Весна — время, когда душа просит простора. Город давит бетоном и шумом, хочется выдохнуть, сбросить с плеч тяжесть рабочих будней. И вот ты садишься в машину или на поезд — и через несколько часов стоишь на высоком берегу. Перед тобой — Волга. Настоящая. Древняя. Бесконечная.
Дорогие друзья, предлагаем вам отправиться с телеканалом «Радость моя» в путешествие по нашей любимой и красивой России. Сегодня «Русская дорога» поведёт нас в город-открытку, город-вдохновение, город, который Исаак Левитан писал чуть ли не с каждого пригорка.
Впервые этот город был упомянут в Новгородской первой летописи в 1141 году в связи с именем Юрия Долгорукого. Получается, что этому маленькому городку уже более восьми веков!
Догадались, что это за город?
Соборная гора. В советские годы её переименовали в гору Свободы, но потом вернули старое название. Именно здесь стояла когда-то первая крепость. В 1238 году она была сожжена во время татаро-монгольского нашествия.
А тот Плёс, который мы сейчас знаем и любим, появился во второй половине 19 века. Сегодня он - неотъемлемая часть нашей русской культуры. Это очевидно, даже если просто перечислить великие имена тех, кто здесь когда-то бывал, жил и работал: Чехов, Шаляпин, Репин, Левитан… Они приходили сюда за тишиной, за светом, за той особенной волжской грустью, которая рождает гениальные строки и полотна.
Гуляя по Плёсу, мы проходим мимо мастера Юрия Агапова, который сам делает и продаёт знаменитые «чувильки» — забавные свистульки. А знаете ли вы, что в домонгольские времена недалеко от нынешнего города существовало древнее финно-угорское поселение под названием… Чувиль? Возможно, именно оно и дало имя народной игрушке. Вот так: история исчезнувшего села оживает в милой безделушке, которую мы увозим на память.
Идём к Успенской церкви на Соборной горе — старейшему сохранившемуся зданию в Плёсе.
Храм этот, как и многие, знаем мы только «лицом». Снаружи. Потому что именно он — с двумя сёстрами-церквями — попал на знаменитые полотна Левитана. Тот самый вид, который стал визитной карточкой Плёса. А вот что внутри — знают немногие. Давайте вместе зайдём и послушаем.
Матушка, смотрительница храма, рассказывает:
— Наш храм — часть того самого ансамбля, который писал Левитан. Два храма — Казанский и Успенский. Казанский, увы, полностью разрушен. А Успенский — самый древний в Плёсе. Нынешнее каменное здание построили в 1699 году. Это конец XVII века. А за четыре года до этого здесь стоял деревянный храм, и он сгорел. На пепелище нашли икону Казанской Божией Матери.
— Значит, храм стоит на месте бывшей крепости? — уточняет Автор и ведущий нашей программы Алексей Видов.
— На территории крепости, конечно. Там обязательно должен был быть храм.
А знаете, почему эта церковь уцелела в лихолетье? В 1936 году вышло правительственное постановление: использовать храмы под хозяйственные нужды. И здесь… устроили совхозтехникум. В алтаре стоял трактор. Представляете?
Но сам храм сохранился. А в 1990-е годы его вернули Церкви. И все иконы, которые мы видим сейчас, принесли люди. По крупицам. С любовью и памятью.
Стоим на Соборной горе. Внизу — Волга. За спиной — стены, помнившие и крепость, и трактор, и возвращение к жизни. И думаешь: как много может выдержать ещё русский храм.
Матушка ведёт нас дальше, к одной из икон.
— Вот эта икона у нас самая-самая древняя. Ровесница храма. И любимая икона всех прихожан. Я думаю, она чудотворная.
— А как она к вам попала?
— Нашли её на том берегу, в деревне Серково, на чердаке старого дома.
— А образ какой?
— Тихвинская, — отвечает матушка.
— А почему стены белые? Раньше были фрески?
Матушка вздыхает. В советское время здесь были мастерские, храму нанесли ущерб. В алтаре под побелкой сохранились росписи XVIII века, но их исцарапали, пытались соскоблить. Пришлось снова закрыть. А в трапезной, видимо, у мастеров терпение кончилось, и росписи не тронули — их скрывала простая штукатурка. Когда храм вернули Церкви, стены побелили известью. А известь — вещь хитрая: она стянула, побелка осыпалась, и… проступили древние лики.
— Вот так они и открылись сами, — улыбается матушка.
Мы стоим и смотрим на эти неявные, приглушённые временем фрески. Они не кричат, не бросаются в глаза. Они тихо проступают сквозь годы и века. И от этого в храме особенное, молитвенное ощущение. Словно сама история говорит с тобой шёпотом.
Продолжаем свой путь. Визитная карточка Плёса — это, конечно, Воскресенская церковь. Та самая, что смотрит на Волгу с высокого берега. Она изображена на сувенирах, открытках и пейзажах знаменитых художников. С реки на неё открывается потрясающий вид — каменная пятиглавая красавица словно парит над водой. Её поставили в честь победы в Отечественной войне 1812 года. При советской власти Воскресенская церковь продержалась дольше остальных храмов города — её закрыли только летом 1939 года. А возрождение началось в 1990 году. И теперь она снова встречает путешественников, как и двести лет назад.
Еще один потрясающий вид.
Внешний вид этой церкви знаком всем любителям живописи — она изображена на картине Левитана «Вечер. Золотой Плёс». Это церковь Святой великомученицы Варвары. Кирпичный храм стоит на месте древней деревянной церкви. Колокольня построена в 1821 году, а сама церковь, по некоторым данным, появилась в Плёсе гораздо раньше.
