Утро на запорожском участке фронта редко бывает по-настоящему тихим. Даже там, где внешне всё выглядит неподвижным, темная лесополоса, пустой просёлок, несколько уцелевших строений на краю населённого пункта — обстановка меняется буквально поминутно. В нынешних реалиях специальной военной операции первым начинает работать не ствол и не броня, а дрон в небе. Беспилотник поднимается над местностью, фиксирует малозаметные признаки присутствия противника, уточняет координаты, а дальше в действие вступает уже весь контур управления. От разведывательного расчёта до огневых средств поражения и штурмовых подразделений.
Именно такая связка сегодня определяет характер боевой работы на многих участках. По сообщениям подразделений группировки войск «Восток», в Запорожской области в последние дни эта система последовательно сработала сразу в нескольких эпизодах: при поражении мест размещения противника, отражении попыток подвести подкрепление, уничтожении бронетехники, а также в ходе штурмовых действий, завершившихся занятием населённого пункта Бойково. За каждым из этих сообщений не отдельный, изолированный удар, а та логика современного боя, в которой решение принимается быстро, подразделения действуют малыми группами, а успех определяется не одной силой огня, а слаженностью, устойчивостью управления и точной координацией действий всех звеньев.
Разведка и огневое поражение
Один из таких эпизодов начался с обычной для воинов-дальневосточников процедуры — ведения воздушной разведки. Разведывательные подразделения, используя БпЛА, выявили замаскированные районы размещения противника вблизи одного из населённых пунктов Запорожской области. По имеющимся данным, личный состав ВСУ размещался как в капитальных постройках, так и на заранее оборудованных позициях в прилегающих лесополосах. Для внешнего наблюдателя подобные участки нередко выглядят безжизненно, однако именно там чаще всего скрываются опорные пункты, временные укрытия, узлы связи и площадки для выдвижения резервов.
После доразведки и уточнения координат к выполнению задачи были привлечены экипажи тяжёлых огнемётных систем ТОС «Солнцепёк» 35-й общевойсковой армии. В подобных условиях особенно важна не только мощность самого удара, но и вся предшествующая работа по целеуказанию, уточнению границ района поражения и контролю результата. Корректировка в реальном времени, которую обеспечивали расчёты беспилотной авиации, а также использование штатных отечественных средств связи и управления позволили, как утверждают в подразделениях, нанести удар по выявленным объектам с высокой точностью.
В боевых донесениях это называется огневым поражением выявленного противника. Но за этой формулировкой стоит сложная и многосоставная работа. Такая как обнаружить, подтвердить, исключить ложные цели, своевременно передать данные, организовать взаимодействие и обеспечить непрерывность управления. Современная боевая работа не прощает опозданий. Пока координаты уточняются, противник может сменить район сосредоточения, рассредоточиться, уйти в запасные укрытия. Поэтому скорость прохождения информации от разведывательного расчёта до огневого средства становится не менее важной, чем сам калибр.
По данным группировки, в результате удара пункты размещения и укрепления противника были разрушены, а сосредоточение необандеровцев на данном участке сорвано. В оперативном смысле это значит, что противник лишается возможности беспрепятственно накапливать силы в полосе обороны и готовить контрдействия. В тактическом отношении подобные удары создают условия для дальнейшего продвижения общевойсковых подразделений, поскольку сокращают плотность сопротивления на переднем крае и в ближайшей глубине.
Расширение возможностей для продвижения
Ещё более наглядно систематическая работа по поражению противника проявилась в ходе штурмовых действий в районе Бойково. По сообщениям группировки войск, подразделения 64-й гвардейской мотострелковой бригады 35-й общевойсковой армии прорвали оборону противника и взяли под контроль населённый пункт, а вместе с ним — крупный укреплённый район площадью более пяти квадратных километров. Для фронта, где каждый опорный пункт может быть заранее пристрелян, заминирован и прикрыт дронами противника, такой участок — это не просто квадрат на карте, а целая система обороны, включающая укрытия, огневые точки, маршруты подвоза и позиции для манёвра резервами.
Штурмовик с позывным «Смайлик», рассказывая о ходе наступления, описывает уже привычную тактику: «Наступали малыми группами, двойками и тройками. Продвигаться приходилось в основном по открытой местности под постоянными налётами вражеских дронов. В лесополосах у противника были оборудованы опорные пункты и блиндажи. Мы прорывались вперёд, зачищали позиции, ликвидируя пулемётчиков и операторов БпЛА. Враг пытался контратаковать, но мы своевременно пресекали эти попытки».
За этими словами — важная особенность нынешних штурмовых действий. Там, где раньше основную угрозу представляли фронтальный огонь из окопов и бронетехника, теперь постоянно добавляются наблюдение и поражение сверху. Любое выдвижение, любое нарушение маскировки, даже непродуманная смена позиции могут быть замечены дроном украинских формирований. Поэтому движение малыми группами, использование рельефа местности, короткие броски, строгая дисциплина в боевом порядке и умение немедленно закрепляться на достигнутом рубеже становятся не частными приёмами, а обязательным условием в ходе выполнения задачи.
