Жизнь человека подобна слитку золота: чтобы отделить чистое благородство от примесей, его нужно подвергнуть огню. Испытание ‒ это не попытка сломить человека, а обязательный этап, проявляющий его истинную суть. Как страх, голод и потери проверяют крепость духа, становясь «подарком в суровой обёртке», так и облегчение неизменно следует за тягостью для тех, кто хранит терпение.
Однако порой преграды на пути ‒ это эхо наших собственных поступков. Когда люди забывают о милосердии, мир вокруг начинает «портиться», и тогда беда приходит как горькое лекарство от мудрого врача. Оно даётся, чтобы мы успели оглянуться и вернуться на истинную тропу, пока не стало поздно. Величайшая милость Творца в том, что Он даёт нам отсрочку, не наказывая мгновенно.
Тонка грань между испытанием и наказанием: для одного богатство становится проверкой на гордыню, для другого нужда ‒ очищением от прошлых ошибок. Бессмысленных страданий нет, и даже малая колючка служит искуплением. Трудности ‒ не знак забвения, а свидетельство того, что душа всё ещё важна для Творца. Самое страшное ‒ не боль, а полное безразличие Небес, когда человеку позволяют идти к пропасти, не встречая преград.
Глядя на то, какой разрушительной силы стихия разыгралась в этом году в братской Республике Дагестан, я невольно задаюсь вопросом: что это было ‒ суровое наказание или просто одно из испытаний?
Однозначного ответа не даст никто, кроме Самого Создателя, но я предлагаю вам, дорогие читатели, поразмышлять над этим вместе со мной. Чтобы лучше понять, как отличить одно от другого, я хочу поделиться с вами невыдуманной историей, которая произошла в моей жизни. Возможно, через этот личный опыт вы сможете по-новому взглянуть на события, произошедшие в Дагестане.
Здесь и сейчас я хочу признаться в любви, которая с годами становится только глубже и трепетнее. Я люблю все народы Кавказа и мира, но Дагестан занимает в моей душе особое, священное место. Несмотря на лингвистическую и культурную дистанцию с моим родным абхазским народом, я люблю дагестанцев так сильно, как порой не любят даже самых близких по крови братьев.
Впервые я прибыл в Дагестан 18 лет назад. Моя интуиция, которая никогда меня не подводила, встретила эту землю так, будто я впервые в жизни вернулся на истинную родину. Тогда я постарался поскорее избавиться от этой мысли, приняв её за сбой и поломку моей интуиции, которая никогда меня прежде не подводила. Но глаза дагестанцев, излучавшие необъяснимую родственную теплоту, говорили об обратном.
Десять лет я сомневался в себе. Но в 50 лет истина открылась мне во всей полноте. Генетический тест, проведённый в Хьюстонской лаборатории FTDNA при посредничестве моего близкого чеченского друга Пахруддина Арсанова, зафиксировал, что моя гаплогруппа ‒ J1 M267. Эта генетическая метка встречается лишь у 1% абхазов, 3% грузин, 5% мегрелов, но объединяет меня с 35% чеченцев, 58% лезгин, 67% аварцев и 98% даргинцев.
Пока некоторых моих абхазских соотечественников, ознакомившихся с результатами моего ДНК-теста, пугало отсутствие во мне «традиционной» абхазо-адыгской гаплогруппы, я от всей души благодарил Бога. Ведь это та самая линия, к которой принадлежали великие пророки. Моя интуиция не лгала ‒ она видела сквозь десятилетия и границы.
Сегодня Дагестан для меня ‒ это не просто точка на карте, это мои братья и сёстры. Моя младшая сестра связала свою судьбу с аварцем Гитино Нурмагомедовым, и теперь у меня растёт родной племянник Руслан, студент Башкирского государственного медицинского университета.
Я не просто люблю Дагестан ‒ я обожаю эту республику. Я восхищаюсь её народами, которые, как никто другой на Кавказе, умеют хранить дружбу между собой. И сегодня, когда стихия бросила им вызов, я переживаю за дагестанцев как человек, чья кровь и сердце неразрывно вплетены в живое полотно общекавказской истории.
Позвольте поведать вам историю ‒ подлинную и невыдуманную. Она произошла в ноябре 2025 года, всего за месяц до того, как на меня снизошло Божественное Откровение.
