Год за годом, периодически в своей ленте я натыкаюсь на посты родителей юных моделей. В них они пытаются оправдываются перед обществом: мол, детский моделинг — это вовсе не то зло, каким его представляют люди, далекие от этой сферы. Как человек, который стоит по ту сторону камеры и работает с этими детьми уже много лет, наверное, мне тоже пора высказаться начистоту.
Основной опыт за камерой у меня больше 30 лет и с детьми я работаю с 2016 года. За это время я прошел путь от «и как мне с ребенком работать вообще?» до уверенного «эй, здарова, погнали сниматься!». Мои 10 лет в этой сфере прошли в режиме постоянного самообучения, проб и ошибок, и главное — в режиме глубокого понимания того, как там на самом деле всё устроено изнутри.
Проблема поверхностных суждений
Вообще, у нашего общества есть одна забавная особенность: люди привыкли высказывать свое мнение обо всем, что видят, совершенно не погружаясь в тему. Это из серии знаменитого «каждая кухарка может управлять страной». Поэтому моей любимой фразой на любую критику в адрес моделинга стало: «А давай ты мне сначала расскажешь, что ты вообще об этом знаешь?»
И как выясняется на практике, знают не многое. У среднестатистического обывателя есть ровно две картинки в голове.
Первая — это детские конкурсы красоты, которые показывают в американских фильмах и реалити-шоу. Особенно зашкварны родом из 90-х. Там девочки выглядят как маленькие женщины под толстым слоем косметики, с начесами, накладными ресницами, фарфоровыми зубами и неестественными улыбками. И многие свято уверены, что это и есть детский моделинг во всей его красе. Спойлер: это не так. И к моделинигу это не относится совсем. То, что мы называем модельным бизнесом, и эти конкурсы красоты — параллельные вселенные, которые пересекаются разве что в головах зрителей не знакомых с темой.
Вторая точка зрения — прямо противоположная, но не менее радикальная: «У детей нет детства, они пашут как рабы на галерах с утра до вечера, а родители наживаются на бедных малышах».
Вот тут мы и остановимся, потому что эта тема требует развернуть ее подробнее.
Сравнение с большим спортом: где реальная «каторга»?
Я часто привожу в пример гимнастику, так как, я отношусь к ней с огромным уважением. Кроме того, я много работаю с девчонками оттуда, для них, прямо скажем, съемки всегда скорее отдых, в сравнении с тренировками. И давайте посмотрим правде в глаза. Если уж говорить о «пахоте», о том, что детей лишают детства, то гимнастика — вот где реальная школа выживания.
Там дети действительно пашут. С утра до вечера. Растяжки, многочасовые тренировки, режим, дисциплина, травмы, слезы, преодоление себя. И знаете что? Они становятся успешными. Если не в большом спорте, то в жизни уж точно. Потому что спорт (и гимнастика в частности) прививает железное правило: не всё в жизни дается сразу, и чтобы чего-то достичь, нужно работать не один год.
В детским моделилинге всё иначе. Да, бывают напряженные дни. Да, иногда съемка идет несколько часов. И это может быть всего одна съемка за неделю и много, иногда очень много дней без них. Это не сравнить с ежедневными изнуряющими тренировками. Так что аргумент про «украденное детство» я считаю безосновательным.
Минусы: то, о чем не принято говорить
Я не идеализирую индустрию. У моделинга есть свои минусы, и было бы неправильно делать вид, что их нет. За свои годы я выделил два главных.
Первый минус — человеческий фактор заказчиков. Не все съемки проходят в идеальных, тепличных условиях. Я помню случаи, когда заказчик не обеспечивал элементарные вещи. Не то что горячее питание — даже воду могли забыть купить для детей. Для съемки, которая длится час, это, может быть, и не критично. Но когда процесс затягивается на 3–4 часа, а у ребенка нет даже бутылки воды, это вызывает, мягко говоря, удивление. К счастью, такое происходит не часто, но родителям стоит быть к этому готовыми и брать инициативу в свои руки.
Второй минус — это квалификация фотографов. Не все фотографы одинаково хороши. И здесь я говорю не про техническое мастерство, а про человеческие качества. Для меня лично было открытием, что существуют фотографы, которые позволяют себе орать на детей во время съемки.
