Еще в сентябре прошлого года отправилась в путешествие по стране книга Натальи Литтера «Болдинская осень 11а». Интересным оказался проект: не читать одновременно одну книгу и делиться впечатлениями в группе или сообществе, а читать книгу ПОСЛЕ того, как ее прочитал твой предшественник и оставил на полях свои мысли. Мне повезло: я не первая, саму повесть уже читала, поэтому получила удовольствие, знакомясь с замечаниями и пометкам «коллег».
Что такое Болдинская осень? Расцвет творчества и вдохновения. Шедевральные (как бы высокопарно это ни звучало) «Бесы» и «Осень», «Метель» и «Моцарт и Сальери». Это двойственность самого творца: с одной стороны, он переживает за оставшуюся в Москве невесту, с другой – испытывает чувство небывалого подъема. После осени 1830 года Пушкин станет как будто другим, жизнь его изменится.
Суть этого точно отражена в повести Натальи Литтера. Конечно, никаких претензий на шедевр писательница и не выказывает. Она просто показывает жизнь обычных старшеклассников и их учительницы. Несколько дней осени, почти в том районе, где жил Пушкин. Чтобы оправдать поездку в Нижний Новгород не на каникулах, старшеклассники получают задание – сделать проект литературный, исторический, который должен отразить их впечатления. Проекты получились выше всяких похвал (никто и не сомневался! Однако я уверена: если правильно замотивировать учеников, верно расставить акценты, то дети в классике увидят много знакомого: понятного, родного. Тогда и Горький, и Пушкин, и даже Добролюбов перестанут быть просто фамилиями в учебнике). Однако поездка не только – и не столько – открыла подросткам грани классического искусства, она изменила их взгляды друг на друга, сблизила их. Изменилась и жизнь Надежды Петровны, их классного руководителя. Это и есть то, что позволяет назвать непродолжительную поездку звучным понятием «Болдинская осень».
С искренним интересом я еще раз прочитала повесть, обращая внимание на мнение других, сравнивая со своим.
Сколько осуждения, например, вызвал поступок свекрови (каждая, собственно говоря, хотя бы раз обижалась на мать мужа). Все были единодушны: подобное вмешательство в личное пространство простить нельзя, да и мужа многие обвиняли, назвав современно – «корзиночка». Наверное, тема «свекровь-невестка» на самом деле актуальна.
«Мне, как матери двух сыновей, заранее страшно, а вдруг, становясь свекровью, что-то атрофируется и я начну чудить».
Мне больше понравились комментарии к тексту:
«Надежда никогда не нравилась его маме. Она называла жену сына «наша возвышенная».
– Все время живет в своих высоких материях, – говорила свекровь, – а борща сварить не может».
Читательница подписывает: «….и губы поджимала?»
И на это четыре «согласна»
Какое единодушие! Разве можно при иначе организованном «совместнике» подобное заметить?
Да. «Болдинская осень…» - это как бы экскурс в юность полюбившихся по «Знаку бесконечности» Антона и Сони, но для меня в первую очередь эта повесть об учителе. О настоящем педагоге, который чувствует своих детей, разделяет с ними одну жизнь, не просто переживает о них – поддерживает, не просто учит – ненавязчиво наставляет. Да, у нее есть и своя жизнь, своя ИСТОРИЯ, не менее драматичная, чем в будущем у ее учеников. Наталье на самом деле удалось показать, как сложно порой бывает балансировать между личным – отношение с мужем, детьми, родителями – и профессиональным – постоянные тетради, подготовка к урокам, внеклассные мероприятия, встречи с родителями (уже чужими, а не своими), для которых собственный ребенок всегда самый-самый. А еще нужно бороться со временем: то, что легко дается молодому педагогу, так сложно бывает принять зрелому человеку. Ох, как понятны мысль Надежды Петровны, которую, кстати сказать, и подчеркнули, и прокомментировали практически все читатели:
«Чтобы тебя приняли за свою, надо было всего лишь заказать гамбургер и газировку, вспомнить студенчество».
А еще очень понравилась как бы параллельная история. Первая любовь Антона и Сони, трепетность их отношений, зарождающаяся нежность и разочарование Надежды Петровны, ее развод, который и спустя два года остро ее воспринимается, потому что сердце любит, но обстоятельства оказываются сильнее, потому что не сумели они с мужем эту трепетность и нежность сберечь.
Каждый читатель до меня обратил внимание на то же самое, судя по выделенным строчкам, напротив которых впоследствии появилось два плюсика согласия и пару комментариев:
«Казалось, эти двое обитают на своей собственной планете. Они вроде со всеми, но их не касаются ни споры, ни ссоры, ни конфликты в классе. Антон и Соня шли по улице, полностью поглощенные друг другом, городом и осенью».
Какой болью веет от следующих строк, мимо которых тоже практически никто не прошел:
«Привыкать к одиночеству нужно постепенно. Сначала нет человека, потом его вещей».
«Как мне его не хватает. Мы с Аней держимся. Но обе сейчас очень одинокие. Она полностью ушла в музыку – спасается там. А я… а мне ничего не помогает».
Сочувствие читателей:
«Больно от этой записи. Я даже расплакалась»
«Болючие какие у нее мысли, но такие близкие и понятные, мы мало говорим о чувствах, об эмоциях, терпим, а потом взрываемся, никто не учит нас проживать, принимать, делиться, не держать лицо, когда правда плохо, не бояться быть слабым и показать это близкому человеку».
«Надеюсь, у них еще есть шанс. И Андрей проведет такую же работу над ошибками. У Нади она колоссальная».
«Надежду хочется обнять крепко-крепко. И сказать, что все наладится».
«Тоже в это верю».
Последний форзац книги – благодарности автору. Искренние и такие добрые.
Надеюсь, писателю будет так же приятно потом листать книгу, как нам ее читать. А я отправляю «Болдинскую осень» в Ростов-на-Дону.