с постели, но сегодня твердо намерена встать и поехать.
«Когда тебе плохо, найди тех, кому ещё хуже», - любит повторять Владыка.
…
Благополучно добравшись до герцентра, мы с матушкой отправились к старшей сестре, дабы она очертила перед нами фронт работы. Та сразу рассказала о больной из 19ой палаты, которую нужно сегодня помыть, так как завтра ее переводят в другой пансионат. Но больная трудная, упрямая и матерящаяся. Мне сразу стало интересно, и я увязалась за старшей сестрой в 19ю палату, дабы оценить обстановку.
Больная оказалась моей ровесницей - молодой, красиво постриженной женщиной, обильно покрытой татуировками. Она лежачая, в прошлом были и алкоголь, и наркотики. Нрава буйного, кроет всех подряд. Увидев меня, разразилась:
- Я ни за что не позволю прикоснуться к себе какому-то проходимцу с улицы!!!! Пошел отсюда вон, паршивец, пока я тебя не прибила!!!
Очаровать ее решительно не удалось, как паршивец ни старался.
- Не обращай на нее внимания, - утешала меня старшая сестра. - К ней ходит сиделочка, они говорят на одном языке. Та ее и помоет.
После этого ушата мне уже было ничего не страшно. Мы с матушкой просто пошли по палатам, меняя памперсы и постригая ногти всем подряд. С некоторыми насельниками завязывались интересные дискуссии.
Один мужчина, тоже лежачий, увидев, что мы православные волонтеры, с вызовом заявил, что он атеист. Я попросила его выключить звук у телевизора, и мы заговорили на тему веры. Подключилась матушка, рассказала свою историю.
Когда мы уходили, атеист проникновенно посмотрел мне в глаза и поблагодарил за беседу.
В общем, четыре часа пронеслись моментально. Сотрудники накормили нас обедом и отпустили со словами горячей благодарности.
Усталость почувствовала лишь вернувшись домой. Сын сварил мне пельмени из немяса и принёс тарелку в кровать. Слопала лёжа.
…
31 марта. Вторник
Проведя вчерашний вечер в полуотключке, я остатками здравого рассудка переосмысляла историю матушки, рассказанную в палате атеиста. Вот ее примерный пересказ:
«Я впервые пришла в Храм в девяносто первом году, уже 10 лет как будучи замужем и с детьми. Мой муж был некрещеным, и моим самым заветным желанием было, чтобы он крестился. Но чем больше я уговаривала мужа, тем он сильнее сопротивлялся. Когда я рассказала об этом священнику на исповеди, тот воскликнул:
- Уговаривала??? Если уговаривать, он никогда не крестится!!!
- Так что же делать?
- Молиться! Молиться надо!
Я достала молитвослов и протянула его батюшке:
- Не могли бы Вы отметить карандашом, какие молитвы надо читать, чтобы муж крестился.
- С первой и до последней, - отрезал священник».
Дальше матушка кратко рассказала, что она стала усердно молиться так, как сказал батюшка, а мужа оставила в покое. Сначала началась брань - резкое ухудшение отношений с ним. Но вскоре он сам завел об этом речь, крестился, стал ходить с ней в Храм, помогать в алтаре, потом стал дьяконом, потом священником и настоятелем больничного храма, которым по сей день и является.
Под впечатлением от этой удивительной истории, я стала переосмысливать свою ситуацию, свои отношения с мужем. Он у меня, правда, был крещен еще в детстве и мы даже венчались, но этим дело и кончилось. В Храм я хожу одна, во всех таинствах участвую одна, а он сидит дома и играет в компьютер. Я много раз пыталась ему что-то доказать, но становилось только хуже. Но молилась ли я об этом, по-настоящему, с верой и любовью, горячо и серьезно? Скорее нет. А если бы молилась, то у меня давно было бы как у матушки.
Но я
Занимаюсь не тем.
Отношусь не так.
Делаю не то.
Чем же я занимаюсь? Очевидно, самоутверждением, поиском собственного удовольствия.
Как же я отношусь к мужу? Потребительски, без уважения и без любви.
Что же я делаю? Всё что угодно, но не то, что надо. Я не молюсь по-настоящему, и поэтому нет и плодов.