Один из наиболее напряжённых эпизодов боя, по словам командира штурмового подразделения с позывным «Мажур», произошёл уже в самой застройке: «При заходе в населённый пункт противник пытался подавить нас огнём. С БМП высадилась вражеская пехота и попыталась взять нашу группу в окружение в одной из построек, рассчитывая застать нас врасплох. Я принял решение работать в двойках: разделили фланги и резко вырвались навстречу. Враг такого манёвра не ожидал и растерялся. Мы мгновенно перехватили инициативу и уничтожили противника из стрелкового оружия».
Подобные бои в застройке чаще всего коротки по времени, но предельно насыщены по напряжению. Пространство там сужается до нескольких комнат, коридора, двора, пролома в стене, прохода между хозяйственными постройками. Решение приходится принимать немедленно, а цена промедления слишком высока. В таких условиях особенно проявляется то, что в боевом уставе называется устойчивостью управления и слаженностью подразделения. Командир не просто отдаёт команду — он должен мгновенно оценить обстановку, сохранить управление личным составом, организовать манёвр и не допустить разобщения группы.
Стрелок-сапёр с позывным «Врангель» обращает внимание на другую сторону этого боя — маскировку и взаимодействие с расчётами беспилотной авиации: «На штурм шли малыми группами, грамотно использовали антидроновые накидки и погодные условия. Сильный туман позволил подобраться к позициям ВСУ практически на расстояние вытянутой руки. Отработали слаженно, без потерь, взяли в плен вражеского пулемётчика, который дал ценную информацию. Отдельно отмечу поддержку с воздуха: разведывательный расчёт БпЛА обнаружил вражеский пункт управления тяжёлыми дронами типа «Баба-Яга». В результате оперативных действий расчёт противника и склад с аппаратами были полностью уничтожены».
Этот рассказ особенно показателен. Сегодня туман, дождь, низкая облачность, посадка, просёлок, заброшенный сарай, маскировочная сеть — всё это становится полноценным элементом боя. Погодные условия уже не просто фон, а фактор, который может дать кратное преимущество, позволить сократить дистанцию, скрыть выдвижение, сорвать наблюдение. Точно так же и борьба с вражескими расчётами тяжёлых дронов превратилась в самостоятельную часть боевой работы. Уничтожить не только сам аппарат, но и пункт управления, запас боекомплекта, место запуска — значит снизить угрозу для штурмовых групп на всем ближайшем участке.
По имеющимся данным, в результате этих действий противник понёс значительные потери в личном составе и технике, а занятие Бойково улучшило тактическое положение подразделений группировки и расширило возможности для дальнейшего продвижения на запад, в направлении реки Верхняя Терса. В практическом плане это означает выравнивание переднего края, расширение занимаемого района и создание более удобных условий для последующих действий.
Небо как второй эшелон
На том же направлении важную роль продолжает играть беспилотная составляющая. Один из эпизодов был связан с попыткой контратаки со стороны противника. В ходе воздушной разведки операторы обнаружили выдвижение бронетранспортёра «Страйкер» к линии боевого соприкосновения. Дальнейшие действия развивались уже по хорошо отработанному алгоритму: координаты были немедленно переданы расчётам ударных FPV-дронов, после чего цель последовательно поражалась несколькими средствами.
Сначала, по данным подразделений, точными ударами была разрушена защитная конструкция бронемашины и вызвано возгорание. Затем окончательное поражение выполнил расчёт барражирующего боеприпаса «Ланцет», ударивший в наиболее уязвимую часть корпуса. Такая последовательность показывает, насколько изменилось само представление о противотанковой борьбе. Если прежде основную роль играли артиллерия, танк или противотанковый расчёт на огневой позиции, то теперь значительная часть этой работы переносится в воздушное измерение. Броня больше не чувствует себя в безопасности даже на удалении от переднего края, а любое выдвижение требует иного уровня маскировки, рассредоточения и прикрытия.
По той же схеме были поражены и несколько боевых бронированных машин «Козак» с десантом на борту. Для наступающей стороны такие эпизоды значат больше, чем просто уничтожение нескольких единиц техники необандеровцев. Такими действиями срывается ритм, нарушается замысел, задерживается подвод резервов, осложняется управление, а подразделения противника на переднем крае не получают своевременного усиления.
Другой характерный эпизод связан уже не с бронетехникой противника, а с попыткой переброски резервов автомобильным транспортом. Разведывательные расчёты БпЛА выявили движение пикапов с личным составом необандеровцев на нескольких участках. Машины, по имеющимся сведениям, двигались на высокой скорости поодиночке, пытаясь выйти к передовым позициям и высадить подкрепление. Для их поражения были задействованы дежурные подразделения FPV-дронов, действовавшие в режиме свободной охоты.
Сам по себе этот термин хорошо отражает перемену в характере боевых действий. В полосе боевой работы появляется не только фиксированное выполнение заранее поставленной задачи, но и постоянный поиск цели в динамичной обстановке. Оператор должен уметь быстро ориентироваться, обнаруживать цель на марше, сопровождать её, выбирать момент удара и действовать в условиях противодействия радиоэлектронной борьбы.
