У супермаркета есть такие металлические конструкции, над ними - табличка: «собака».
Имеется в виду - тут место для привязи. Ряд таких металлических штук для великов, а следом - штуки для собак.
И вот я курю у входа. Смотрю на привязанную собаку. Дворняга. Классическая. Жёлто-серая. Отсылка к овчарке. Саблевидный хвост, уши стоячие, чёрный нос, рост в холке - 45-55, на 10 пониже то основоположника.
Снег идет, метёт немного.
Собака стоит в напряжении, смотрит на центральный вход неотрывно, время от времени перебирает лапами. И все её нервы наружу - вся концентрация на чистом ожидании, весь страх одиночества, вся любовь. Она - воплощение ожидания.
Выдернутый наизнанку зубной нерв. Ни мгновения отдыха. Она ждёт. Она ждёт, ждёт, ждёт. Она ждет тяжело, теряя энергию в астрономических единицах. Она ждёт так, как ждёт мать сына с войны. Она потеряла мир, потеряла себя. Ничего нет, кроме жгучего желания увидеть хозяина.
И вот идут мимо люди с пакетами. Смотрят на неё, на такую оголённую, ясную, о любви и страхе сообщающую, и думают, подходя - о, вот же ж собаки, собачья преданность, ведь каждый день её водят к магазину, каждый раз привязывают к штырю, каждый раз забирают, а она - собака - не может усвоить, что человек вернётся, дура такая, одним сердцем дышит, сколько уж раз хозяин возвращался, а она всё как наново - ушёл, значит пропал, бедные божьи твари, сделали же их такими вот, от себя отрезанными, ну дрожи-дрожи, придёт твой скоро, придёт...
Тут я поняла. Собаки умнее людей. Кто бы там ни был - тот человек, в супермаркете - он ведь перед Богом прост и беззащитен. Оторвётся тромб. Упадёт человек на кафель, под полку с цветной капустой. Приедет скорая. Вынесут на носилках пакет с мясом человека. На собаку и не взглянут. Русского языка у собаки нет - она не крикнет: "Пустите меня к нему, дайте войти в машину, в какую больницу везёте?!!" Она на верёвке, прикована к штырю. Ключей от дома нет у неё. Денег - нет. Паспорта с пропиской - нет. Она всё это знает.
Поэтому так дрожит.
Когда я это поняла, решила постоять с собакой до тех пор, пока не выйдет человек. Ох... Человек, надо сказать, с нами обошелся жёстко. Нас уже с собакой замело по самую мякотку.
И, представьте, вышла старушка, за восемьдесят. В платке сером, в облезлой норковой шубке, в валенках. Собака разрыдалась. Бросилась целовать. Старушка начала верёвку распутывать.
И приговаривает:
- Ну... ну... как запутала... всё... всё... сейчас пойдем домой, фарша взяла, сейчас нажрёмся и спать ляжем... всё, всё...
© Катя Пицык
#домашняясобака #собачьиистории
#размышлениявслух