…
Узрев эту неприглядную картину, я впала в полную растерянность - когда по-старому жить уже не можешь, а по-новому ещё не умеешь.
…
Тот же день.
Сделав эту запись, я встала, разбудила Е. и мы с ним поехали на подвиги. Я уже упоминала, что мой сын много и успешно занимается игрой на фортепиано. Сегодня нам в 9 утра уже нужно было быть в музыкальной школе в центре города, где проходил второй тур президентских грантов. Из всей музыкальной школы только четырех учеников выдвинули на первый тур, а во второй из всей школы прошёл только он один. Можете себе представить, как там было чопорно и пафосно.
Только лишь там оказавшись, мы сразу стали делать всё не то и не так. Во-первых, сдвинули банкетку, чтобы сесть так, как нам удобно. К нам сразу подлетела свирепого вида тетенька в клетчатом платье (как мы потом узнали, это была директор этой самой школы собственной персоной) и давай ругаться, чтобы мы вернули лавку на место. Послушавшись, мы облокотились спинами на стену, а этого тоже делать было нельзя, о чем сообщила подлетевшая к нам охранница.
Потом ситуация на время улучшилась - нам выделили отдельный класс, где стояло пианино и можно было сидеть как хотим и играть сколько угодно.
Е. поиграл своих Рахманинова и Шопена, после чего боевого настроя и разрядки ради мы решили переключиться на старину Кипелова. Не думайте, что мы жахнули в полную мощь - Е. тихонечко, чуть слышно заиграл «Возьми мое сердце», а я запела. Всё сначала было хорошо, но на словах «Я слышу утренний колокол - он бесов дразнит» к нам в класс ворвались с воплями и проклятиями, как будто мы совершили осквернившее эти стены из ряда вон выходящее святотатство. Тут уже настал мой черед возмущаться и я чуть не увезла оттуда Е. в ту же минуту, но тут как раз подошла его очередь выступать, он вышел на сцену и жахнул Шопена с Рахманиновым так проникновенно, что члены жюри разразились рукоплесканиями.
…
1 апреля. Среда
Проснулась в ночи с полным ощущением краха всех внутренних опор. Как будто всё, на что я прежде облокачивалась, надломилось и обратилось в прах. Мне стало страшно.
Эта лютейшая внутренняя брань продолжалась часов до четырех утра. Меня всю трясло, в глазах рябило, в ушах шумело, сердце колотилось, в голову лезли самые жуткие, мрачные и печальные мысли. О полном упадке и безнадежии, о покинутости и оставленности всеми.
Помогло мне довольно нехитрое занятие - составление электронного помянника живых и усопших, за которых надо помолиться. Перечень в итоге вышел довольно внушительный, причём было совершенно очевидно, что едва ли абсолютно все перечисленные от меня действительно отвернулись. Да, среди них есть те, с кем у меня случились размолвки, но жизненный опыт показывает, что они всегда носят временный характер, а в итоге только очищают и укрепляют отношения. А в общем и целом у меня есть мощная гвардия единомышленников и единоверцев, которые очень любят меня. И если со мной что-то случился, это будет для них серьезная утрата. Так что надо взять себя в руки, еще немного поспать, а потом превращаться в д’Артаньяна. Сегодня и завтра меня ждут старенькая Констанция и страстная Жужа.
…
2 апреля. Четверг
После вышеописанных ночных страданий смена у Констанции была совершенно жуткой. Манипуляции, связанные с уходом - подтянуть, повернуть, положить на судно, позиционировать и тому подобное - обычно не представляют для меня особого труда, так как бабушка довольно легкая и послушная. Но вчера ощущение было такое, что я из последних сил тягаю слона. Еле-еле справившись со сменой, дотащилась до дома, с ужасом ощущая по новой боль в горле, а также озноб и ломоту во всем теле как при начинающемся гриппе. Дошло до того, что написала сестре С. найти мне на пятницу и субботу замену в Бакулевском, потому что если так и дальше пойдёт, то есть риск окончательно слечь на Страстной и не поправиться до самой Пасхи.
У Е. сегодня вечером гала-концерт в доме творчества. Очень модное место в парке. Пойдёт туда с бабушкой, папой и учительницей музыки, которая после моих подвигов с исполнением Кипелова на грантах и последовавшим за этим скандалом знать меня не хочет.
