Сегодня я заканчиваю рассказывать о Лычаковском некрополе. Если не читали предыдущие части, — начните с первой:
В этот раз я буду показывать вам много красивой скульптуры с точки зрения символики. Тут хватает отсылок как религиозных, так и мирских, я уже молчу про геральдику. Кстати, что касается последнего, — нашла изумительное по своей сложности исследование гербов на надгробиях Лычаковского. Если захотите подробнее почитать про польское дворянство, заходите туда.
Пожалуй, самый популярный сюжет в скульптурной пластике Лычаковского — Дева Мария, попирающая ногами змея, который охватывает шар. В глобальном смысле это победа над Мировым Змеем, то есть мировым злом, первородным грехом. Но в локальном, общечеловеческом, — заступничество Богоматери там, за чертой, прощение по отношению к душе грешной, которой хочется попасть на небеса. Дополнительно стоит отметить, что, по христианской традиции, никакое зло не будет страшно для истинно верующих:
Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет. Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов; будут говорить новыми языками; будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им; возложат руки на больных, и они будут здоровы.
(Евангелие от Марка, 16:16 - 16:18)
Этот символ совершенно не прижился на наших кладбищах. Может, дело в ещё языческих представлениях о змеях: некоторые славянские племена считали, что в кладбищенских змеях ненадолго на землю возвращаются души усопших. Но встречались и поверья, что в змей вселяются злые души, например ведьм. А ещё змеи вроде как связывают мир живых и мир мёртвых. Последнее поверье пришло к нам вместе с классической скульптурой, ведь эти пресмыкающиеся были символом бога медицины (Эскулапа/Асклепия).
Как бы то ни было, змей на наших кладбищах долгое время не изображали. Никакой эпической борьбы со злом. А в XVIII - XIX вв. на русских кладбищах появились Уроборосы и змеи, обвивающие урны. То есть символы круговорота смерти и воскрешения. Ну а после революции змеи на надгробиях остались лишь символами медицинской профессии.
Извините, что отвлеклась, просто Дева Мария со змеем — символ необычный, и потому хотелось показать, насколько он отличается от принятого у нас. Кстати, вспомню заодно надгробие Ломоносова. Там тоже есть змеи, но как часть кадуцея — символа изобретателя, мудреца, путешественника, покровителя торговцев и проводника в загробный мир Меркурия/Гермеса.
Но вернёмся на Лычаковское.
Вот ещё интересное надгробие, которое нам напоминает о борьбе с мировым злом. Наверху мы видим символ веры, пылающее сердце. А у небесного ангела на щите аббревиатура имени Иисуса Христа, то есть воюет он именем Божьим.
Кроме Богоматери, попирающей ногами змею, мне встретилась статуя с якорем. Хотя мы привыкли, что якорь обычно изображается на могилах моряков, но в мемориальной скульптуре он вдобавок символизирует стойкость веры, надежды на воскресение и вечную жизнь. Этот христианский символ появился ещё в I веке. Якорь дополняет статую, отображая чаяния о спасении души и молитвы к покровительнице на небесах.
На наших кладбищах до революции якорь встречался с той же символикой.
Ещё одна вариация Девы Марии — с младенцем на руках.
Обращение за небесным покровительством к Богоматери здесь приобретает более личностные черты, прося о поистине материнской заботе для усопшей души. Но есть и другие значения: это и связь земного с божественным (младенцем), и всё та же надежда на вечную жизнь.
Стоит отметить, что на наших дореволюционных кладбищах скульптуры Девы Марии и Христа можно было пересчитать по пальцам, в то время как на Лычаковском, то есть в католической традиции, это самые популярные сюжеты. Хотя визуализация Пьеты (то есть Богоматери, оплакивающей Христа) мне не встретилась.
В той или иной степени каждая из таких статуй — надежда на спасение или обещание оного. Дополнительные вариации привносят предметы. Например, на первом из снимков ниже — статуя Христа держит в руках державу, символ царской власти. Пришедший из иконографии образ напоминает нам, что Спаситель — и небесный царь, и судья, и владыка мира.
Иисус Христос, несущий на плечах ягненка, — прямая отсылка к духовной литературе. Например, в Евангелии от Ионна. "Вот Агнец Божий, Который берёт на Себя грех мира" (1:29).
Отдельно державу тоже изображают.
Пример — надгробие Казимежа Якубовского (Kazimierz Stanisław Jakubowski, 1868-1926), львовского книгоиздателя.
Много на кладбище статуй с детьми-ангелами и просто с молящимися детьми. Конечно, в первую очередь это память о слишком рано ушедших из жизни детях. Но подобные надгробия могли ставиться и на могилах молодых девушек, символизируя всё ту же чистую и невинную душу.
