Ремонт в квартире Юля задумала,
Про старые стены она не подумала,
Долбить начала бетон весь осыпался,
И дырка в стене, дядя Петя обиделся.
Нынче, конечно, каждый стремится к культуре. Каждый норовит в своем жилом фонде уют развести, чтобы, значит, глаз радовался и пыль в нос не летела. И это, между прочим, вполне законное желание.
Жила-была в одном ведомственном доме девица Юлия. Особа, надо сказать, вполне сознательная, молодая, но с характером. И вот ударила ей в голову блажь — ремонт произвести. Посмотрела она на свои стены и говорит:
— Тьфу, — говорит, — какая неопрятность. Штукатурка эта, извиняюсь, еще при Керенском, небось, лепилась. Вся она в трещинах, как лицо старого гренадера, и вообще морально устарела. Сниму, — говорит, — я этот слой до самого основания. Обнажу, так сказать, правду кирпича.
А соседи ей говорят:
— Юля, не тронь. Оно, может, и криво, зато держится. На этой штукатурке, может, весь наш социальный быт держится. Не ровен час — рухнет здание.
Но Юля — натура решительная. Надела она на голову газету «Правда», взяла в руки молоток и старую стамеску и приступила к ликвидации безграмотности на стенах.
Тюкнула она раз, тюкнула два. Штукатурка, надо сказать, поначалу сопротивлялась. Держалась, подлая, за кирпич, как жадный лавочник за свою кассу. Но Юля поднажала.
Тут то граждане, началось интересное. Как посыпалась эта известь! Как поперла из всех щелей вековая пыль! Это же не пыль, это же, я извиняюсь, целая история государства. В носу свербит, в глазах темно, собачонка бедная, маленькая, но должен сказать породы охотницкой, и та под диван забилась и оттуда матерные звуки издает. Юля, конечно, не сдается. Машет молотком, как стахановец в шахте. Амплитуда удара — во! Энергия — бьет через край!
И вот, после очередного сильного замаха, отваливается огромный такой пласт, величиной с добрый поднос. И открывается за этим пластом не просто кирпич, а целое отверстие в соседнюю квартиру. А там, в соседней квартире, сидит гражданин Безносов и мирно кушает суп с фрикадельками. Сидит он, значит, ложку ко рту подносит, и тут — бац! — стена разверзлась, пыль столбом, и является ему лицо девицы Юлии в газете «Правда» и с молотком наперевес.
Гражданин Безносов, конечно, супом поперхнулся.
— Это что же, — говорит, — за инвазия такая? Я, — говорит, — человек тихий, на учете в жилтовариществе состою, а мне в тарелку кирпичи валятся. Это, извиняюсь, не ремонт, а форменный бандитизм.
Юля, добрая душа, в дыру голову просунула и говорит деликатно:
— Извините, — говорит, — дядя Петя. Я не со зла. Я дизайн преследую. Хочу, чтобы у меня лофт был.
А Безносов ей отвечает:
— У тебя лофт, а у меня фрикаделька в известке. Ты, — говорит, — Юля, лучше обои сверху приклей. Оно и для нервов спокойнее, и архитектура не страдает.
В общем, прекратила Юля это разрушение. Посмотрела на фронт работ — полквартиры в руинах, в дыре сосед ругается, собачонка из-под дивана выходить отказывается.
Поняла тогда Юля простую истину: ремонт — это вам не в кино сходить. Тут наука нужна и, может быть, даже специальное образование. Замазала она дыру какими-то газетами, казеиновым клеем подклеила, сверху ситцевую занавеску повесила — и ничего. Вполне симпатично вышло. Главное — пыль осела.
А что стены кривые — так это, граждане, даже уютно. В кривых стенах есть какая-то мягкость и человеческий подход. А правды кирпича нам и в подвале хватает. Так что не ломайте, граждане, того, что еще держится. А то лофт получится, а кушать в нем будет нечего и не с кем.
Основано на реальных событиях. Продолжение следует…
Понравилось? Напиши в комментариях и подпишись.