- Чем дальше я буду держаться от твоих концертов, тем целее все будут, - сказала я сыну. Мальчонка согласился с улыбкой, нежно ко мне приласкался и принёс мне в постель горячего чаю.
Ситуация с Е. напомнила мне что-то, что уже было в моей жизни. У меня уже бывало так, что очень сильно любишь человека, но от его социальной жизни держишься подальше, чтобы ему не навредить. Сохраняя при этом общение на более глубинных уровнях. Если бы не последнее обстоятельство (для многих людей, увы, не понятное, не очевидное и поэтому как бы не существующее), то это было бы очень грустно. А так просто немного печально.
…
3 апреля. Пятница
Сестра С. нашла мне замену, что очень кстати, ибо проснувшись, я поняла, что попросту не могу встать с кровати и принять вертикальное положение - каменной плитой накрыла убийственная слабость. При этом в голове изрядно просветлело и все прочие симптомы болезни явно отступают.
Сынишка разогрел мне овсянки, порезал яблочко, налил чаю и принес мне это всё в кровать. Сам он ещё не отошёл после вчерашнего гала-концерта, на который я, разумеется, не поехала.
Через какое-то время в мою комнату зашла мать.
- Христос Воскресе, радость моя! - произнесла я, увидев её лицо, которое от такого приветствия несколько опешило.
- Ты чего? Ещё ж вроде не Пасха! Ааа, понимаю. Ты Серафим Саровский.
Я промолчала.
- Учительница Е. первым делом продемонстрировала мне вчера синяки.
- Какие еще синяки? Это не я! Постой. Ты хочешь сказать, что я в припадке безумства наградила её синяками?
- Именно так. Когда ты стала горланить Кипелова и она попыталась увести Е., ты вцепилась к ней в руки с воплями: «Не смейте трогать моего сына!»
- Да, я это помню. Но неужели я настолько не рассчитала силы, что у нее остались синяки?
- Именно. Ты понимаешь, что это их монастырь и у них там свой устав, в который мягко говоря не очень вписывается Кипелов?
Я опять промолчала, слегка закатив глаза.
- Впрочем, есть и хорошая новость, - после небольшой паузы продолжила моя собеседница. - После случившегося Е. играл настолько пламенно и эмоционально, что просто порвал в пух и прах всех конкурентов и прошёл в третий тур грантов. Обычно на таких конкурсах заранее известно, кто пройдёт, но от Е. жюри были в таком восторге, что единогласно поставили ему высший балл. И даже учительница признаёт, что если бы не ты со своим Кипеловым и дракой, он не вложил бы в игру такие эмоции и не прошёл бы дальше. Она теперь со смехом рассказывает о том, что случилось, и даже готова простить тебя, но позже. Должно пройти время.
Я была в некотором потрясении от этой истории:
- Учительница Е. могла бы написать на меня заявление в полицию за рукоприкладство и хулиганство. Я могла бы сейчас сидеть в обезьяннике.
- Могла бы. Но ей это и в голову не пришло. Она прекрасно держится. Смеётся, показывая синяк.
- Ты это уже говорила, - суховато откликнулась я. - Ты повторяешься. У тебя есть что сказать помимо того, что ты уже рассказала?
- Есть. Но это нужно сначала сформулировать.
- Ну когда сформулируешь, заходи ещё.
- Я хочу уехать за город. В монастыре завтра соборование, надеюсь на него попасть.
- В добрый путь.
- Но в воскресенье я вернусь. У Е. очередной конкурс, я обещала учительнице, что сама его туда отвезу.
- Договорились.
Мать оставила меня в раздумьях.
…
4 апреля
Лазарева суббота
Продолжаю болеть и пребывать в раздумьях. Отправила учительнице Е. краткое сообщение с выражением благодарности, что та не сдала меня в ментовку.
«И это всё?» - откликнулась она, по-видимому ожидая от меня более пространных и пылких покаянных речей и клятв больше никогда не петь Кипелова в присутствии высокопоставленных профессоров из Консерватории.
Но я испытываю раскаянье только в том, что сгоряча слишком сильно сжала ей руку. Конечно, подобный аффект - крайне опасное дело. Ведь так, не помня себя, конечность можно не просто сжать, но и запросто сломать или что-нибудь там порвать, отдавить или оторвать. А потом даже помнить не будешь, как ты это сделал.