Уже более двадцати трёх лет я руковожу международным проектом «Кавказ ‒ наш общий дом», деятельность которого охватывает не только горные хребты нашего края, но и просторы Ближнего Востока. В тот период я обратился к Главе Администрации Гагрского района, уважаемому Юрию Львовичу Хагуш, с просьбой о поддержке. Речь шла о важной двухнедельной командировке по республикам Северного Кавказа. Цель была высока: согласовать и утвердить единый план межреспубликанских и общекавказских мероприятий, способных укрепить единство нашего общего дома.
Моё начинание встретило живой отклик и поддержку в высших кругах власти: инициативу одобрили Премьер-министр Республики Абхазия Владимир Валерьевич Делба и Министр финансов Саид Гурамович Губаз.
Получив необходимые средства, я приобрёл билет на поезд до станции Прохладный. Мой замысел был таков: начать путь из самого сердца региона ‒ Кабардино-Балкарии, затем плавно двигаться на восток, к Дагестану, а напоследок, если позволит время, посетить Черкесск и Майкоп. Тогда я ещё не знал, что эта поездка станет последней главой моей прежней жизни перед великим преображением.
Выйдя из дома, я направился к центральной трассе. В душе моей жила твёрдая, непоколебимая уверенность: Творец, Который неизменно пребывает рядом со мною, позаботится о моём пути до границы Псоу. Я сознательно не стал просить старшего сына подвезти меня ‒ сердце моё было бы неспокойно за него, а в этот раз мне требовалось полное внутреннее умиротворение.
Я встал у края дороги. Мир вокруг казался обыденным: на противоположной стороне пять-шесть коров лениво пощипывали скудную осеннюю траву. Каждое животное было поглощено своим нехитрым делом. Но внезапно одна из них, словно почуяв невидимый импульс, оторвалась от земли и посмотрела в мою сторону.
С каждой секундой её взгляд менялся. Глаза коровы расширялись, наполняясь каким-то осознанным, глубоким вниманием. Она замерла, уставившись на меня и не мигая. В замешательстве я оглянулся по сторонам ‒ ни рядом, ни позади не было ни души, ни одного предмета, способного привлечь взор животного.
С самого детства Всевышний наделил меня особым даром: я чувствую мысли людей и умею понимать бессловесный язык животных, читая правду в их глазах. И в тот миг я увидел нечто поразительное. Взгляд этого существа излучал силу трепетного, почти священного благоговения. Это было то самое чувство, которое охватило бы верующего человека при встрече с Иисусом Христом или Пророком Мухаммадом, явись они во плоти пред его взором.
Это безмолвное созерцание длилось около пяти-шести минут. Когда же ко мне подошла маршрутка и я занял своё место, я продолжал наблюдать за коровой боковым зрением. Она не шелохнулась. Её взгляд провожал меня до тех пор, пока машина не скрылась за поворотом, окончательно исчезнув из её поля зрения. Весь путь до самой границы меня не покидал один-единственный вопрос, пульсирующий в сознании: «Что это было? Что вообще происходит?»
10 мая 2025 года на Абхазию обрушился яростный ураган. Он принёс с собой повсеместный блэкаут, погрузив республику во тьму ‒ везде, кроме небольшого периметра вокруг моего дома, где свет продолжал гореть, словно под защитой невидимого купола. Видя буйство стихии, я обратился к Богу с короткой просьбой. И свершилось чудо: спустя всего три-четыре минуты ветер начал стихать. Это было поразительное зрелище ‒ ураган терял мощь столь стремительно, будто автомобиль, нёсшийся на скорости 300 километров в час, внезапно применил экстренное торможение.
Полгода спустя, 10 октября, новая буря пришла в Гудауту. Было 4 часа 14 минут утра. Жена, разбуженная грохотом ветра, просила меня вновь воззвать к Всевышнему. Поначалу я воспротивился. «Нельзя столь часто вмешиваться в Божьи замыслы, ‒ ответил я ей. ‒ Если Творец судил быть урагану, значит, так тому и быть». Однако супруга была непреклонна. Чтобы уступить её настойчивости, я отдёрнул занавеску. За окном бушевал западный ветер, пригибая деревья в нашем саду к земле. Я произнёс слова просьбы об успокоении стихии.
