Пришла в себя и сперва не могла понять, где я. Высокий потолок, но не серый, а белый, белого же цвета бельё. За большим окном было темно.
«О боже, я потеряла сознание, — мелькнула мысль. — Я зарядила крутой кристалл и потом потеряла сознание».
Потом подумала, что хорошо, что я не проспала целую ночь. А второй мыслью было: а как они меня сюда оттранспортировали — мадам с больными ногами и довольно хрупкая Эжени?
Стоило мне приподняться на кровати, раздался мелодичный звон, и вскоре в комнату вошла мадам Моран.
— Мари, как вы себя чувствуете? — тепло и с искренним сочувствием в голосе поинтересовалась Эжени и добавила: — Вы нас так напугали.
— Простите, что доставила вам хлопот. Но как же вы меня сюда донесли? — всё-таки задала я волновавший меня вопрос: вдруг в доме есть ещё кто-то, а я здесь раскрываюсь, вся душа нараспашку.
Эжени улыбнулась:
— На это у маркизы де Трас магии хватило, да и комната эта совсем рядом.
— Спасибо! Я и сама не ожидала, что упаду в обморок. — Голос мой звучал хрипло.
Эжени всплеснула руками:
— Эти кристаллы такие большие, даже Этьен не мог наполнить кристалл за один раз, ему требовалось два-три дня. — Потом радостно добавила: — Зато теперь такого кристалла хватит на пять или даже шесть платьев. Спасибо вам, Мари, мы в таком долгу перед вами. Теперь я смогу сшить платья, и у нас появятся деньги.
Мне в голову пришла мысль, что владелица салона, в который Эжени носила платья, пользовалась тем, что Эжени не знает настоящей стоимости этой одежды, не зря же она даже была готова дать ткань, лишь бы Эжени продолжала шить.
— Эжени, а сколько вам платили за платье? — спросила я.
— Двадцать су, — тут же ответила Эжени.
Посмотрела на моё удивлённое лицо. Удивилась я, конечно, оттого, что не понимала, это много или мало, но Эжени поняла это по-своему и поспешила сообщить:
— Что вы, Мари, двадцать су* — это целый ливр.
(*Ливр делился на 20 су. Золотой луидор составлял 20 ливров)
Но у меня были свои соображения.
— Эжени, а сколько вы должны по закладной за дом?
Эжени опустила голову и ответила:
— Сто луидоров.
Я хмыкнула, но переспросила:
— А сколько это в су? Давайте посчитаем.
И я в уме, собственно, как и привыкла, посчитала: чтобы рассчитаться по закладной на дом, нужно набрать сорок тысяч су. О чём и сообщила несчастной вдове.
Эжени вдруг осела, и я испугалась, что она сейчас потеряет сознание и упадёт прямо на пол. Но Эжени удержалась и посмотрела на меня глазами, полными слёз.
— Но как же так, откуда так много?
Конечно, я не могла ответить на вопрос, откуда так много, возможно, этот дом стоил больше, но сейчас надо было решать то, что было срочно, и я спросила:
— Сколько надо собрать на следующий платёж по закладной?
— Луидор, — ответила Эжени, — нам нужен луидор.
Я посчитала:
— Значит, нам нужно двадцать ливров или четыреста су.
Эжени снова попыталась упасть в обморок. Но я ей не позволила.
— Эжени, сколько стоит магически сшитое платье?
Оказалось, что Эжени была не в курсе расценок, и тогда мы пошли к маркизе де Трас. Уж она‑то точно должна была знать цены на роскошь. А я так поняла, что магически сшитые платья относились к роскоши не меньше, чем фамильные бриллианты.
Как я и предполагала, маркиза де Трас сразу смогла ответить на вопрос.
— Три-пять луидоров, — сказала она, и я увидела, как лицо Эжени Моран вытягивается. Кажется, она снова засобиралась осесть в обморок.
Но ещё было рано, потому что и Эжени, и мадам де Трас были нужны мне обе.
Я спросила:
— Мадам де Трас, а вы можете примерно подсказать, сколько в этой цене составляет стоимость работы?
Мадам де Трас посмотрела на меня цепким взглядом и медленно произнесла:
— На платье, сшитое обычным способом, цена колеблется от пятидесяти ливров до полутора луидоров.
Выполнив в голове нехитрые вычисления, я решила проверить своё предположение.
— Значит, стоимость магической работы на одно платье — примерно два-три луидора?
— Выходит, что так, — подтвердила свекровь Эжени.
Эжени, возможно, и не умела хорошо считать цифры со множеством нулей, но посчитать разницу между одним ливром и двумя луидорами она смогла.
«Вот теперь можно», — подумала я, увидев, что Эжени снова оседает в обморок.
Маркиза де Трас озабоченно посмотрела на невестку, которую я осторожно пристроила на диване, и спросила:
— Что с ней?