В общем, если бы меня после этого инцидента упекли в какое-нибудь специализированное заведение, это было бы совершенно справедливо. Но в итоге я всего лишь оказалась под домашним арестом.
Насколько хватает разумения, читаю последования служб, пью горячее и всё больше лежу, периодически засыпая. То и дело осаждают бесы уныния, но вроде пока получается с ними справляться.
…
Наутро написала учительнице Е.:
Думаю, что мой последний краткий ответ прозвучал как очередное хамство. Проснувшись, на свежую голову, я решила написать более развёрнуто.
Очень трудно сформулировать оправдательную речь, я перед Вами действительно очень виновата. Ужасно, что всё так произошло.
Не буду пытаться объяснить Вам свой взгляд на мир, на Е., на его музыкальный дар, на его будущую профессию. То, что произошло, вскрыло глубину внутренних противоречий. Вы сказали, что прожили жизнь и многое повидали. Очевидно, я смотрю на вещи под другим углом. Но это конечно не повод оскорблять Вас дурными словами и наносить телесные повреждения.
Мне бесконечно жаль, что причинила Вам боль - и душевную, и телесную. Это было состояние аффекта. У меня, к сожалению, случается, когда я перестаю контролировать то, что говорю и делаю. Слава Богу, отделались синяками, возможно, в таком безотчетном состоянии я способна покалечить гораздо сильнее, а может быть даже убить.
Е. я сказала, что чем дальше я буду держаться от его концертов, тем целее будут все, и он со мной согласился. Поэтому в четверг не приехала (хотя изначально очень хотела посмотреть гала-концерт с оркестром) и завтра никуда не поеду.
Если у Вас создалось впечатление, что я ни в грош не ставлю Ваши заслуги и труды, считаю Вас глупой - это совершенно не так. У меня к Вам и глубокое уважение, и понимание, и настоящее, нелицемерное восхищение Вашей личностью. Это большое счастье, это Божий дар, что у Е. есть такой учитель, как Вы. Мы все это очень ценим и порой просто не знаем, как благодарить.
Пожалуйста, возьмите у Е. конфеты. Я во вторник хотела их Вам отдать, но Вы очень резко убежали. Мать говорила, что Вы плакали. Я тоже очень сильно плакала в тот день и до сих пор болею.
Вы спросили Е., всегда ли у нас так весело. Нет, такие эксцессы случаются достаточно редко. Мы в общем и целом живём мирно.
Ещё раз. Простите меня. Надо перевернуть эту страницу и жить дальше. Надеюсь, этот кошмар не повторится.
Люблю. Поклон Вам.
…
Она ничего не ответила. Я продолжила болеть.
- Ты сегодня дома? - спросил муж.
- Куда мне еще деваться. Посмотри на меня, я развалина, ни на что не способная.
- Способная своротить любую гору, - с уверенностью сказал он.
…
От нечего делать сочиняю новые песни.
Благовещение
Этот мир погружен во мрак.
Каждый - потенциальный враг.
В этом мире сгустилась тьма
И царит вечная зима.
Свет распятый, Свет померкший,
Свет убитый, Свет воскресший
Сколько зим и сколько лет
Я искал Тебя, мой Свет?…
Но мы храним Священное Преданье,
Что у Вселенной есть Хозяин - Бог,
Что дал Он нам своё обетование,
Что Сам пришёл и нам спастись помог.
И празднуем в седьмой мы день апреля
Из года в год как с чистого листа
Как Ангел возвестил Пречистой Деве
Рожденье Сына и Спасителя - Христа.
Свет распятый, Свет померкший,
Свет убитый, Свет воскресший
Сколько зим и сколько лет
Я искал Тебя, мой Свет?…
Моей любви нет нигде.
Ни на земле, ни в воде,
Ни в сверкающих высях гор.
Нет нигде, где б проник мой взор.
Но я слышал Благую Весть,
Что любовь моя где-то есть,
Но искать её смысла нет.
Найти надо сначала свет.
И я опять в Храм Света лечу
И встретиться в нём хочу
Со Светом распятым,
Со Светом померкшим,
Со Светом убитым,
Со Светом воскресшим.
Лишь припадая ко кресту
Я вновь и вновь
Жизнь обрету,
Лишь там найду мою Любовь.
