Старший госинспектор по маломерным судам Юрий Каргин практически не может ходить по Новочебоксарску, не останавливаясь: его то и дело окликают, чтобы поздороваться. Потому что этого мужчину в форменной спецодежде сине-оранжевого цвета знает едва ли не весь город. Юрий Леонидович не ставил цели стать популярным — он просто выполнял свою работу, которая заключалась в том, чтобы уберечь людей от гибели в реке.
Подводник со стажем
64-летний старший инспектор родился и вырос в Моргаушском округе, в деревне Вурманкасы. С детства мечтал стать моряком: “Волга находится в полутора километрах от нашего дома, и мы постоянно проводили время на реке: рыбачили, купались, гуляли в окрестностях. Мой отец служил на Тихоокеанском флоте, а его младший брат — на Балтийском. Возможно, поэтому я себя видел только моряком. И не думал тогда, что буду работать в ГИМС”.
Юрий Леонидович окончил Астраханскую мореходную школу с отличием, после завершения учебы получил квалификацию моториста первого класса. Затем с удовольствием, на одни пятерки два года проходил обучение в школе техников Краснознаменного Северного флота. В звании мичмана был распределен в поселок Оленья Губа. С 1981-го по 1991 год служил на атомной подводной лодке К-86 техником-трюмным.
“Страшно не было, ведь мы много готовились, — поделился наш герой. — Сначала все действия отрабатывали в учебно-тренировочном центре. Нас в моря гоняли: погружение — всплытие. Максимум жил под водой 30 дней, самая большая глубина — более 200 м.
Давление водных масс можно было даже увидеть. Поперек судна натягивали нитку. При погружении лодку сжимает, и нитка провисает, а при всплытии нитка лопается.
В те годы на подводных лодках было сложнее, чем сейчас. Тогда содержание кислорода и углерода в трюмах регулировалось с помощью пластин специальным человеком — химиком. Много кислорода — голова болит, много углекислого газа — тоже голова болит, а пластины еще были достаточно пожароопасными. В современных лодках же все эти процессы автоматизированы”.
Могли и не всплыть
Помнит старший инспектор и ситуацию, когда в подводной лодке жизнь всего экипажа была на волоске: чуть не погибли из-за возникшей технической неисправности.
“В 1988 году в одном из походов из-за заклинивания горизонтальных кормовых рулей на погружение лодка самопроизвольно стала уходить носом вниз, — рассказал Юрий Каргин. — Я тогда сменился с вахты, сходил в душ, собирался отдохнуть. Захожу к себе в каюту, хочу забраться на кровать (у меня второй ярус) и понимаю, что не могу залезть из-за того, что угол наклона лодки сильно изменился. Чувствую, что идем на погружение, и я рванул на помощь! Тяну переборочную дверь, а ее заклинило. Еле-еле открыл. С командиром врываемся в отсек и по его команде объявляю аварийную тревогу.
Ребята срочно включили задний ход, продули носовую цистерну, но эффекта нет. Нам кричат из первого отсека, так как провалились уже на 10 м. Продули средние цистерны, показалось, что всплываем. Но корабль начал уходить дифферентом на корму, а это еще опаснее. Если продолжать погружение, то подняться на поверхность уже не получится.
Все же нам удалось взять ситуацию под контроль, но из-за воздуха в цистернах корабль начал всплывать слишком быстро. К счастью, успели всё вытравить и сбавить скорость. В тот момент страха не чувствовали. Осознание, что могли погибнуть, пришло потом. Ведь до дна оставалось всего 27 метров, а что это за расстояние для судна длиной 120 метров?”
Будка на лодочной станции
В Новочебоксарске Юрий Каргин живет с 1991 года. После службы он 10 лет проработал заместителем начальника охраны на одном из заводов в Чебоксарах. Потом устроился в ГИМС МЧС России: специалиста с “водным” образованием взяли туда сразу. Здесь Юрий проработал госинспектором с 2005-го по 2007 год.
В 2008-м мужчину перевели в Новочебоксарск: не хватало здесь сотрудников.
“Первое мое рабочее место — это летняя будка на лодочной станции. Не было даже отопления, и зимой я обогревался масляными радиаторами, — вспоминает старший инспектор. — Через год выделили кабинет в пожарной части. И вместе со СМИ и сотрудниками полиции мы наладили совместную работу.
В 2009 году в подходном канале утонул 6-летний мальчик, в 2010-м возле пристани еще один ребенок погиб. После этого организовали усиленную работу по пропаганде безопасного нахождения возле водоемов. Запретили купание в подходном канале и необорудованных местах, раздавали людям памятки о безопасном поведении рядом с водоемами. Проводили мероприятия в школах и садиках, подробно объясняя детям, как вести себя у воды, что нужно делать и что нельзя в случае чрезвычайной ситуации. По сей день эту работу ведем”.
За спасение погибавших
И она принесла результаты: в 2011-2017 годах в Новочебоксарске дети не тонули. Но в 2018-м погиб при купании 15-летний подросток, а в 2019-м — второклассник. Слава Богу, с тех пор больше несчастных случаев с ребятишками в нашем городе не было.
У Юрия Каргина есть и награды. Медаль “За спасение погибавших” ему вручили после того, как он в 2019 году вытащил мальчика, провалившегося под лед.
“Как обычно, совершал обход. Вдруг услышал, как дети на берегу зовут на помощь, — вспоминает наш герой. — Подбегаю и вижу в воде мальчика с портфелем, уцепившегося руками за лед. Бросаю ему спасательный линь, я всегда беру его с собой, а мальчик боится отпустить даже одну руку. Хорошо, ребята помогли. Нам удалось обвязать его веревкой и вытащить”.
Доводилось старшему инспектору извлекать из реки и тела утонувших: “В декабре 2023 года рыбак провалился, когда пошел по первому, неокрепшему льду. Его супруга сообщила о пропаже мужа. Мы отправились искать, нашли лунку, где он рыбачил. Затем обнаружили место, где провалился. На льду была кровь, мужчина, видимо, боролся, пытался выбраться, но не смог. Целой бригадой выпиливали лед, но нашли его, увы, уже бездыханным”.
Вода — моя стихия
Наш герой женат, вырастил двух сыновей, а они подарили ему четырех внучек и одного внука. Но по его стопам пока никто не пошел, хотя один из сыновей отслужил на Черноморском флоте.
С 1 апреля у Юрия Леонидовича начинается новая жизнь: он уходит на заслуженный отдых. Наш герой признается, что работу свою любил за то, что она связана с водой, а вода — это его стихия. А еще он всегда ценил свою профессию за возможность общаться с людьми, помогать им, а значит, быть максимально полезным.
Мне не хочется верить, что Юрий Леонидович уходит в отставку. Ведь столько совместных рейдов было у нас! Но жизнь не стоит на месте. Теперь у него будет больше времени на детей и внуков, приятные хлопоты по дому в любимой деревне. Да и видеться с ним будем наверняка часто, живем ведь в одном городе. И уж точно Юрий Каргин не пройдет мимо, если кому-то вдруг понадобится помощь.
А за благополучием на водных объектах теперь будет следить старший госинспектор по маломерным судам, руководитель Новочебоксарского инспекторского участка Центра ГИМС Максим Михайлов. Пожелаем ему успехов в этом нелегком труде!
Регина МАКСИМОВА