Обычных ангелов несравненно меньше, нежели всего вышеперечисленного. Зато каких!.. На первом фотоснимке — пример вторичного использования надгробия. Но сама скульптура, пожалуй, моя самая любимая из всех на Лычаковском.
Ангелы, охранители при жизни и проводники душ умерших на небо, популярны как в католической, так и в православной мемориальной традиции.
В древнеримской мифологии человека от самого рождения до смерти сопровождали духи-хранители, гении.
Именно они впоследствии трансформировались в привычных нам ангелов. Появление гениев на кладбище — отсылки к классицизму. От ангелов их отличает полуобнажённость. В общем, видите полуголого крылатого мужика на надгробии — это гений. Если же у мужика одеяние, свисающее красивыми складками, — то это ангел.
На стеле мы видим скорбящего об усопшем гения, который держит в одной руке венок, символ славы и бессмертия души, а в другой — опущенный вниз факел, символ рано оборвавшейся жизни.
Не последнее место на кладбищах занимали и занимают плакальщицы. Их скульптурные изображения тоже пришли к нам из Древнего Рима, хотя сопровождение плакальщиц на похоронах известно ещё со времён Древнего Египта. Это один из самых узнаваемых мемориальных символов, повествующий о скорби об усопшем.
Часто плакальщицы изображаются со сломанными колоннами (ещё один символ рано оборвавшейся жизни) или с урнами. Вот про урны история интереснее. Появившись в Древнем Риме, урны стали хранилищем для праха усопших. Христианство кремацию не одобряло, но урны с кладбищ никуда не делись, просто превратились в скульптурные изображения.
И означали они: пусть прах человека остался здесь, но бессмертная душа, покинув бренную оболочку, устремилась к небесам. Порой урны укрыты "покрывалом забвения": забудьте о смерти, возрадуйтесь за душу усопшего, которая уже в лучшем из миров.
Отдельно покажу более редкую вариация "антуража" плакальщицы: кроме самой скорбящей, мы видим перекрещенные крест и якорь, но кроме того — и пылающее сердце (символ веры, религиозности), и жертвенник наверху.
Считается, что жертвенник (светильник) символизирует добродетель, которая возносит на небеса. Но это кажется таким же отголоском языческих времён, как и факелы. На жертвенниках приносили поминальные жертвы. С факелами провожали в последний путь.
Надгробие Антония Тарновского (Antony Tarnowsky, 1777-1843) создал скульптор Павел Ойтеле. Здесь уже символы иного рода, подобающие воину (в данном случае — генерал-майору): и украшенный дубовыми ветвями меч, и пушечные ядра, и перевитые всё тем же дубом знамёна, и оружие. Саркофаг при стоит на львиных лапах и увенчан скульптурой спящего льва. Всё это — о воинской славе, о чести, о верности своему долгу, храбрости, мужестве.
Ещё одна работа Павла Отейле — саркофаг с грифонами, тоже установленный на львиные лапы. На заднем плане, обратите внимание, — крест с тем самым "покрывалом забвения". Грифонов на кладбищах не часто можно встретить. Они символизируют защиту, власть, мудрость. А ещё их могут изображать охранителями сокровища.
Может, именно это имел ввиду супруг скончавшейся Теофилы Кешковской (Teofila Kieszkowska, 1800-1847), который и заказал это надгробие. А может, просто её муж или отец были военными, оттуда и соответствующая атрибутика (включая львиные лапы).
Еще несколько не самых частых символов, дам комментарии под снимками:
Популярными надгробиями как в католической, так и в православной традиции, а также в иудаизме, являются скульптуры в виде сломанного дерева, которое, как и колонна, передает скорбь по прервавшейся жизни. Уже писала неоднократно и вновь повторюсь, что в сети про такие надгробия ходит множество мифов. Из них три самых популярных:
— Эти надгробия ставятся только на могилах евреев. Ну, как вы видите опять и снова, — не только.
— Количество сучков означает количество детей. Нет, нет и нет. Надгробия подобного типа встречаются и на могилах совсем юных усопших, не успевших обзавестись детьми.
— Ну и ещё один прекрасный миф — якобы если дерево обломано, то покойный не оставил после себя наследников. Но, опять же, я на кладбищах неоднократно встречала надгробия-деревья над могилами более чем поживших людей, которые не умерли бездетными.
Кресты-деревья означают не только прервавшуюся жизнь, но и надежду на бессмертие. Это вновь отсылки к иконографии, в которой есть "процветший крест", то есть вера в Воскресение.
На этой теме я завершаю обзор Лычаковского кладбища.
И поздравляю с Пасхой тех, кто её отмечает.
Спасибо за внимание!