Пока многие мечтают стать разработчиками и писать код, мы в Европейском университете в Санкт-Петербурге хотим идти дальше. Мы предлагаем заглянуть по ту сторону кода – увидеть философские принципы и математические основания, на которых стоит современная IT-сфера. И понять, какой она будет в ближайшем будущем.
Для этого мы поговорили с Ильей Егорычевым – доктором философских наук и математиком, одним из авторов серии воркшопов «По ту сторона кода».
Почему вы решили, что именно сейчас пришла пора смотреть по ту сторону кода? IT – это одна из самых модных сфер, все хотят смотреть в код. А вы предлагаете начать смотреть за него, на философию и математику?
Мне кажется, что сейчас уже подавляющее большинство смотрит именно по ту сторону кода, потому что весь код пишет Claude или какие-то generic-агенты. Как вообще рождалась идея [проведения воркшопов], да? У меня есть знакомый – очень неординарный человек. Он сказочно богат, но он при этом остаётся и философом, и техническое у него есть образование. И вот сейчас один из его проектов [запускается] на основе блокчейна и искусственного интеллекта.
И занимаясь этим, он и увидел, собственно, что с разработчиками, которые видят только код, сложно обсуждать мета-архитектуру. А лучше всего его понимаю я, философ и математик, и у него есть ещё партнёр и CEO (Chief Executive Officer – генеральный директор, прим.ред.), который тоже не кодер. Вот он вдруг понял, что чтобы двигать дальше мир, экономику, чтобы общество развивалось, надо как раз смотреть по ту сторону кода. И выпускать людей, которые всё-таки не зациклились на каких-то вычислениях, а видят мета-картинку, понимая, что в зависимости от того языка, на котором ты описываешь мир, он по-другому видится.
Термин “система”, он немножко затаскан и отсылает чуть ли не к каким-то 70-м годам, когда теория систем развивалась.У нас же под системой архитектура распределённых систем, либо системный анализ [сейчас это называется]. Люди, которые получают это образование, становятся системными аналитиками. Аналитиками систем высокого уровня – таких как Wildberries или Uber – это не просто, где расположить кнопку, чтобы заказать машину, а это то, благодаря чему интерфейс, который у тебя на телефоне, вообще имеет смысл.
Некоторые путают такую большую систему с CRM-системой (Customer Relationship Management – система управления взаимоотношениями с клиентами, прим.ред.) или сводят до фронтенда. А то что есть ещё, во-первых, бэкэнд, а во-вторых, он как-то всунут в живую ткань мира – как-то в голову не приходит многим.
Чтобы это в голове было, мы считаем, что нужен такой человек, который оставался бы философом-мыслителем, [возможно, занимаясь при этом и разработкой].
То есть это курс для следующего поколения? Для тех, кто будет после разработчиков?
Мне кажется, что разработку по большей части можно спускать либо всё-таки на тех людей, которые останутся разработчиками, либо на каких-то агентов с оркестрацией, что, собственно, сейчас уже делается.
[Компании] сокращают людей, заменяя эти рабочие места искусственным интеллектом, таким виртуальным сотрудником. Останутся те, кто хочет создавать новое. А чтобы создавать новое, ты как-то должен понимать свои возможности и ограничения, как-то работать со смыслами. Но не улетая при этом в спекулятивную метафизику.
Если мы попробуем выделить три ключевые проблемы современного IT-образования, то первая – студентов не учат работать со смыслами. А какие ещё вы можете назвать тогда?
Они ещё не позволяют иметь достаточно масштабные амбиции. Я вообще думаю, что этот курс может быть ещё полезен и для тех, кто хочет делать что-то сам. То есть для каких-то собственников бизнесов – вот он что-то придумал и теперь сможет это сделать. Миллиардные компании, состоящие из одного человека, – это же вполне реалистичная вещь. Это для амбициозных людей, которые хотят на самом деле что-то создавать, какую-то прибавочную стоимость и при этом быть богатыми. Чертовски богатыми. А для этого, мне кажется, недостаточно в пространстве одной мысли оставаться, а всё-таки надо ориентироваться в инструментах.
[Нужно] достаточно уметь абстрагироваться, подниматься [над проблемой] и заглядывать по ту сторону кода.
Какой идеальный бэкграунд должен быть у человека, который придет на этот курс? Это разработчик, который хочет начать мыслить более амбициозно, или это философ-математик, который хочет начать делать продукт?
У нас бэкграунд очень хорошо сформулирован. Это высшее образование по любому из трёх направлений: либо по математике, либо по философии, либо по computer science. Плюс мы подумали, что мы всё-таки хотим быть более гибкими и ещё готовы рассматривать [заявки с] motivation letter. Если всё-таки человек как-то внятно объяснит, зачем ему это надо, то я думаю, мы сможем требования к бэкграунду ослабить. Но вообще хотелось бы, чтобы он хоть в чём-то из этих трёх китов наших ориентировался.
Как знание теоремы Гёделя или парадокса Гетье можно использовать при разработке архитектуры систем? Мы знаем, что теорема о неполноте Гёделя очень красивая. А потом мы смотрим в код и не понимаем, как её перенести туда.
Мне кажется, что мы учим всё-таки не только кодировать, не только маркетплейсы собирать нового типа, но и всё-таки как-то внятно мыслить. Пример с теоремой Гёделя очень хорош для того, чтобы человек сам для себя понял, указывает ли она на существование Бога и говорит ли она, что человек — это нечто принципиально иное создание, чем машина. Мне кажется, навык вцепиться и разобраться всё-таки в словах, которые даже в этом утверждении содержатся, очень важен.
Во-вторых, я даже на воркшопе, если мне времени хватит, хотел бы показать, что если в 30-х годах, когда Гёдель свой формализм разработал, свою нумерацию, примитивно-рекурсивные функции вводил, то чем дальше развивалась теория вычислимости и теория алгоритмов, тем яснее становилось, что теорема Гёделя о неполноте неотличима от проблемы остановки Тьюринга, проблемы остановки компьютерной программы. Надо понимать программисту что-то про проблему остановки? Мне кажется, надо.
Мы с помощью теоремы о неполноте в том числе можем лучше понять вообще природу кода. Увидеть, что такое код, как он устроен, почему в нём тоже неполнота какая-то всегда присутствует.
Можем ли мы составить такую систему, которая будет по-настоящему полной? В математически-философском смысле этого слова.
Слово «оптимальный» тут лучше. По-моему, мы на это, собственно, и рассчитываем.
Потому что весь системный анализ и системная архитектура, весь наш раздел computer science, именно вокруг этого и крутится. Как при распределённом, при отсутствии центра, при том, что вот всё время чего-то нужно дописывать, масштабировать и усложнять – как конкретно с этими аспектами следует иметь дело с точки зрения переднего края науки.
У нас как раз раздел computer science этому и посвящён. Не теории алгоритмов и проблеме остановки или там шифрованию – это больше будет на моём плече, мы это в математику отнесли. А [в разделе по computer science] именно будет обсуждаться вот эта проблематика.
Как построить оптимальную архитектуру системы?
Да. Как построить или почему её нельзя построить. И каков тогда в этом случае хотя бы теоретически возможный предел.