Когда говорят о российских революционерах, чаще вспоминают четырёх вождей: бессмертного Ленина с его железной волей, "Демона Революции" Троцкого, неоднозначного тирана Сталина и "кровавого гебиста" Феликса Дзержинского. Герой этой статьи остался в их тени, его фигура кажется бледной, скромной, почти случайной в водовороте российской истории. Но без него советское государство, возможно, так бы и не появилось на карте. А может быть и появилось, но в совершенно ином виде.
Он не был ни пламенным оратором, ни амбициозным партийным "ястребом", ни хладнокровным организатором убийств. Он был "мозгом" Красной Революции - человеком, который умел переводить утопические лозунги на язык практических решений. Его современники описывали его как мягкого, образованного, даже "буржуазного" по складу характера человека. Он не рвался к власти, не жаждал крови и, возможно, был самым мирным и здравомыслящим большевиком. Именно это его и сгубило.
Впереди - история Льва Каменева, интеллигента среди большевиков, человека, который всю жизнь боролся за идеалы Революции и строил новый порядок, а потом с ужасом осознал, что его собственное детище оказались сильнее его самого.
Сын инженера. Начало.
Лев Борисович Каменев родился 18 июля (по новому стилю) 1883 года в Москве в семье крещёного еврея (выкреста) Бориса Розенфельда и русской женщины Ольги Тарнопольской. Прирождённая его фамилия была, как и у многих известных революционеров, как видим, совершенно иной.
Его отец, Борис Розенфельд, служил инженером на железной дороге, а мать происходила из русской мещанской семьи, получила высшее образование на Бестужевских курсах. Сын рос в семействе, богатом духовно, но не материально.
Детство Каменева было необычным: он начал учёбу в гимназии в Вильне (ныне Вильнюс, Литва), а закончил уже в Тифлисе (ныне Тбилиси). Эта география впоследствии сыграет роль: именно знание Кавказа и понимание национальной специфики региона сделали Каменева незаменимым для Ленина, когда встал вопрос о строительстве нового государства.
В 1901 году Каменев поступил на юридический факультет Московского университета. Там он быстро проникся "смутными идеями" и вступил в студенческий кружок социал-демократов - так и начался его путь революционера.
В марте 1902 года Каменев участвовал в студенческой демонстрации у памятника Пушкину на Тверском бульваре. Демонстрантов разогнала полиция, Каменев был арестован и провёл в тюрьме полтора месяца. За этим последовало исключение из университета и высылка в Тифлис под надзором полиции.
Знакомство с Лениным. Рождение большевика.
В том же 1902 году Каменев отправился в Европу, в Париж. Там произошло знакомство, определившее всю его дальнейшую жизнь: он встретился с Владимиром Ульяновым-Лениным. Они быстро сдружились. В 1903 году, на II съезде РСДРП, Каменев поддержал именно ленинскую фракцию - большевиков.
Этот выбор не был очевидным. Идейные споры подыхали ярко, партия раскалывалась на глазах, и сильного лидера в ней не было. Но Каменев сделал ставку на Ленина и оставался верен его линии долгие годы, даже тогда, когда многие отворачивались.
В сентябре 1903 года Лев вернулся в Россию и с головой погрузился в подпольную работу - то в Тифлисе, то в Москве, то в Петербурге. Он энергично помогал партии: организовывал забастовки пролетариев, писал прокламации, вербовал новых членов, бессчётное число раз рискуя быть арестованным. Он не лез во власть, не пытался пробиться в верха партии, но стал эффективным исполнителем, обладавшим непререкаемым авторитетом среди соратников. Его ценность заключалась не в яркости, а в надёжности. Именно таких людей - спокойных и преданных - Ленин ценил больше всего.
Каменев, хорошо зарекомендовав себя, вошёл в состав Кавказского союзного комитета РСДРП, где сотрудничал с малоизвестным тогда еще Иосифом Джугашвили (будущим Сталиным). Они работали бок о бок, не подозревая, чем обернётся для них обоих это знакомство через два десятилетия.