— Владелица салона платила ей двадцать су за одно платье, — ответила я.
И тут я увидела, почему нельзя злить магов.
Глаза маркизы сверкнули чем-то оранжевым, потом по комнате пронёсся ветерок, диван, на котором лежала Эжени, стол, стоявший рядом, — всё это поднялось в воздух и потом резко опустилось. Ещё один слабенький порыв взметнул мои волосы, я только сейчас с удивлением поняла, что на мне нет платка, а волосы выросли до пояса. И… всё закончилось, потому что маркиза была опытным магом и быстро сумела взять магию под контроль.
— Этого нельзя так оставлять, — жёстко проговорила маркиза, и я поняла: наш человек, сработаемся!
Привели в чувство Эжени и все вместе, больше, конечно, я и маркиза де Трас, договорились о следующем: вызываем на завтра портниху сюда, в дом. Разговаривать с ней буду я в присутствии маркизы. Маркизе не дело опускаться до уровня всяких там портних.
Если портниха не соглашается на наши условия, то в городе есть ещё один салон, можно попробовать и там.
Мне идея понравилась, тем более что если появятся деньги, то и в Бурж я смогу поехать как можно скорее. Сердце моё было неспокойно.
А пока приготовила снова плов из перловки с овощами и сухофруктами, всех накормила и после ужина попросила мальчишек ещё мне показать, что есть интересного в доме и в саду. Потому что и маркиза, и Эжени оказались дамами впечатлительными, и после ужина каждая пошла отдыхать.
Ну а во мне энергия так и бурлила.
В саду за домом был высохший фонтан, по краям дорожек стояли невысокие столбики, похожие на фонари. Старший сын Эжени, Менер, подтвердил, что это и есть магические фонари, но без кристаллов они не работают, та же история и с фонтаном.
Мальчишки сказали, что бабушке едва удаётся справляться с подпиткой охранных кристаллов.
— Вот я вырасту, и магия моя проявится, — говорил Менер, — и тогда я стану сам всё заряжать.
И тут я вспомнила, что капитан Лекок настоятельно мне не рекомендовал идти к дому семьи Моран поздно вечером, об этом я и спросила у братьев.
Ответил мне снова старший:
— Да, раньше рядом с нами были дома других магов, но многих арестовали, так же как и отца, и теперь на нашей улице осталось всего два жилых дома. А в остальных больше никто не живёт, и охранные кристаллы никто не обновляет, и там, конечно, уже много разграбили. А как дело к вечеру, то здесь постоянно ходят какие-то личности. Мы тоже не выходим вечером за ворота.
Немного помолчал, потом, видимо, вспомнил что-то и добавил:
— Бабушка говорит, что даже жандармы сюда не приходят: слишком опасно.
— А что будет, если бабушка не обновит охранный кристалл? — спросила я.
— Защита исчезнет, и кто угодно сможет зайти к нам, — ответил Менер и тут же воинственно показал кулак. — Пусть только попробуют, уж мы их встретим.
— Да-да, мы встретим, — тут же подхватили младшие братья.
А я, вспомнив, как «тепло» встретили меня, улыбнулась: хорошие мальчишки.
И вдруг, словно в ответ на наши воинственные крики, кто-то сильно ударил по воротам.
— Что это? — Я реально испугалась: магии пока было немного, а здесь, во дворе, не только я, но и ещё трое мальчишек.
— Не волнуйтесь, Мари. — Менер принял мужественный вид. — Они каждый вечер пробуют, но бабуля сегодня заряжала кристаллы, им не пройти.
Я осторожно подошла к воротам и вгляделась в темноту. За воротами мелькнуло белое лицо. Это точно был не человек, или в темноте мне так показалось. Он или оно стояло примерно в метре от ворот и смотрело прямо на меня. И тут произошло то, что я потом вспоминала с содроганием. Это существо неожиданно облизнулось толстым, длинным и красным языком.
Я вскрикнула и отшатнулась от забора.
Мальчишки, которые под светом единственного горевшего фонаря дрались с каким-то кустом, тут же подскочили ко мне.
— Что там, Мари? — крикнул Менер.
— Там, там, там… — начала я говорить, но потом передумала, решив, что ещё не хватало детей перепугать. Поэтому взяла себя в руки и сказала: — Там кто-то прошёл, вот я и испугалась.
Взяла мальчишек за руки, и мы прошли в дом. Если утром я и хотела послать Менера к портнихе, то теперь пойду с ним сама: чёрт его знает, что там, за воротами. Нечисть какая-то. Надо бы разузнать: она здесь вообще водится? А то, может, это со мной что-то не то?
А утро началось с того, что в дверь постучали.
Автор Адель Хайд
Продолжение следует
Если вам понравилось, поставьте лайк, пожалуйста!