Слаживание — основа боеспособности
Однако любой такой эпизод начинается не в момент удара или штурма. Его основа закладывается раньше — в учебном центре, на полигоне, в ходе боевого слаживания. В тыловом районе специальной военной операции подразделения войск беспилотных систем группировки войск «Восток» завершают именно этот этап подготовки. Главный акцент, по словам самих военнослужащих, сделан на комплексном взаимодействии расчётов в составе батальона — то есть на способности вести разведку, передавать цели, наводить ударные средства и обеспечивать устойчивое управление в едином тактическом контуре.
Начальник штаба с позывным «Француз» описывает структуру учений предельно чётко: «Учения батальона включают в себя четыре этапа: приведение в боевую готовность, ведение обороны, наступление и восстановление боеспособности. Мы работаем по сценарию с условным противником, разрабатываем планы решений для каждой ситуации. Сейчас батальон завершает третий этап — ведение наступательных действий, после чего подразделение будет полностью готово к выполнению боевых задач».
Сегодня оператор БпЛА — это уже не человек, который просто умеет управлять аппаратом. Он должен понимать тактическую обстановку, знать порядок действий подразделений в обороне и наступлении, уметь работать в составе боевого порядка, быстро менять позиции, поддерживать взаимодействие со смежными силами и средствами, а при необходимости — восстанавливать боеспособность расчёта после потерь или технических отказов.
Подготовка, по данным подразделений, строится поэтапно. Сначала теория, затем виртуальная практика, после неё — реальные полёты. В учебном центре операторы в течение двух месяцев осваивали алгоритмы работы с различными типами аппаратов, от малых дронов до беспилотников самолётного типа. Значительная часть времени отводилась именно симулятивной подготовке, где моделировались реальные боевые условия, отрабатывались действия в помеховой обстановке, поиск целей и работа по ним при быстро меняющейся картине местности.
Начальник расчёта с позывным «Мики», говоря о применении комплексов «Суперкам», подчёркивает различие между учебной и реальной средой: «В боевой обстановке всё иначе, чем в гражданской авиации. Требуется постоянная смена эшелонов высоты и поиск целей по косвенным признакам — следам шин или масксетям. Оптика позволяет разглядеть детали вплоть до шевронов на куртке, что крайне важно для идентификации живой силы противника в лесополосах и населённых пунктах».
В этих словах — важная характеристика: цель всё реже обнаруживается в открытую. Её приходится вскрывать по совокупности демаскирующих признаков, таких как нарушение рисунка местности, свежие следы, неестественный контур, маскировочные сети, тепловое пятно, изменение рельефа. Поэтому современный оператор — это не только пилот, но и наблюдатель, аналитик, а в определённом смысле и корректировщик, который должен видеть картину местности в целом и понимать, где противник может скрываться, выдвигаться, создавать ложные позиции или готовить манёвр.
В рамках слаживания расчёты отрабатывают не только разведку, но и совместную работу с ударными дронами, корректировку огня артиллерии, миномётов, реактивных систем залпового огня, гранатомётчиков и огнемётных систем. Кроме того, практикуется взаимодействие с наземными робототехническими комплексами «Курьер», используемыми для подвоза боеприпасов. И здесь особенно заметно, как меняется вся ткань боевых действий: на переднем крае всё чаще работают не одиночные элементы, а целая система разнесённых по функциям расчётов, связанных между собой устойчивым каналом управления.
Единый тактический ритм
Если свести все эти эпизоды в одну картину, становится ясно, что на запорожском направлении сегодня решающее значение имеет не только сила огня, но и способность выстроить единый тактический ритм. Разведка должна вовремя вскрыть противника. Средства поражения — немедленно отработать по полученным координатам. Штурмовые подразделения должны воспользоваться результатом огневого поражения, занять рубеж, закрепиться, отразить контрдействия и продолжить продвижение. Беспилотные расчёты обязаны не выпускать противника из-под наблюдения, пресекать подвоз резервов и уничтожать бронетехнику на подступах. А в тыловом районе в это же самое время другие подразделения проходят слаживание, чтобы через считаные дни включиться в тот же контур уже на линии боевого соприкосновения.
Именно в этом и заключается главная особенность нынешнего этапа боевых действий. Отдельный эпизод — удар ТОС, штурм населённого пункта, поражение бронетранспортёра или уничтожение колонны пикапов — больше нельзя рассматривать сам по себе. Каждый из них является частью общей системы, в которой успех обеспечивается последовательностью, согласованностью и устойчивым управлением. По предоставленным данным, подразделения группировки войск «Восток» на этом направлении действуют именно в таком ритме — от выявления целей до закрепления результата. А значит, исход боя всё чаще решается не только на рубеже атаки, но и в той невидимой работе, где точность разведки, дисциплина управления и слаженность расчётов становятся основой будущих побед.
Подготовил Альберт РУБЕНЯН.
Фото из открытых источников.