Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
У Клио под юбкой

Главный миф о булле 1738 года: кого на самом деле проклял Папа Римский?

Весна 1738 года выдалась тревожной. Европа, как обычно, балансировала на грани войны за очередное наследство. Но 28 апреля из Рима ушло распоряжение, которое быстро затмило все дипломатические дрязги. Папа Климент XII (в миру Лоренцо Корсини, 1652–1740) издал буллу «In eminenti apostolatus specula» против вольных каменщиков. Формулировки были убийственными: ересь, притворство, лицемерие и... извращения. Католикам под страхом анафемы запрещалось даже приближаться к масонским ложам. Казалось бы, классика: церковь против тайного общества. Но если копнуть глубже, стандартная версия начинает трещать по швам. Оказывается, знаменитая булла была не просто религиозным рвением. Это был изощрённый политический ребус, где ставкой была власть над Европой. И далеко не все католические монархи тогда стали слушать понтифика. К 1738 году папа Лоренцо Корсини был уже стар. Ему шёл 86-й год, он был почти слеп и передвигался в инвалидной коляске, которую для него сконструировали специально. Но политическу
Оглавление

Весна 1738 года выдалась тревожной. Европа, как обычно, балансировала на грани войны за очередное наследство. Но 28 апреля из Рима ушло распоряжение, которое быстро затмило все дипломатические дрязги.

Папа Климент XII (в миру Лоренцо Корсини, 1652–1740) издал буллу «In eminenti apostolatus specula» против вольных каменщиков. Формулировки были убийственными: ересь, притворство, лицемерие и... извращения. Католикам под страхом анафемы запрещалось даже приближаться к масонским ложам.

Казалось бы, классика: церковь против тайного общества. Но если копнуть глубже, стандартная версия начинает трещать по швам. Оказывается, знаменитая булла была не просто религиозным рвением. Это был изощрённый политический ребус, где ставкой была власть над Европой. И далеко не все католические монархи тогда стали слушать понтифика.

Почему Климент XII вдруг вспомнил о каменщиках

К 1738 году папа Лоренцо Корсини был уже стар. Ему шёл 86-й год, он был почти слеп и передвигался в инвалидной коляске, которую для него сконструировали специально. Но политическую хватку он не потерял. Выходец из могущественного флорентийского рода Корсини, юрист по образованию, он отлично понимал, что сила — не только в молитве, но и в союзах.

В те годы масонство (Freemasonry) уже не было цеховым объединением строителей. Это была модная интеллектуальная тусовка, быстро обраставшая властью. Однако Ватикан смотрел на это без особого беспокойства до тех пор, пока в деле не появилась английская политика.

Охота на ганноверских «лис»

Здесь и кроется главная загадка, которую историки часто обходят стороной. Масонство к тому моменту раскололось на два враждующих лагеря: якобитские ложи (сторонники свергнутого короля Якова II, католика, жившего в изгнании в Риме) и ганноверские ложи (сторонники английской королевской династии, опиравшиеся на протестантов).

Ватикан спокойно закрывал глаза на якобитов — своих. Но в 1737 году случилось нечто из ряда вон выходящее. Ганноверские масоны, действуя через подставных лиц, переманили на свою сторону такое количество французских католиков, что захватили контроль над «Grande Loge de France» — Великой ложей Франции.

Это была катастрофа для дипломатии. «Претендент» на английский престол Джеймс Стюарт, живший в Риме на содержании папы, пришёл в ужас. Он лично попросил Климента XII ударить духовным мечом по конкурентам. Но и французский кардинал Флери (Андре-Эркюль де Флери, 1653–1743) — серый кардинал Людовика XV — тоже просил папу о том же: запретить ложу, которая начала вербовать его подданных за спиной короля.

Папа оказался в блестящей позиции. Один удар — и он угождает и якобитам, и французам, и сохраняет лицо перед англичанами.

Текст, написанный между строк

Сама булла начинается красиво: «Вознесённые Божественным Провидением на наивысшую ступень...». Но дальше идёт чистая прокуратура. Папа обвиняет масонов в том, что их собрания «сделались столь подозрительными верующим, что всякий благомыслящий человек смотрит ныне на вступление туда, как на верный признак нравственной испорченности».

Главная претензия — клятва секретности. Католик, присягая ложе, создавал параллельную структуру власти, скрытую от глаз церкви. «Если бы их действия были безупречны, они не прятались бы так старательно от света», — парирует булла. Виновным грозило отлучение — в то время смертельный приговор для карьеры и души.

Но была одна деталь, которая превращает эту историю из трагедии в фарс. Папа решил не разбираться, кто есть кто. Он запретил всех масонов. И ганноверских, и якобитских. Просто подчистую.

Скандал в Париже: как король проигнорировал Папу

Казалось бы, булла подписана — конец масонству в Европе. Ан нет. Самое интересное началось потом. Во Франции, считавшейся «старшей дочерью церкви», документ даже не зарегистрировали. Парламент Парижа просто положил его под сукно. Кардинал Флери, который сам просил папу о запрете, не стал ссориться с влиятельными французскими ложами. Версаль решил, что связываться с масонами себе дороже.

Парадокс: Ватикан анафемствует, а в Париже аристократы и даже священники продолжают вступать в ложи, чувствуя себя в полной безопасности. Булла работала там, где монархи были марионетками Рима (в Италии, Испании, Португалии), и была пустым звуком там, где власть короля была выше папской.

Долгая тень «In eminenti»

Климент XII умер 6 февраля 1740 года, но начатое им дело продолжили. Его преемник Бенедикт XIV в 1751 году выпустил буллу «Providas», которая подтвердила все обвинения и добавила к ним новые пункты — о вреде веротерпимости, которую масоны ставили выше догматов.

Конфликт длится до сих пор. Католикам до сих пор формально запрещено быть масонами. 15 ноября 2023 года Дикастерия доктрины веры (бывшая Священная канцелярия) с одобрения Папы Франциска вновь подтвердила: «Активное членство в масонстве для верующего запрещено из-за непримиримости между католическим вероучением и масонством».

Но тот апрельский день 1738 года остался в истории как момент, когда тайное стало явным. Папа римский впервые публично признал: в мире существует сила, которая ему не подчиняется. И её имя — масонство.

Как вы думаете, Папа Климент XII искренне верил в «извращения» и «ересь» масонов, или это была просто удобная ширма для большой европейской политики?