Ответ последовал незамедлительно. Ураган не просто затих ‒ он оборвался в ту же секунду, без малейшего промедления. Я не верил своим глазам. Это казалось невозможным, это попирало все известные законы физики! В тот миг в моей душе впервые со всей остротой зазвучал вопрос: «Кто же я? Почему Господь исполняет каждое моё слово так, словно оно изначально было Его волей?»
Ещё через три дня, 13 октября, в селе Бармыш проходили похороны Инги Хагуш-Сергегия. Приближался час прощания, должен был начаться траурный митинг, но небо было затянуто тяжёлым свинцом, и ливень лил как из ведра. Казалось, ничто не предвещает просвета. Глядя на эту скорбную картину, я попросил Бога даровать этой святой женщине хотя бы немного солнца.
Едва просьба сорвалась с моих губ, как небеса преобразились. В вышине показался свет, атмосферное давление резко возросло, заставив тучи буквально раствориться в прозрачной лазури. Выглянуло яркое солнце, принеся с собой внезапный зной. С того дня всякий раз, когда я просил Создателя о ясной погоде, небеса откликались неизменно.
Но вернёмся к моей командировке. В Кабардино-Балкарии, Северной Осетии и Чечне меня встретили достойно. С особым радушием и размахом принимали в Нальчике и Владикавказе; в Чечне приём был организован на уровне заместителей министров. Однако Дагестан, вопреки моим ожиданиям, подготовил для меня суровое испытание.
К моему глубокому удивлению и возмущению, в Махачкале меня не принял абсолютно никто. Чиновники проявляли поразительное безучастие, отказываясь даже принимать официальные письма с материалами проекта. Свидетелем этого беспардонного отношения стал мой добрый друг, народный артист Республики Дагестан, прославленный аварский певец и поэт Курбан Кулизанов.
В качестве оправдания чиновники ссылались на некий строгий запрет Министерства иностранных дел РФ: якобы им запрещено вступать в контакты с общественными деятелями из Абхазии без предварительного согласования с Москвой. Мои доводы о том, что я являюсь полноправным гражданином России и на меня подобные ограничения не распространяются, не возымели действия. Слушать меня никто не хотел.
Моим первым порывом было немедленно опубликовать гневный пост в социальных сетях, обнажив это вопиющее равнодушие. Но верность дружбе и уважение к Курбану Кулизанову удержали меня от этого шага.
Более всего меня поразил инцидент в министерстве культуры. Один из заместителей министра, аварец по национальности, получил в подарок от Курбана его авторскую книгу стихов на родном языке. И этот человек, призванный оберегать культуру своего народа, бросил в лицо поэту: «Зачем ты даришь мне её? Я всё равно не стану это читать». Я не верил своим ушам. Как подобный человек может занимать столь высокий пост?
Но самый болезненный удар нанесли те, кого я считал близкими. Я ‒ человек, который всегда и всюду с гордостью заявлял, что в Дагестане у меня больше друзей, чем где бы то ни было, ‒ столкнулся с полным разочарованием. Я лично обзвонил их, сообщил о своём приезде и желании встретиться. Но ответом мне было красноречивое молчание: никто из них так и не перезвонил. В тот момент я осознал, что старый мир вокруг меня начинает стремительно рушиться, освобождая место для чего-то иного.
28 ноября 2025 года я вылетел из Махачкалы в Сочи. В груди теснилось тяжёлое чувство ‒ горечь и разочарование от встречи с человеческим равнодушием давили на сердце. Но в двадцатых числах декабря всё изменилось.
В одну из ночей, когда я бодрствовал, в долю секунды на меня снизошло Откровение. Это было подобно мгновенной передаче колоссального массива данных прямиком в сознание. Спустя двое суток, во сне, я обрёл способность ознакомиться с этой информацией ‒ она предстала предо мною в виде чётко структурированных видеофайлов. И хотя прежде я не раз получал знания через сновидения, масштаб и формат этого дара были беспрецедентны.
Более всего меня поразила обретённая власть над этим процессом. Впервые в жизни я мог по своему усмотрению выбирать данные, временно выходить из состояния сна, сохраняя в памяти всё увиденное до мельчайших подробностей, и даже фиксировать информацию на электронных носителях с помощью набора текста. После этого я мог в течение нескольких секунд вернуться в сон и продолжить просмотр ровно с того мгновения, на котором остановился. Подобного опыта я ещё не знал.