Я до сих пор не могу понять логику таких людей. Ребенок вообще не обязан работать, как бы, так-то. Он не взрослый профессионал, который получает зарплату и должен выдавать результат любой ценой. Ребенок пришел играть, творить, проживать эмоцию. И если на него кричать, никакой «успешной съемки» не получится. Даже взрослый человек закроется, чего уж о детях говорить. Это аксиома. Я называю это простым словом — отсутствие навыков работы с детьми. К счастью, таких меньшинство, но они есть, и родителям стоит быть готовыми к такому повороту.
Собственно, на этом, пожалуй, список минусов исчерпывается. Если смотреть трезво, основных системных проблем всего две. А вот плюсов, гораздо больше.
Плюсы: навыки на всю жизнь
Когда я смотрю на детей, которые занимаются моделингом хотя бы год-два, я вижу колоссальный рост. И этот рост выходит далеко за пределы умения красиво позировать перед камерой.
- Коммуникация со взрослыми.
Ребенок на съемках постоянно взаимодействует с большими командами: фотографы, стилисты, визажисты, мастера по свету, ассистенты, заказчики. Это не родители и не учителя в школе. Общение выстраиваться по другому. Это новые люди, к которым нужно найти подход, которых нужно слушать, с которыми нужно договариваться. Со временем у ребенка полностью убирается барьер боязни общения со взрослыми. Я даже встречал детей, у которых этот барьер стерт напрочь. Они спокойно смотрят в глаза, задают вопросы, отстаивают свои границы. И это, поверьте, ой как поможет им в дальнейшей жизни. На собеседованиях, в университете, работе, в любом коллективе.
- Эмоциональный интеллект.
На съемке ребенку приходится проживать эмоции. Не изображать «собачью радость» по команде, а именно проживать, находить внутри себя разные состояния. Это работает как тренировка эмоционального интеллекта. Дети учатся понимать, что такое удивление, спокойствие, озорство, серьезность, и как эти состояния считываются другими людьми. Это тоже навык, который остается с ними навсегда.
- Расширение горизонтов.
Дети в моделинге не сидят на попе ровно. Они бывают в разных местах. Бывают крайне прикольные съемки, где сама локация становится достойным поводом туда попасть. Заброшенные особняки, модные лофты, загородные съемки, профессиональные студии — география расширяется, и это дает ребенку ощущение, что мир большой и интересный.
- Понимание ценности труда.
Заказчики часто дарят вещи. Не всегда это именно то, что хотелось бы, но тем не менее. Часть гардероба у многих моделей формируется именно из таких подарков. Ребенок начинает понимать, что вещи не берутся из ниоткуда, что за ними стоит труд. И возникает важное осознание: деньги зарабатываются работой, а не возникают магическим способом в кошельке родителей.
Я регулярно встречаю подростков 14–18 лет, которые понятия не имеют, чего они хотят от жизни, и которые за всю свою жизнь не заработали ни копейки. У моделей такого практически не бывает. Даже если ребенок не получает огромных гонораров, он хотя бы понимает механизм: усилия = результат.
Итог: что я вижу на длинной дистанции
У меня есть уникальная возможность сравнивать. В моем объективе побывали сотни детей. Я вижу их не только в моменте съемки, но и спустя годы, когда они вырастают. И я могу с уверенностью сказать: дети, которые прошли через моделинг, более развиты. Они лучше держат спину (куда без этого), свободнее общаются, быстрее адаптируются к новым условиям, легче переносят стресс.
Это не громкое заявление, не попытка кого-то переубедить. Это просто наблюдение человека, который десять лет стоит за камерой и смотрит на детей через объектив.
Моделинг — это не зло. Это инструмент. Как любой инструмент, он может быть использован во благо (если подходить к нему с головой, выбирать адекватных специалистов и не превращать жизнь ребенка в гонку за контрактами любой ценой) или во вред (если относиться к ребенку как к источнику дохода и забывать про его состояние). Но в целом, если говорить про индустрию, какой я ее вижу, — это идет на пользу. Это работает.