Свет распятый, Свет померкший,
Свет убитый, Свет воскресший
Сколько зим и сколько лет
Я искал Тебя, мой Свет?…
03.04.2026
https://rutube.ru/video/c0ff174079b3d56f5fbff0e9bf747128/
…
Сыну, потерявшему зубик
О потерянном зубе, о потерянной драхме, о потерянном Рае
День и ночь ко престолу Господню возносится плач.
О потерянной жизни, потере всего, чем бы ни обладали,
И над всеми довлеет злой рок, как суровый палач.
Нет, не стану тебе утирать эти горькие слёзы.
Путь тебе предстоит через мрак и над бездной по льдам,
Будет ветер и зной, будет хлещущий дождь и морозы
Но в дорогу лишь верб я пушистых букет тебе дам.
Будет встреча в пути - ты увидишь, как малые дети
Воспевают Осанну Распятому Господу Богу.
Ты к Нему воззови из глубин сокровенныя клети,
В Нём Одном ты найдёшь утешенье в скорбях и подмогу.
Он богат, милосерден, всесилен и благ безконечно,
Зубик, драхму и Рай и любые другие потери
Он конечно вернёт дополнением к Радости Вечной.
Что ж, иди, милый сын. Возрастай, укрепляйся и веруй.
04.04.2026
…
5 апреля
Воскресенье. Вход Господень в Иерусалим
Е. вчера совершенно героически, вооружившись вербочками, сходил один на вечернюю службу в Храм около дома. Пошёл пораньше, думая, что будет меньше народу, но Храм был забит битком, так, что не войти. Мальчонка всё равно умудрился как-то просочиться и отыскать знакомого батюшку.
- Меня пропустили вперёд потому, что я был там самый масенький, - радостно рассказывал он. - После исповеди я пошёл на детскую площадку, где играли такие, как я. Вокруг Храма тем временем скапливались люди, пришедшие, чтобы освятить вербы…
Дождавшись, Е. освятил свой букетик и, сообразив, что начинается помазание, опять просочился в Храм через передние двери, оказавшись рядом с алтарём. Помазав лобик, счастливый, зашёл в кафе, поужинал и потопал домой.
А я тем временем чехвостила мужа. Он стал было ласкаться ко мне, признаваясь в пылкой любви. Мне показалось, что это благоприятный момент, чтобы поговорить с ним о важном:
- Если ты меня действительно любишь, то сделай для меня одну вещь.
- Какую?
- Наступают Страстные дни. Давай выберем удобное время и пойдём вместе в Храм, где ты исповедуешься и причастишься.
Муж шарахнулся от меня и с изменившимся лицом в гневе бросил:
- Нет! Ни за что! Не хочу и не буду!
Ощутив внутренне удар, я помолчала какое-то время, а потом решила, что хватить с ним цацкаться и перешла в контрнаступление:
- Ах ты такой-сякой, бестолковый, толоконнолобый, упёртый хмырь! Любишь меня, говоришь? Да нету в тебе никакой любви! Один только эгоизм! Одно желание, чтобы тебя любили, кормили, чесали и разминали! Как будто я так сильно хочу это делать! Но я это делаю, понуждая себя к терпению. А ты ни в чём не хочешь себя понудить! Не любишь ты меня нисколечки! Какая же я балда! Не было что ли нормальных православных ребят? Зачем было выходить замуж за этого напыщенного, безбожного, упрямого осла?!?!?
- Иа-иа-иа! - откликнулся муж, почему-то неимоверно довольный.
- Чему ты, дубина, радуешься?
- Тому, что тебе не всё равно! Если ты так ругаешься, значит, я тебе небезразличен.
Ну что тут скажешь. Видимо, действительно, надо менять стиль общения с ним. Может, что-то и дойдёт.
За этой перебранкой нас и застал вернувшийся из Храма лучезарный Е.
…
Ну, а сегодня утром я проснулась в самом рыцарском настроении:
Презрев все немощи и хвори, поднялась и объявила поход на Иерусалим. Усадив к себе в машину мужа, маму и сына, привезла их всех в Храм и исповедовалась.
Взяла благословение у Владыки, чтобы Е. поиграл Рахманинова на трапезе.
