Как преподаватель иностранных языков, я часто говорю своим ученикам: перевод — это не замена слов эквивалентами, это попытка пересадить живое сердце текста в другую почву. Когда берешься за Генриха Гейне, эта задача становится почти невыполнимой. Его простота — обманчива, а его ирония часто граничит с глубочайшим трагизмом.
Сегодня в нашей рубрике — одно из самых пронзительных стихотворений цикла «Лирическое интермеццо» (Lyrisches Intermezzo) — «Ich grolle nicht».
Это стихотворение — манифест обманутого, но гордого сердца. В немецком языке глагол grollen означает не просто «сердиться», в нем слышны раскаты грома, затаенная обида, тяжесть, которую человек несет в себе. Гейне пишет о моменте, когда любовь уже потеряна навечно (ewig verlor'nes Lieb), и внешнее великолепие — блеск бриллиантов и алмазов — лишь подчеркивает кромешную тьму в душе той, кто предала.
О моем переводе:
Работая над этим текстом, я хотела уйти от излишней «литературщины» и передать именно ту пульсирующую боль, которая заложена в оригинале. Гейне использует жесткий, почти физиологичный глагол fressen (поедать, грызть — обычно о животных), описывая змею, терзающую сердце возлюбленной.
В своем переводе я постаралась сохранить это ощущение «разрыва»: когда сердце рвется в клочья, когда мрак души поглощает свет бриллиантов, но лирический герой находит в себе силы на высшее проявление человечности — на жалость. Ведь тот, чье сердце пусто, гораздо несчастнее того, чье сердце просто разбито.
Генрих Гейне — Ich grolle nicht
(Перевод Киры Бурениной)
Я не сержусь, мой друг,
любовь прошла навечно,
и если сердце лопнет вдруг,
я не сержусь по-человечьи.
В алмазном ты уборе хороша,
каждый бриллиант на нем блестит.
Но так темна твоя душа —
все искры света поглотит.
Я не сержусь, мой друг,
не больно мне,
пусть сердце рвется в клочья.
Но видел я тебя во сне,
в твоей сердечной глубине
я видел мрак, как ночью.
И видел я еще змею,
что грудь твою терзает.
Прощаю боль тебе мою,
так жаль тебя, я так люблю,
что слезы выступают.
Я не сержусь, я не сержусь.