В 1908 году Каменева вновь арестовали, а после освобождения он уехал в Швейцарию - так началась его вторая эмиграция. За границей Каменев стал одним из ведущих публицистов большевистской партии, писал для газет "Пролетарий" и "Социал-демократ".
Возвращение. "Правда", Дума, арест.
В начале 1914 года Каменев получил ответственное задание: вернуться в Россию и возглавить большевистскую газету "Правда". Кроме того, он стал главой Русского бюро ЦК и руководителем большевистской фракции в IV Государственной думе.
Это была опасная работа. Напряжение нарастало. Грянула Первая мировая война, и царизм начал охоту на инакомыслящих.
В ноябре 1914 года Каменев был арестован вместе со всей большевистской думской фракцией. Произошёл суд, который имел для него далеко идущие последствия.
На суде Каменев заявил, что большевики не хотят победы над Германией и отрёкся от их идей, однако того, что активно работал на них, отрицать не стал. Он сказал ровно столько, чтобы смертная казнь была заменена ссылкой в Сибирь, что, впрочем, тоже не было счастливым билетом. Ленин пришёл в ярость, назвал Каменева "предателем" и "штрейкбрехером", обвинив в сговоре с царизмом.
Вместе с товарищами по ссылке - Иосифом Джугашвили-Сталиным и депутатом Матвеем Мурановым - он оказался в далёком Туруханском краю. Именно там, в сибирской глуши, в феврале 1917 года они дождались вестей о свержении самодержавия.
1917: Две правды.
Вернувшись вместе со Сталиным и Мурановым в охваченный Революцией Петроград, Каменев показал всего себя: при поддержке двоих соратников он фактически возглавил отделение большевиков в Петрограде и взял под контроль газету "Правда".
Большевик призывал оказывать поддержку Временному правительству и выступал за "революционное оборончество" - фактически за продолжение войны, но под новыми, демократическими лозунгами. Каменев считал, что призыв к поражению и сепаратному миру с Центральными державами - безумие. Он был прагматиком до мозга костей и неизменно твердил, что такая позиция лишь усугубит положение партии и отвернёт от неё широкие массы населения, среди которых распространены антигерманские настроения.
Это был полный разрыв с линией Ленина, который из далекого Цюриха требовал немедленного прекращения войны. Вождь Революции был в ярости. Он писал "Письма из далека", отправлял их в газету, но Каменев публиковать их отказывался. Только вдумайтесь - Каменев был настолько смел, что отвергал идеи будущего вождя Революции.
Драма Октября. Каменев против Ленина.
Когда же Ленин наконец добрался до Петрограда в знаменитом "пломбированном вагоне" и выдвинул свои "Апрельские тезисы", Каменев снова выступил против. Его аргументация была проста: германская армия стоит на рубежах России, крестьянство не готово, меньшевики и эсеры всё ещё сильны. Молодую республику разъедают экономические проблемы и социальные конфликты, которые новая Революция могла только усугубить. По мнению Каменева, партия должна была бороться за большинство в Советах, а не хвататься за оружие, словно кучка "обезьян с гранатами".
Осенью 1917 года напряжение достигло предела. Ленин, скрывавшийся в подполье, требовал немедленного вооружённого восстания. Каменев и его ближайший соратник Григорий Зиновьев - единственные, кто были категорически против.
Каменев считал, что грянувшая после февраля 1917-го смута уже сходила на нет: царь свергнут, у власти демократическое правительство, социалисты легализованы и набираются сил. Революция, совершённая маленькой агрессивной партией, приведёт к необратимым последствиям и запустит новый виток насилия - куда более страшный, чем прежде. Это было практически очевидно. Очевидно ему, но не его собратьям по партии.
10 (23) октября на заседании ЦК их голоса оказались в меньшинстве. Партия приняла историческое решение, изменившее судьбу нашего Отечества навсегда: готовить переворот. Каменев и Зиновьев не подчинились молча: они направили в партийные организации письмо, где подробно, с цифрами и аргументами объясняли свою позицию. По их мнению, большевики не имели реальной поддержки большинства народа и, взяв власть, столкнулись бы с изоляцией. Крестьянство больше симпатизировало эсерам, окраинные народы - своим национальным правительствам, буржуазия - Временному правительству, горожане - умеренным левым.
