После смерти Петра I, не оставившего распоряжения о том, кто наследует трон Российской империи после его кончины, на престол претендовали два кандидата.
Во-первых, жена Петра I Екатерина, которую сам Пётр короновал императрицей ещё при жизни. Она пользовалась любовью и поддержкой гвардии.
Вторым кандидатом на Российский трон был внук Петра от его нелюбимого и казнённого сына Алексея. Говорят, что сын за отца не в ответе, но поверьте – это не так. Тень родителей всегда бросает тень, положительную или отрицательную, на детей, и сопровождает их всю жизнь. Можно добиться того, что бы об этом не говорили публично, но никто не может запретить мысли, которые всегда будут в головах людей. Так вот, вторым кандидатом на Российский трон был внук Петра. Звали его также Петром.
В результате давления на членов особого совещания по выбору наследника гвардейцев, преемницей первого Российского императора стала его жена Екатерина. Это был очень удобный кандидат. Управлять государством она не умела, не училась она этому, кроме того, она плохо читала и писала, или вовсе не умела этого, так что управление государством перешло к доверенным лицам. И тут бы и вовсе пришёл конец Российской империи, но, так уж получилось, правила Екатерина I совсем не долго. После неё в России остался только один прямой наследник Петра I мужского пола, а ведь именно мужчины по традиции становились правителями государства. Этим наследником и единственным, на тот момент, кандидатом на престол оказался Пётр Алексеевич Романов, внук Петра I.
Отец будущего императора всероссийского был, отпрыском Петра Великого и его первой жены Евдокии Лопухиной. Отношения царя-реформатора (Петра I) с сыном были крайне непростыми. Алексей олицетворял собой то, с чем неустанно боролся Пётр I: русскую старину с её теремами и «Домостроем». Не изменили образ мыслей царевича ни учёба в Германии, ни женитьба на принцессе Софии Шарлотте Брауншвейг-Вольфенбюттельской, а насильственное пострижение матери в монахини еще более отдалило его от отца.
Взгляды Алексея сказались и на воспитании сына Петра, появившегося на свет 23 октября 1715 года (сама София скончалась после родов). Он поручил ребенка заботам «мамок» из Немецкой слободы, которые не очень утруждались его воспитанием и даже приучили к вину[1].
[1] Это скорее всего досужие домыслы, но не будем исключать и такой возможности
В 1718 году, после кончины в стенах Петропавловской крепости Алексея Петровича, обвинённого в заговоре против отца, царь передал дело воспитания маленького Петра Александру Даниловичу Меншикову. Однако знаменитый «птенец гнезда Петрова» так же, как и Алексей, не слишком обременял себя этим поручением, передоверив мальчика дьяку Маврину и венгру Зейкинду. Они должны были обучать бедное дитя русскому и немецкому языкам, латыни и закону Божьему. Как-то посетивший внука Пётр увидел запущенного и малообразованного ребенка, за что самолично избил горе-учителей тростью.
Как видим, при выборе наследников на престол, после смерти Петра I, выбор был не велик. Приходилось выбирать между умной зрелой, но не образованной женщиной и юным, не имеющим жизненного опыта и таким же необразованным мальчиком. Пожалуй выбор в императрицы Екатерины был настоящим спасением России в тех условиях, но вернёмся к обстоятельствам жизни будущего императора.
После смерти деда в 1725 году юный Пётр и вовсе лишился каких-либо наставников, не забывали о нем только старшая и горячо любимая сестра Наталья, а также навещавшая в праздники вторая жена царя Екатерина Алексеевна, занявшая трон супруга в том же году.
Условия существования юного Петра при императрице Екатерине немного улучшились. Еще до её воцарения Пётр сдружился с князем Иваном Долгоруковым, возившим его к себе домой на различные светские пирушки[1]. На них блистала его тётка Елизавета Петровна. Однако приёмы и танцы устраивались не только веселья ради – Долгоруковы, противостоявшие всесильному Меншикову, не забывали напоминать Петру о его правах на престол. Однако изначально именно любимцу Петра Великого сопутствовал успех.
Имевший большую власть при Екатерине I, «полудержавный властелин» Александр Данилович сумел повлиять на Петра, которому прочил престол после кончины слабой здоровьем императрицы. Царедворец рассчитывал женить наследника на своей дочери Марии, став регентом при несовершеннолетнем правителе.
