30-летняя Эмма Пирсон жила в местечке Хилл-Грув близ Род-Айленда, работала на фабрике Элизабет Майлз, жила в доме неподалёку. 7 Ноября 1886 года девушка решила навестить своих друзей в соседнем Понтиаке. Её домовладелица миссис Гардинер много раз советовала работницам фабрики в одиночку не сокращать дорогу через близлежащий лесок, однако девушки её не слушали. Не послушала и Эмма.
Сначала Эмма планировала отправиться в дорогу с подругами, но в итоге пошла одна. До друзей она не дошла. Через два дня местные жители начали искать девушку. Добровольцы прочёсывали местность между Хилл-Грув и Понтиаком. Особое внимание уделяли водоёмам, считая, что пропавшая могла упасть в воду и утонуть. 14 ноября, когда поиски практически прекратились, группа добровольцев обнаружила тело Эммы в кустах на холме, недалеко от дороги. Коронер и судмедэксперт прибыли на место происшествия и установили, что смерть была насильственной, а мотив – самым низменным и прозаичным. На шее девушки были синяки с отчетливыми следами от пальцев, а лицо было багровым и опухшим, что не оставляло сомнений – её задушили. Юбка была задрана до талии, и позже экспертиза подтвердила, что имело место насилие.
Эмма Пирсон приехала в США из Швеции и почти не говорила по-английски. Знакомые поведали, что она была старательной работницей и приятным, но закрытым человеком, предпочитавшим уединение. Также установили, что она с подозрением относилась к мужчинам и избегала их общества. На родине у неё родился внебрачный ребёнок. Как позже было установлено, Александр Берг, отец ребёнка, был готов жениться на Эмме, но его семья запретила ему это. После этой жизненной драмы Эмма уехала в Америку с трёхлетним сыном. Сыну Джону Бергу на момент смерти матери было пять лет, и он жил с её сестрой Ист-Гринвиче, штат Род-Айленд.
Агнес Лумис, которая собиралась поехать с Эммой в Понтиак, решила выехать на час раньше. Она сообщила, что мужчина в светлом пальто, ехавший на лошади с повозкой, обогнал ее и спросил, не хочет ли она, чтобы ее подвезли. Она отказалась, но он настаивал, пока она не свернула на главную дорогу. Другая свидетельница видела мужчину в светлом пальто, который шел с молодой женщиной неподалеку от места убийства. Однако одежда этой женщины по описанию была не похожа на одежду жертвы.
Вскоре появился подозреваемый, хотя веских улик против него не было. Джон Андерсон, известный как «Большой швед», жил в хижине примерно в пятистах ярдах от холма, где было найдено тело Эммы. Это был суровый 45-летний мужчина, как и жертва, родом из Швеции, и тоже почти не говорил по-английски. В день преступления его жены не было в городе, и с жертвой он был знаком. Его арестовали, но вскоре отпустили, так как прокурор не выдал ордер на арест.
Расследование велось с многочисленными упущениями. Например, гробовщик сжёг одежду жертвы вместе с возможными уликами. За информацию о преступнике объявили награду в 2200$ - большая сумма по тем временам. Это привлекло охотников до денег, которые своими показаниями только запутывали дело. Шведская община тоже спешила помогать. Коронер Грин сетовал, что шведы «липнут друг к другу, как банный лист». Что касается Джона Андерсона, все они утверждали: «Он не мог этого сделать, наши люди так не поступают».
Когда 7 декабря Джону Андерсону предъявили обвинение, генеральный прокурор, коронер и судмедэксперт отказались участвовать в процессе. Обвинение взял на себя почтмейстер Тилли. Из-за недостатка улик и неопытности Тилли Джону Андерсону в итоге не было предъявлено обвинение.
Пока шел суд над Андерсоном другой швед, Густаф Линдстром, изрядно злоупотреблял алкоголем. После оправдания Андерсона пьяный Линдстром сказал жене: «Старика Андерсона оправдали, теперь за мной придут». Утром 9 декабря он сказал ей: «Я убил Эмму Пирсон. Они меня преследуют, и я не собираюсь дожидаться ареста». Затем он попытался застрелиться, но она отобрала у него пистолет. Он пошел в уборную и полоснул себя по горлу. Газеты «Boston Globe» и «New York Tribune» сообщили, что миссис Линдстром считала своего мужа убийцей. Однако в газетах Род-Айленда миссис Линдстром назвала это утверждение «злонамеренной ложью».
«Большой швед» после суда начал бродяжничать, попал в психиатрическую клинику и умер в 1889 году. Хотя многие самоубийство Густава Линдстрома как признание вины, дело так и числилось нераскрытым.