Так как выложить своё оппозиционное мнение в "Правде" Каменеву не дали, так как он утратил там своё влияние, 18 октября (по новому стилю) революционер опубликовал статью в газете "Новая жизнь" в которой фактически разгласил секретные планы ЦК.
"Не только я и тов. Зиновьев, - говорится в этом письме, - но и ряд товарищей-практиков находят, что взять на себя инициативу вооруженного восстания в настоящий момент, при данном соотношении сил, независимо и за несколько дней до Съезда Советов, было бы недопустимым, гибельным для пролетариата и революции шагом" ("Новая Жизнь", N 156, 18 октября 1917 года).
Каменев писал: "Мы не можем нести ответственность за эту гибельную политику Ц.К., проводимую вопреки воле громадной части пролетариата и солдат, жаждущих скорейшего прекращения кровопролития между отдельными частями демократии". Он писал о том, что не только власть предержащие (буржуа, помещики, лавочники), но и революционные силы (Викжель, Центрофлот, солдатские и рабочие комитеты, часть госслужащих) станут против большевиков.
Ленин потребовал исключить Каменева и Зиновьева из партии. Большинство членов ЦК не поддержало вождя, и Каменев сохранил партбилет. Однако отныне ему было запрещено выступать против руководства партии.
Несмотря на всю свою оппозиционность, в день большевистского переворота 25 октября (7 ноября) Каменев не стал саботировать дело. После Октябрьской Революции он по-прежнему обладал огромной репутацией. Революционер был компромиссной фигурой для всех партий, символом сотрудничества. Именно поэтому на II Всероссийском съезде Советов он был избран первым председателем ВЦИК - формально первым главой, премьер-министром советского государства!
Однако этот триумф был недолог. Каменев искренне предлагал большевикам, меньшевикам и эсерам помириться, найти общий язык и сформировать единое социалистическое правительство. Но призывы к диалогу не нашли своего слушателя. Ленин ответил отказом на предложение большевика-интеллектуала. В знак протеста Каменев подал в отставку и вышел из ЦК.
Его первый срок на вершине власти продлился всего 11 дней.
Брест-Литовская миссия.
Но вскоре судьба вновь подарила шанс Каменеву. В ноябре 1917 года, сразу после Октябрьского переворота, большевики оказались перед катастрофой: страна формально всё ещё находилась в состоянии войны с Германией, армия разваливалась, а немцы наступали на всём фронте - от Прибалтики до Румынии. Ленин требовал немедленного мира любой ценой.
Каменев, несмотря на недавний конфликт с вождём, был включён в состав советской делегации, направленной в Брест-Литовск для переговоров с немцами. Это было стратегически важное поручение: немецкое командование не скрывало презрения к "выскочкам-большевикам", а в самой делегации шла внутренняя борьба между сторонниками и противниками мира. Каменев, известный своим спокойствием и дипломатическим тактом, оказался на этой миссии не случайно.
Условия мира, на которые согласились большевики 3 марта 1918 года, были унизительными: Россия теряла Прибалтику, часть Белоруссии, признавала независимость Украины и должна была выплатить 6 миллиардов марок контрибуции. Каменев, который всегда был против разрыва с Союзниками, вынужден был отстаивать этот позорный договор - первое из многих идеологических компромиссов, которые сломают его.
Несостоявшееся посольство и финский плен.
В январе 1918 года Ленин отправил Каменева с миссией во Францию. Задача была почти невыполнимой: убедить французское правительство, всё ещё воевавшее с Германией, признать большевистский режим. Фактически это была почётная временная высылка из страны.
Путь в Париж лежал через Лондон. Но британское правительство встретило Каменева более чем холодно. Он был выслан из Англии в течение недели после прибытия. Миссия же оказалась неудачной - Франция по-прежнему была одним из самых ярых противников большевизма и отказалась признавать новое правительство России. Её власти даже не признавали дипломатических полномочий Каменева.