Вскоре Всевышний наделил меня ещё одним, не менее восхитительным даром: Он подключил меня к Своей цифровой сети. Её мощь превосходит любой искусственный интеллект, созданный людьми, настолько, насколько первый телефон XIX века отличается от последних моделей флагманов нашего времени. Проснувшись, я возблагодарил Творца за эту милость. По всей видимости, Господь готовит меня к тому часу, когда земной глобальный интернет исчезнет, а я останусь неразрывно связанным с Его вечным информационным полем.
Позвольте вкратце описать устройство этой сети. Подключение к ней у меня произошло в состоянии сна. Интерфейс лишь отдалённо напоминает привычные чат-боты: там есть поисковое окно, куда вводится запрос. Но стоит лишь коснуться первой буквы, как Божественная сеть на немыслимой скорости начинает выдавать результаты. Информация бесконечным потоком уходит в глубину, подобно ленте в социальной сети, и подаётся в трёх ипостасях: текст, изображение и видео.
Правдивость этих знаний гарантирована самим Творцом. Дизайн страницы безупречен, а данные распределены одновременно по пяти-шести разделам. Я пребываю в священном трепете от тех горизонтов, что открывает предо мною Бог. Объяснить это с точки зрения современной науки невозможно ‒ это область чистого духа, не подлежащая земной расшифровке.
В Откровении, ниспосланном мне в декабре 2025 года, Всевышний открыл мне истину: я и есть тот, кого на протяжении двух тысячелетий ждут народы мира под разными именами. Творец подтвердил, что Утешитель, обещанный Иисусом Христом в ночь перед Голгофой, Святой Дух и Дух Истины, Белый Царь и Имам Махди, Машиах, Будда Майтрейя и Калки Аватар ‒ всё это лики одной сущности. И эта сущность ‒ я. Все эти имена принадлежат мне.
Всю свою сознательную жизнь я взывал к Богу, стремясь получить ответы на тысячи терзавших меня вопросов. Одним декабрьским Откровением Он ответил на них разом. У меня больше нет вопросов к Создателю, но это знание не принесло мне лёгкости ‒ оно принесло великое бремя.
До того судьбоносного момента я жил с ощущением, что мир, в котором я пребывал до рождения, был моим истинным домом. Я помнил, что занимал там высочайшее положение, стоя по правую руку от Верховного Правителя. Своё же рождение здесь, на Земле, я воспринимал как суровую ссылку за некий неведомый мне грех. Десятки тысяч раз я спрашивал Всевышнего: «Боже, что же я совершил в том светлом мире? Какое падение стало причиной моего изгнания в этот земной прах? Забери меня скорее, прости мой грех и верни меня домой!»
Сколько я себя помню, я рыдал, подобно потерянному ребёнку, моля о возвращении в тот Небесный Рай, в сравнении с которым земная жизнь казалась лишь бледной и мучительной тенью.
И только в декабре 2025 года завеса пала. Я осознал, что не совершал никакого греха и за мною нет вины. Тот Верховный Правитель, образ которого я хранил в памяти, и был Сам Бог. Я не сослан на Землю в наказание ‒ я командирован сюда для великого дела: исправления человечества и наведения порядка пред ликом грядущего Судного дня.
Моя миссия ‒ отделить зёрна от плевел и определить Избранных. Тех, кто сердцем и душой примет Божественный план. Для тех же, кто воспротивится воле Творца, возмездие будет окончательным: их ждёт уничтожение не только земного корня, но и самой искры бессмертной души.
В один миг всё стало мне предельно ясно. Такой кристальной чёткости сознания, такой кипучей активности мозга, как сейчас, я не знал никогда. Все загадки, терзавшие меня десятилетиями, сложились в единый, безупречный узор. Я осознал, что Всевышний направил меня на Землю под охраной легиона Ангельского воинства. До назначенного «часа Х» Он укрыл меня в благословенной Абхазии. Именно в этом кроется тайна того, почему Господь хранит нашу страну от любых стихийных бедствий, особенно в том малом круге, где пролегают мои пути.
