В последнее время на фоне обострения глобальных геополитических противоречий и растущей неопределенности в таможенной политике США, среди некоторых западных наблюдателей вновь получила распространение «экспортно-ориентированная» трактовка китайской экономики. Согласно этому подходу, внешнее давление напрямую приведет к сокращению экспортного пространства Китая, китайская экономика значительно замедлится из-за «сбоя экспортного двигателя», и даже незначительные корректировки Китаем целевого показателя роста ВВП будут интепретироваться как сигнал о «крахе старой модели роста». Однако эта линейная логика игнорирует глубокие преобразования, происходящие в макроэкономической структуре Китая.
В основе «экспортно-ориентированной» теории по-прежнему лежит стереотип о Китае как о «мировой фабрике с низкой себестоимостью». Однако макроэкономические данные свидетельствуют об обратном: зависимость Китая от внешней торговли значительно снизилась – с 59,2% в 2008 году до 32,7% в 2025 году. При этом доля расходов на конечное потребление составляет 52% ВВП, а внутренний спрос обеспечивает значительный вклад в экономический рост — на уровне 67,3%. Хотя экспорт, несомненно, остается важным стабилизатором экономики, основной движущей силой экономического роста Китая уже давно является внутреннее потребление. Таким образом, простое приравнивание огромной экономики к «экспортно-ориентированной» модели статистически несостоятельно.
В то же время уже произошли качественные изменения в движущих силах нынешнего экспортного роста Китая. Если раньше экспорт опирался преимущественно на низкотехнологичную переработку и ценовую конкуренцию, то теперь он всё в большей степени поддерживается технологической интеграцией, развитием брендов и преимуществами полной производственной цепочки. Другими словами, нынешние экспортные показатели являются естественным результатом улучшения комплексной силы китайской промышленности на международном рынке. Это отражает «положительное взаимодействие» между внутренней экономикой и международной торговлей, а не одностороннюю причинно-следственную связь, при которой «экспорт определяет рост».
Развитие китайской индустрии электромобилей служит наглядным примером для этой логики. К 2025 году доля автомобилей на новых источниках энергии в Китае уже достигла 53,9%. Благодаря огромной базе внутренних продаж, насчитывающей почти 16,5 миллионов автомобилей, экспорт готовых автомашин (7,098 млн единиц) и электромобилей (2,615 млн единиц, рост на 103,7% по сравнению с предыдущим годом) из Китая быстро расширился на мировом рынке. Это доказывает, что глобальная конкурентоспособность китайских электромобилей сформировалась благодаря технологической итерации, эффекту масштаба и оптимизации себестоимости на огромном внутреннем рынке, именно такая подготовка позволила им выйти на мировой рынок. Подобное «внутреннее развитие сформировало экспортное преимущество».
Именно благодаря модернизации цепочки создания стоимости и рыночной диверсификации внешняя торговля Китая продемонстрировала устойчивость рискам, превзошедшую ожидания. Столкнувшись с серьезными внешними потрясениями, такими как «зеркальные тарифы» США в начале 2025 года, экспорт Китая не «обрушился», как предполагали некоторые пессимистичные прогнозы, а показал устойчивый рост на уровне 6,1%, при этом общий объем импорта и экспорта достиг рекордного уровня. К началу 2026 года темпы роста экспорта за первые два месяца даже достигли 19,2%.
Более примечательны его структурные особенности: в 2025 году экспорт высокотехнологичной продукции вырос на 13,2%, экологически чистых товаров (например, ветряных турбин) — на 48,7%, а объем вывоза продукции китайских брендов — на 12,9%. Это свидетельствует о том, что внешняя торговля не только сохранила стабильность в «количестве», но и совершила прорыв в «качестве».
Безусловно, в 2026 году глобальная торговая обстановка по-прежнему сталкивается с множеством трудностей, и стабильность внешней торговли находится под реальным давлением. Однако оценка китайской экономики требует более всеобъемлющей аналитической структуры: она должна учитывать не только контейнерные перевозки в портах, но и данные о розничных продажах; она должна анализировать не только внешнеторговые заказы, но и внутренние инвестиции, ожидания в отношении занятости и инновационный потенциал. Попытка свести такую сверхкрупную и чрезвычайно сложную экономику, как китайская, к однолинейной логике «сильный экспорт — сильная экономика, слабый экспорт — слабая экономика» — это не только аналитическое упрощение, но и одна из ключевых причин повторяющихся неточностей во многих пессимистических прогнозах относительно внешней торговли.