После чего, узрев свою ненаглядную и прекрасную О., решительно просочилась к ней:
- Вы позволите мне сегодня быть рядом с Вами?
- Пожалуйста.
В итоге мы стояли плечом к плечу, соприкасаясь рукавами, всю службу. После «Отче наш» я сказала ей:
- Здесь в Храме моя мама. Она очень хотела увидеть Вас и поздороваться. Видите ли, её терзает страшная душевная боль. Возможно, Вы смогли бы её успокоить.
- Боль??? - она подняла на меня огромные глаза.
- Не бойтесь. Меня саму удивило то, что мама считает, будто два года назад у нас с Вами произошла какая-то катастрофа, и до сих пор всё ужасно. Я пытаюсь до неё донести, что у нас просто начался новый этап, и за эти два года произошло очень много хорошего, но мне она попросту не верит. Может, поверит Вам?
О. кивнула с пониманием, но этим разговором дело и кончилось. Маму я в толпе не нашла, о чём я сказала О., когда она снова нашла меня, потом нашлась мама, но потерялась О. и больше мы её не видели.
Трапезу возглавил Владыка, сразу усадив Е. за рояль. Все были в феерическом восторге от молодого маэстро, и потом очень долго и тепло сидели.
Из Храма вышли в самом лучезарном настроении. Сегодня удивительная погода - яркое апрельское солнце и темные тучи, город то и дело умывается дождём и расцветает радугами.
В душе счастье. Но впереди Страстные дни. Надо препоясаться.
…
6 марта. Великий Понедельник.
Вчера под вечер сильно раскашлялась и вообще опять стало плохо. Это очень некстати, ибо сегодня смена в Кардиоцентре, и заменить меня решительно некому. Была попытка сподвигнуть маму (она в крайних случаях надевает плат и выходит дежурить), но та категорически отказалась:
- Ага. Мы все сегодня видели, какая ты больная. Уж точно не более больная, чем я. Хватит прибедняться. Возьмешь малиновое варенье, посидишь в тепле. Только лучше будет.
Может быть, она и права.
Вечером ещё служба под Благовещение. Думаю пойти около дома, если доживу…
…
Смена проходит спокойно. Чередую чтение писем игумена Никона с последованием службы Великого Понедельника.
Только кашель очень мучительный. Но мне и тут помогли. В Храм зашла сотрудница, доктор, с фонендоскопом на шее. Она сама завела задушевную беседу, и тогда я попросила её послушать мои лёгкие. Оказалось, явных хрипов там нет, значит не бронхит, посоветовала, как лечить.
Мыслями всё время возвращаюсь на вчерашнюю трапезу. Владыка рассказывал много интересного о том, как молодым священником служил в селе. Прихожанами были в основном бабулечки, хотя иногда заходили и молодые девицы, часто пьяные. И все, плача, говорили одно и то же:
- Батюшка, почему он меня не любит?
«Одна любовь у них на уме, до Бога, молитвы и духовности никому нет дела», - досадовал Владыка.
А старушки тоже были хороши - скрывали от батюшки то, что втихаря гонят самогон. Не для себя, просто в тех разгуляйских краях валюта такая - всё что угодно тебе делают за бутылку. Владыка пытался искоренить это безобразие, но привело это лишь к тому, что бабки стали беззастенчиво врать на исповеди и гнать самогон втихаря, сетуя и жалуясь матушке на своего не в меру строгого и по-житейски бестолкового духовника.
- Я грешным делом ужасно на них раздражался, - рассказывал Владыка. - И меня все в итоге очень боялись. А вот матушку наоборот любили, она была доброй и собирала людей вокруг себя. Мне тогда было непонятно, что такое кротость (только сейчас я, во многом благодаря вам, начинаю это понимать). А как-то вечером я пошёл на дискотеку. Хотел там начать проповедовать. Но, постояв у дверей, ушёл. Побоялся войти. Слишком громко играла музыка.
- А по интеллигенции Вы не скучали, Владыка? - спросил кто-то.
- Ко мне по выходным иногда приезжали Шурик и Юрик, будущий отец Георгий Кочетков, - со смехом отвечал Владыка.
…
А под впечатлением от общения с О. родилось ещё одно стихотворение:
***
Посвящение О.
Позвольте мне встать рядом с Вами,
Я Вас, как и прежде, люблю -
Не выразить это словами.