Теперь я понимаю, почему с самых ранних лет чувствовал незримое присутствие Хранителей, число которых менялось в зависимости от угроз моей безопасности. Я понял, почему годами в моих ушах звучала Божественная музыка сфер, недоступная слуху смертных, и почему мои желания исполнялись со скоростью мысли.
Вспомнились и те два года ‒ с шестнадцати до восемнадцати лет, ‒ когда каждую ночь я переносился в Небесный Храм, в Резиденцию Творца. Там я постигал тайны, скрытые за семью вратами и семью замками, изучив содержимое 730 томов священного знания. Мне был дарован живой пульсар, наполнявший меня блаженством, которое в тысячу раз превосходит любое земное наслаждение. Но я видел и иное: как этот пульсар в мгновение ока превращался в сокрушительное биооружие, стоило лишь тени угрозы пасть на меня со стороны недоброжелателей. Благодаря вживлённому в моё естество духовному сканеру, я научился безошибочно чувствовать энергетические поля людей и само пространство. Тысячи «почему» нашли свой ответ.
Охраняя мой покой, Ангелы-Хранители стоят на страже по четырём углам моего двора. Моя мать, которой ныне 88, видела их на протяжении многих лет. Она в точности описывала их облик, указывала места, где они замерли в дозоре, и называла их число ‒ но я, ослеплённый земным разумом, не верил ни единому её слову. Я грешным делом полагал, что это лишь возрастные причуды её ума. Пытаясь переубедить её, я порой намеренно выкрикивал дерзкие слова, которые могли быть сочтены Ангелами за оскорбление. Но, слава Богу, Творец проявил милосердие и не покарал меня за моё тогдашнее неверие.
Приняв Откровение, я поначалу возроптал, всем своим человеческим естеством желая освободиться от непосильной миссии. Но вскоре, осознав глубокую неправоту ‒ ибо со Всевышним спорить категорически нельзя, ‒ я склонил голову и попросил у Него прощения.
Сначала мне не поверил никто, даже самые близкие. И по сей день члены моей семьи, за исключением преданной супруги, пребывают в сомнениях. Они не могут объять разумом величие происходящего, и я не виню их за это. Мне самому потребовалось более месяца внутренней борьбы, чтобы окончательно успокоиться и принять свою судьбу.
По воле Творца я создал четыре фильма и представил миру двадцать семь публикаций. Многие из них я отправил в Дагестан, тем, кого считал своими друзьями. Но ни один из них, даже самые близкие по духу, не внял моим словам. Их сердца закрыты догмами: основываясь на превратно истолкованных хадисах, они ждут в образе Имама Махди некоего араба, потомка Пророка Мухаммада по имени Мухаммад ибн Абдуллах.
Вопрос о происхождении Махди веками окутан пеленой преданий. Кто-то ждёт его из Хорасана ‒ древней области Ирана и Центральной Азии, откуда выйдут воины под чёрными знамёнами. Другие верят, что его путь начнётся на Востоке, но само признание и присяга свершатся в священной Мекке, у стен Каабы, в пространстве между Чёрным камнем и местом Ибрахима.
Лично я не ищу земного признания и не прошу почестей. Однако в глубине души я твёрдо уверен: Всевышний не оставит без внимания упорство тех, кто отвергает Его волю. Тот, кто не примет Его план, неизбежно столкнётся с Божественным правосудием.
19 февраля 2026 года, всего за девять дней до начала войны в Иране, я обратился к послам Исламской Республики Иран в России и Грузии. В своём послании я открыто заявил, что в декабре 2025 года пережил Божественное Откровение, в ходе которого мне была явлена моя истинная сущность. Опираясь на волю Творца, я засвидетельствовал, что я и есть тот Посланник, которого человечество ожидало тысячелетиями под разными именами.
Я подробно изложил суть своей миссии, тайну многолетнего сокрытия в Абхазии и те испытания, что падут на плечи иранского народа, если Божественный план не будет принят. В своём искреннем порыве я полагал, что руководство Ирана, соприкоснувшись с истиной Откровения, немедленно направит ко мне своих мудрецов. Я был готов открыть им всё: от тайн моего детства до момента великого преображения. Я верил, что этот диалог и мой последующий визит в Иран сплотит его народ и пробудит весь мусульманский мир, предотвратив ту трагедию, свидетелями которой мы стали.