Пётр Алексеевич вступил на трон 17 мая (по н. ст.) 1727 года в возрасте всего лишь 11 лет после смерти Екатерины Алексеевны. Первое время всё складывалось в пользу Меншикова. Он повлиял на начальные указы Петра II: один из них допускал поблажки задолжавшим крепостным, другой даровал фельдмаршальские звания врагам Меншикова – князьям Долгоруковым и Миниху, в то время как сам светлейший становился генералиссимусом и главнокомандующим российской армии. Более того, в мае 1727 года Пётр Алексеевич был помолвлен с дочерью Меншикова Марией, как и хотел ее отец. Юный самодержец даже обитал в меншиковском доме, где продолжал свое обучение под руководством придворного интригана высшей пробы Андрея Ивановича Остермана.
[1] Ну вот, а говорили, что немецкие «мамки» приучили мальчика к вину! Хотя у Долгоруких начатое учение могло быть продолжено
Не любивший Александра Даниловича мальчик-царь до поры до времени не выказывал тому своего искреннего отношения. Все стало меняться с болезнью светлейшего, которая выбила того из колеи на несколько недель, которых оказалось достаточно. Император с подачи Долгоруковых успел просмотреть протоколы допросов своего отца, подписанные среди прочих и Меншиковым. Последний пытался давить на отрока, но из этого ничего не вышло: осенью 1727 года всесильный временщик подвергся домашнему аресту, а вскоре свет увидел указ о лишении его всех чинов, наград и должностей и отправлении в ссылку. После венчания молодого монарха на царство в начале 1728 года Меншиков вместе с семейством отправился на поселение в сибирский Берёзов. Помолвка с Марией Александровной Меньшиковой была расторгнута.
Сумев по наущению своих знакомых победить могущественного противника, Пётр II не знал, что делать дальше. Дела государственные взял на себя учитель императора А.И.Остерман, а сам государь увлёкся охотой, сделав ее главным занятием для своих придворных, да и какой мальчишка предпочтёт нудный разбор государственных забот весёлому время препровождению и играм?. Ещё большую проблему принесла смерть любимой сестры Натальи. Состоянием императора воспользовались все те же Долгоруковы. Сблизившись с Екатериной Долгоруковой, Пётр вскоре с ней обручился.
Юный, неокрепший внутренне и физически, большую часть жизни лишенный любви и заботы, Пётр II, избавившийся от Меншикова, ощутил на себе жажду власти семейства Долгоруковых. Их не любили при дворе, сам император вскоре стал в них сомневаться, что проявлялось и в холодных отношениях с невестой. Несмотря на это, осенью 1729 года император официально обручился с Екатериной, бракосочетание было назначено на январь следующего года. Это вызвало обеспокоенность Остермана, обличавшего перед Петром хитрых Долгоруковых. Не оставили императора равнодушным и слёзы его любимой тётки Елизаветы Петровны, жившей среди всевозможных запретов.
Как бы то ни было, но судьба царствования юного монарха вскоре определилась. В самом начале 1730 года, незадолго до свадьбы, назначенной на 19 января, Пётр Алексеевич принял в Москве военный парад вместе с Минихом и Остерманом. Лютый мороз и нежелание монарха ехать в карете привели к началу страшной по тем временам болезни – чёрной оспы[1]. Молодой организм боролся, но не смог справиться с недугом. Во время болезни внука Петра Великого борьба за власть не прекращалась. Остерман не отходил от постели императора, в то время как Долгоруковы пытались подделать его завещание в пользу невесты Екатерины.
Юный монарх скончался 19 января 1730 года, в самый день своей предполагаемой свадьбы. Иван Долгоруков, пытавшийся провозгласить сестру новой императрицей, был арестован, как и сама Екатерина, отправившаяся в ссылку по примеру первой невесты Петра Марии Меншиковой.
[1] Конечно император не мог заразиться на свежем морозном воздухе. Оспой он заразился во дворце, но промёрзнуть до костей и ослабеть от простуды, а затем и умереть от проявившейся оспы – это вполне вероятная история.
Правление подростка Петра Алексеевича было во многом трагичным. Мальчик, до которого практически никому не было дела, оказался не на своем месте в неподходящее время. Неподготовленный к роли правителя и преемника великого деда, он на себе испытал борьбу различных придворных партий: сторонников реформ Петра Великого и представителей старой аристократии. После Петра II не осталось прямых потомков династии Романовых мужского пола, а указ его деда о престолонаследии позволял многим её представителям оспаривать власть в стране. Эпоха дворцовых переворотов набирала свой ход.