И, чтоб ни случилось, стерплю.
Над нами сгущаются тучи,
Рычит угрожающий гром.
Чем дальше, тем круче и круче.
Но нет нам печали о том.
Нам так хорошо, что мы вместе,
В безмолвном единстве двух душ.
Нет места для страсти и лести,
Сомнений и горестей стуж.
Всё глубже я Вас понимаю,
Я с Вами, я здесь до конца.
У ног Ваших сидя, внимаю
Беседам духовным отца.
И призраков старых не бойтесь,
Хоть боль и напомнили нам.
Я рядом, мой друг. Успокойтесь.
А нужно - я руку подам.
06.04.2026
…
7 апреля
Великий Вторник, совпадающий с Праздником Благовещения Пресвятой Богородицы
Благополучно вчера отдежурив, я, как и собиралась, поехала в Храм. По дороге меня внезапно накрыло. Стало очень плохо, до дурноты. Машину вела еле-еле. Была мысль пойти домой, но у нас была договоренность с сыном, что встретимся на службе после его спортивной секции.
Под радостный перезвон колоколов я, пошатываясь, ввалилась внутрь. Народу было, конечно, много, но меньше, чем в воскресные дни. В очередь к моему знакомому отцу G. стояло всего несколько прихожанок, к которым я и пристроилась. Одна из них - беременная красавица - разрешила посидеть на её складном стульчике, пока она исповедуется, и это меня спасло, иначе я бы грохнулась прямо там.
Когда до меня дошла очередь и отец G. узрел, в каком я состоянии, он стал грозно ругаться:
- После помазания немедленно иди домой и чтобы я тебя здесь не видел, пока окончательно не поправишься!!! Разве можно так себя загонять?!? У тебя на первом месте должен быть муж, потом ребенок, а уже потом Храм и службы. Ты же не монахиня, чтобы ставить их на первое место. А скольких ты могла заразить, подумала?!?!?
Подоспевшему Е. батюшка тоже строго настрого велел следить за мной, чтоб сидела дома и никуда не моталась, пока полностью не вылечусь.
После этих грозных напутствий путь мне был один - в аптеку.
Дома меня встретили мамины покаянные глаза:
- Прости, что я тебя не спасла сегодня. Как твоё здоровье?
- Лучше не спрашивай, - откликнулась я.
До ночи промучившись с мучительным кашлем и изнуряющими приступами дурноты, я поняла, что Благовещение придётся отмечать в горизонтальном положении.
…
Несмотря на то, что я действительно весь этот праздничный день провела дома, он получился очень интересным и насыщенным.
Я отправила поздравление своей хорошей подруге N, и мы попереписывались. Бедняжка очень грустит из-за недавнего выкидыша, и кроме всего прочего переживает кризис веры - я очень давно не видела её в Храме.
N. поделилась со мной книгой, которую она сейчас читает. Называется «Посмотри на него». Автор - журналистка Анна С., очень искренне и живо описывает свой болезненный опыт.
Я погрузилась в чтение и не могла оторваться, пока не дочитала до конца.
Сюжет следующий. Успешная, замужняя писательница лет тридцати с небольшим ждёт второго ребёнка (первой девочке уже 8 лет). Живёт героиня в Москве, в середине 2010-х. Она некрещеная, к вере относится скептически. С человеческими страданиями, как-то: неизлечимыми болезнями, утратами близких, я уж не говорю о войнах и катастрофах, никогда не сталкивалась. Живёт себе припеваючи, пишет свои книжки и статьи. Супруг тоже писатель.
И вот в один ужасный день её радостный мир рушится - на плановом УЗИ ей сообщают, что у малыша тяжелая патология, с которой он едва ли сможет жить, и разумнее всего сделать аборт, несмотря на порядочный уже срок.
Далее героиня рассказывает о своих зверских терзаниях и мытарствах по поликлиникам, платным и бесплатным, где самой неприглядной стороной к ней поворачиваются все - грубые, грязные, бессердечные людишки (медики, врачи и даже уборщики).