Весной 1888 года художник Исаак Левитан, его друг Алексей Степанов и ученица Софья Кувшинникова отправились на пароходе по Волге в поисках места для этюдов. Кувшинникова писала в дневнике: «Наконец добрались до Плёса. Он сразу нас обворожил. Привлекла нас больше всего та маленькая древняя церквушка… Городок оказался премилым уголком, удивительно красивым, поэтичным и тихим». Очарованный видом, Левитан сходит на берег.
А теперь — поднимемся на гору Левитана.
Здесь как будто ощущаешь себя внутри шедевра «Над вечным покоем». Левитан писал эту картину на озере Удомля, а церковь на картине — срисовал отсюда, с деревянного Петропавловского храма, который сгорел в 1903 году. А в 1982 году на это место перенесли Воскресенскую церковь из села Билюково Ивановской области. Теперь она стоит здесь — действующая, по‑летнему тёплая, деревянная.
На горе нас встречает игумения Анатолия.
— Ощущение большой святыни, — говорит она. — Исторически это Петропавловская гора. Здесь похоронены тысячи наших предков, и даже три царевны. Молитва веками пропитала эту землю.
— А как вы сами пришли к вере? — спрашиваем.
— С рождения… до рождения. Мама, будучи мной беременной, каждый день ходила в храм, причащалась. Я раньше, чем говорить, научилась креститься и петь.
— Но ведь это были советские годы, хрущёвское время…
— Да, тогда обещали последнего попа. Но Господь сказал: «Создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют её». Поэтому последнего попа никогда не будет. Скорее всё остальное кончится, а попы были, есть и будут.
Продолжаем изучать Плёс.
Левитан провёл здесь три летних сезона. Он снимал небольшой домик прямо на набережной Волги. Сегодня в этом доме — музей Исаака Левитана. О художнике и его связи с городом говорят так: «Плёс прославил Левитана, а Левитан прославил Плёс». Давайте зайдём внутрь вместе — чтобы понять, почему эти три года стали для него самыми счастливыми.
На пороге нас встречает экскурсовод Ольга Викторовна.
— Каким Левитан видел Плёс?
— Лучше всего пройти по его тропинкам, — улыбается она. — Они целыми днями пропадали на воздухе. А в этот дом возвращались только к вечеру.
— Здесь была мастерская?
— Нет, потолки низкие, окна на север. Работали на открытом воздухе. А дома писали по этюдам. У Левитана был метод: отвернёт картину к стене, чтобы глаз не замылился, и возвращался к ней через время. И всегда спрашивал себя: «Что ты хочешь сказать этой картиной?»
— Он приехал сюда в 28 лет. И прожил всего неполных сорок.
— Три недели не дожил. Сердце было больное. Здесь, в Плёсе, тоска на время отступала.
— Говорят, он постоянно был недоволен собой?
— Постоянно. «Я чувствую Бога в природе, — говорил, — но не умею выразить больших ощущений. Зачем я живу?» А ещё хотел назвать одну картину «Русь», но не посмел — слишком громко. Назвал просто «Озеро». Теперь пишут: «Озеро. Русь».
— А правда, что у него на груди нашли крестик?
— Правда. Рамочник Грабье пришёл проститься с телом. А там его уже собирали по иудейскому обряду. И вдруг увидел — на груди крестик. Его сорвали и бросили в угол. Грабье не посмел подобрать, всю жизнь жалел. И художник Высоцкий вспоминал: плыли с Левитаном по Волге, услышали благовест, и Левитан встал в лодке и широко перекрестился.
— Так он был выкрестом?
— А вот что я вам скажу… Я молюсь о нём. И Мария Павловна Чехова писала: «Мне всегда казалось, что этому еврею служба в старенькой деревянной церковке была дороже, чем многим из нас, русских».
— Ту самую церковку, что он писал, открыли по его просьбе?
— Да. Левитан брал свечи, зажигал их, взволнованный, со слезами, спрашивал, против каких икон ставить. И всю службу плакал.
Мы поднимаемся в мезонин.
— Вот комната Левитана и Степанова. Спали на мешках с сеном. Сушили этюды — липкие, пахнущие свежей краской. А здесь — комната Кувшинниковой. Она музицировала. Левитан очень любил музыку. Картину «Над вечным покоем» просил писать под траурный марш Бетховена.
— Здесь необыкновенно… Как будто мы в гостях у Левитана.
— Вот такая атмосфера, — тихо говорит Ольга Викторовна.
Ну какие после этого Тоскана и Портофино? Посмотрите, какая красота! Здесь — наша великая Родина, любимая Россия.
В конце набережной стоит мольберт с пустой рамой. Вне зависимости от времени года и суток вы всегда увидите в этой раме потрясающую картину, созданную Великим Творцом. Мы назвали бы её «Русь вечная».
Посмотреть программу «Русская дорога. Плёс», можно на сайте телеканала «Радость моя» https://radostmoya.ru/project/russkaya_doroga/video/?watch=ples
и на RUTUBE https://rutube.ru/video/be790d45e8b155dc84e3b4e7ccb7a33b/?r=wd
Автор и ведущий: Алексей Видов
Режиссер и продюсер: Марина Шраменко
Оператор: Вячеслав Ложковой
Звукорежиссер: Роман Азаров
Директор: Ольга Пряжникова
Путешествуйте вместе с нами. С Богом — по всем дорогам!