Александр Аникин занимается созданием бета-вольтаических источников энергии на основе трития. Такие батарейки нужны для космических аппаратов, автономных датчиков на удаленных территориях, медицинских кардиостимуляторов. Мы узнали у заместителя директора отделения, начальника научно-исследовательского отдела Института Бочвара, как продвигается эта разработка и над чем он еще трудится.
— «СР» писала о проекте тритиевой батарейки в 2020 году. Что с ним произошло за эти шесть лет?
— Мы завершили проект: создано производство, выпущена опытная партия источников, прошли климатические испытания, испытания на механическую прочность, стойкость к воздействию ионизирующего излучения и др.
— Как проходило вручение?
— Я страшно волновался. В Екатерининском зале Кремля я сидел рядом с помощником президента Андреем Фурсенко. Он меня спрашивает: «Как обстановка?» «Очень волнуюсь, — говорю. — Никогда не думал, что окажусь в такой компании». Он: «Компания, надеюсь, хорошая?» Я: «Да не то слово!». После было время на общение, Владимир Путин интересовался нашими планами. Я рассказал об изотопах легких масс: углероде‑13 и азоте‑15.
— Для чего они нужны?
Углерод‑13 нужен для тестов на Helicobacter pylori — бактерию, ответственную за возникновение заболеваний желудочно-кишечного тракта, в частности язвы и гастрита. Во всем мире производится не больше 500 кг углерода‑13 в год. Мы подготовили исходные данные для промышленной установки мощностью порядка 50 кг в год.
Азот‑15 необходим для производства более эффективного смешанного нитридного уран-плутониевого топлива быстрых реакторов. В Институте Бочвара разработана технология получения азота‑15 и изготовлена опытная партия, разработаны исходные данные для промышленной установки производительностью на порядок больше, чем сейчас производится во всем мире.