Героиня на чём свет стоит ругает родную Русь с пережитками советской системы, наскребает деньжат и уезжает в Германию. В немецкой клинике она встречает совсем другое отношение - этичное и вежливое, но по сути ей говорят то же самое: от ребёнка целесообразно избавиться. Что она и делает. После чего возвращается в Москву, впадает в страшную депрессию и не хочет жить. У неё расшатывается здоровье, она не может ни есть, ни спать, видит кошмары и страдает от панических атак. Ходит по психологам, обращается в клинику неврозов, и наконец, находит хорошего специалиста по паническим атакам, приходит в себя, у неё опять получается забеременеть, и она рожает здорового мальчика. Книга оканчивается тем, что всей семьёй они едут в Германию на могилку того, первого малыша, и обретают покой.
На протяжении повествования автор периодически повторяет «Я агностик», «Никто не знает, что такое душа и что будет после смерти», и с иронией отзывается о бестолочах, которые не доверяют врачам, а ездят к Матронушке.
Погуглив биографию этой писательницы, я узнала, что в 2014м году она подписалась против присоединения Крыма, и вместе с детьми эмигрировала в Грузию сразу после начала СВО. Супруг её умер от рака.
Очень интересно, претерпели ли её взгляды изменения по истечении десяти лет. Было бы здорово с ней пообщаться и обменяться опытом. Не думаю, правда, что она бы меня поняла. Хотя, кто знает…
Бедная. Она вот чехвостит советскую систему с её бесчеловечностью (то есть бездуховностью), грубостью и приземленностью. Но ведь она сама продукт и порождение этой системы. Полное невежество в духовном отношении. О Боге, его Промысле, о Вечной Жизни, молитвенном общении, таинственном соединении со Христом и друг с другом в Едином, Живом, Реальном Теле Церкви - короче, обо всём, что составляет основу жизни ну хотя бы нашей общины - никакого понятия. О пролитой за Церковь крови новомучеников, о святых XX века, о современных подвижниках, о служении в больницах - никакого понятия. Хотя вроде мы живём (точнее, жили) в одном городе.
Tabula rasa. Иди даже хуже. Самые искаженные, исковерканные безбожной пропагандой представления.
Полный мрак, короче. Бедная женщина.
И что изменилось от того, что она смогла снова забеременеть и родить? Всё равно все умрут. Мы всё равно всех потеряем. Земная жизнь - это беспрерывные страдания, болезни, утраты, скорби и смерти. Если нет Вечности, если не умеешь молиться, если не ищешь живой связи с Источником Жизни - бессмысленно всё. И наоборот. Если ищешь и находишь, если умеешь уже здесь укореняться в Вечности, то никакие земные страдания не страшны.
Дай Бог этой бедной Анне С. и таким, как она, до этого допендрить. Да и нам не забывать, во что мы когда-то уверовали.
…
Отправила рецензию N. Она написала: «Я судить её не могу».
Ответ мой:
«Зато она может судить всё и вся - не так на неё посмотрели, не то ей сказали, на форуме не то написали, система плохая, Россия плохая, сам Господь Бог плохой. Очень удобная позиция. Но увы. Тупиковая.
Я сужу не её, а анализирую то, что она написала. Больше 10 лет назад. Переживания мне тоже близки. Выводы надо делать другие.
У неё уже есть один ребёнок. Девочка. Которой по ее собственным словам ужасно не хватает маминого внимания, чтобы мама с ней элементарно в куклы поиграла. Даже для этого пришлось к платному психологу обращаться. Просто поиграть.
Она сидит в интернете и залипает на форумах, сравнивая себя со счастливыми «беременюшками». Что мешает ей вместо этого пойти поволонтерить в детский дом или в психо-неврологический интернат? Сколько больных, бездетных людей вокруг, сколько инвалидов, сколько никому не нужных стариков, обреченных на прозябание? Ну посмотри хоть немного вокруг себя! Нет, видим только свое страдание.
При этом она не глупая, она очень здоровская, интересная, с чувством юмором личность. Её состояние на самом деле типичное. Поэтому я и говорю - продукт системы. Те, кто думают и делают не так - они идут вопреки, против течения.
Просто именно такие сильные страдания могут вырвать человека из привычного хода вещей, заставить всё переосмыслить. Но у неё этого, к сожалению, не происходит. Во всяком случае, во временном отрезке этой книжки. Всё-таки она там ещё очень молодая…»
…
N ничего не ответила.
Александра Канавец
2026