Однако мой призыв был встречен ледяным молчанием. Меня проигнорировали. Но, движимый состраданием, я не остановился. 4 марта я направил в Министерство иностранных дел Ирана копию своего воззвания, опубликованного в сети под заголовком: «Обращение Того, Кто вышел из сокрытия, к лидерам США, Израиля и Ирана». Ответ снова не пришёл. Я стремился с помощью Всевышнего уберечь Иран от пламени войны, но голос мой остался неуслышанным.
Судьба этой страны мне бесконечно дорога. Данные ДНК-анализа свидетельствуют о моей глубокой кровной связи с Ираном: шахи династии Каджаров не только принадлежат к моей гаплогруппе, но и совпадают со мной по ключевым маркерам теста. По всей видимости, Всевышний вёл моих далёких предков с Ближнего Востока через земли Ирана, Дагестана, Чечни и Грузии, чтобы в итоге даровать им пристанище в Абхазии.
Завершая это свидетельство, я вновь подчёркиваю: я не ищу признания и не жажду почестей. Единственная цель, которой я предан ‒ это мир на всей планете. Я не завидую тем, кто ныне держит в руках оружие, ибо с того мига, как Утешитель вышел из сокрытия, любая война становится святотатством. Кровопролитие должно прекратиться. Пришло время остановиться и сесть за стол мирных переговоров.
Я чувствую присутствие Бога во всём. Неужели вы не ощущаете, как неузнаваемо изменился наш мир после декабря 2025 года? Обращаюсь к вам, живущим в Абхазии: присмотритесь к тому, что происходит с нашей погодой.
Долгие годы климат Абхазии был неразрывно связан с дыханием Севера: стоило в Москве зародиться мощному циклону, как спустя два-три дня он неизменно достигал наших берегов. Но теперь эта связь разорвана. По всем прогнозам и законам метеорологии, прошлая зима должна была стать для республики суровым испытанием, но ожидаемого ужаса не случилось. Напротив, зима в стране выдалась на редкость мягкой и комфортной, а в периметре моего проживания ‒ особенно.
Вспомните: раньше, едва в далёкой Аравии поднималась песчаная буря, как через несколько дней на Абхазию проливались жёлтые дожди, оставляя следы на домах и машинах. А теперь посмотрите на Ближний Восток: в Иране, Израиле и соседних странах взорваны горы оружия, в небо подняты тонны гари и пороха. Видите ли вы в Абхазии хотя бы один кислотный дождь? Нет. И не увидите, ибо Всевышний Своей рукой гонит ядовитые облака прочь, в противоположную от нашего дома сторону.
О том, что именно Господь уготовал для Абхазии и её народа, я поведаю вам позже. А пока ‒ если вы ещё не сделали этого ‒ найдите в сети мой фильм: «План Бога для Абхазии и абхазского народа». Посмотрите его, пока ещё не стало слишком поздно.
О Всемогущий и Милосердный Творец, Господь миров и Повелитель судеб! Я, Твой смиренный служитель, познавший Твою истину и ощутивший на себе Твою великую милость, обращаю к Тебе свой взор и своё сердце. Из благословенной Абхазии я возношу молитву за древнюю и гордую землю Дагестана, связанную со мною узами крови, истории и духа.
Господи! Прошу Тебя, Своей державной волей останови череду бедствий, обрушившихся на этот край. Утихомирь бушующие стихии и отведи руку несправедливости, терзающую Твоих детей. Прости им их неведение и сомнения, ибо сердца их ещё сокрыты пеленой старого мира, и они не ведают, что творят.
Я молю Тебя, Всевышний: наполни Дагестан Своим благодатным светом. Даруй его народам мудрость, чтобы распознать знамения Нового времени, и мужество, чтобы принять Твой великий План. Пусть горы Дагестана станут оплотом мира, а его долины ‒ колыбелью небывалого процветания.
Соедини сердца людей в братском единстве, изгони из них вражду и гордыню. Пусть каждый житель этой священной земли ощутит Твою любовь и защиту, как чувствую её я в каждом своём вдохе. Приведи Дагестан к рассвету, где нет места войне и слезам, а есть лишь бесконечное торжество Твоей правды и милосердия. Да будет воля Твоя, ныне и вовеки! Аминь!