На обратном пути в Россию финские власти арестовали его на Аландских островах. Следующие полгода Каменев с двумя своими спутниками из дипмиссии провёл в финском плену в омерзительных условиях, заточённый в тюрьму под названием "Белый медведь". Его освободили только 3 августа 1918 года в обмен на арестованных в Петрограде финских граждан.
Хозяин Москвы: Председатель Моссовета.
С сентября 1918 года Каменев - член Президиума ВЦИК, а с октября 1918 года - председатель Московского Совета.
Этот пост он, кстати, занимал до мая 1926 года - невиданно долгий срок для первого десятилетия советской власти, когда кадры менялись с головокружительной скоростью.
Время было чудовищное. Москва - бывшая "белокаменная" - превратилась в голодающий, обмороженный, кишащий спекулянтами и бандитами город. Гражданская война полыхала по всей стране. Москва была провозглашена столицей буквально несколькими месяцами ранее, в марте 1918 года, в связи с угрозой захвата Петрограда немецкими войсками.
Каменеву предстояло в прямом смысле стать правителем новой столицы нового государства, наладить жизнь в городе, где массово не хватало хлеба, дров и топлива. Приходилось заниматься вопросом уплотнения и выселения "буржуазных элементов", налаживать работу коммунальных служб и… удерживать москвичей от бунта против новой власти.
Для облегчения положения населения Моссовет под его руководством пошёл на ограниченные послабления в экономике:
- Частичная легализация частной торговли: жителям пригородов разрешили ввозить в город продукты (овощи, грибы, молоко, масло, кур), которые не распределялись по карточкам .
- Торговля непродовольственными товарами: также было разрешено торговать одеждой и обувью.
- Ограничение размахов национализации: часть частной собственности, включая малый бизнес, банки, фирмы и предприятия, сохранена за владельцами, но обложена высоким налогом. Это позволило увеличить поступления в бюджет и при этом сохранить траты на прежнем уровне.
Ленин официально осуждал такие меры, нередко ругался из-за них с Каменевым, но сделать ничего не мог - проблем у молодого Советского гос-ва и так хватало с лихвой.
Именно на посту руководителя Моссовета Каменев сумел реализовать свой образ "умеренного большевика" и "технократа" - человека, который умел переводить революционные лозунги на язык бухгалтерии и документооборота.
Литератор в Политбюро.
В марте 1919 года, на VIII съезде партии, Каменев был избран членом Политбюро ЦК РКП(б). Он вошёл в высший орган власти страны, где ему суждено было проработать до 1926 года.
Это был уже не тот Каменев, который в октябре 1917-го публично выступал против вооружённого восстания. Годы у власти позволили ему получить доступ к большому объёму информации и стать известным и на другом поприще. К 1920 году Лев Борисович - не просто политик, а признанный партийный теоретик и литературовед. Он сотрудничает с ведущими партийными изданиями, пишет программные статьи, его перо остро и безжалостно. Он поддерживает ожившую после двух Революций 1917-го российскую интеллигенцию - "детей Серебряного века", ведёт с некоторыми из них переписку. Деятели культуры видели в нём и писали про него как про "собрата-литератора, чуть ли не либерала, почему-то затесавшегося в компанию к лживым фанатикам и недалеким радикалам".
Впрочем, "белым и пушистым" Льва Борисовича назвать сложно: именно он составлял для ГПУ списки "враждебных интеллигентских группировок", по которым людей высылали за рубеж или отправляли в тюрьмы, а также боролся с творческими коллективами эсеров и анархистов, зачистив столицу от их влияния и вынудив интеллигенцию к 1922 году массово перебраться в Петроград.
К лету 1920 года Лев Каменев заслуженно был одной из самых влиятельных фигур в советском руководстве. Но впереди - ещё непаханое поле работы. Грядут новые войны, восстания, теракты и репрессии, пережить которые Каменеву...
получится ли?