Главный инженер филиала компании «Россети Сибирь» – «Хакасэнерго» Александр Рютин дал большое интервью. Там много всего: про деньги, про ремонты, про износ. Но я, как житель Расцвета, зацепился за одну цифру. Рютин сказал: чтобы заменить все на текущий момент изношенные 2056 опор в нашем Усть-Абаканском районе, потребуется 17 лет. Потому что текущие установленные для энергетиков тарифы и нормативы позволяют менять примерно по 120 опор в год. Вышел во двор, посмотрел на деревянную опору возле дома и попытался представить, что с ней может быть через 17 лет, с учетом естественного износа и наших ветров. 17 лет — это мой сын уже вырастет, институт закончит, возможно, даже женится и съедет, своих детей родит. А опоры в районе всё ещё будут менять. Или уже поменяют? Если теми же темпами — то, может, как раз к его пенсии. Шучу, конечно, но грустно.
«Слышь, это правда, что наш район 17 лет чинить будут?» — спросил сосед, который тоже читал интервью. Правда, сосед, правда. 17 лет — именно столько потребуется времени, чтобы постепенно отремонтировать сети в нашем районе, с учетом нынешних объемов финансирования.
И ведь главный инженер не скрывает этого. Он не говорит, что всё будет хорошо, всё починят уже завтра. Он честно объясняет: «Ремонт — это не стройка нового, а замена старого на аналогичное. Когда мы ставим новую опору вместо старой, этой опоре 0 лет. Но линия электропередачи в целом остаётся с той же пропускной способностью и тем же общим износом остальных элементов. Ремонт позволяет сохранять текущий уровень работоспособности сетей, но не способен его повысить. Чтобы снизить процент износа, нужны масштабные вложения, которых сегодня нет».
Я читаю и понимаю: энергетики не оправдываются, они просто показывают реальность. В их словах нет желания обмануть. Есть ощущение усталости и надежда, что их услышат.
И это не только про опоры. Есть ещё провода, трансформаторы, подстанции. Общая протяжённость всех сетей, которые обслуживает филиал — 10 254 километра. При нынешних темпах ремонта – 327 км в год – на полное обновление уйдёт больше 30 лет. И это при том, что сети продолжают стареть.
Отдельная история — нагрузка. Установленный тариф предполагает потребление в разы меньше того, что люди реально «съедают» электрокотлами. И об этом Рютин прямо говорит. Отсюда — отключения, перегрузки, моргающие лампочки. Энергетики предупреждали об этом годами, расчёты давно сделаны, но почему‑то им навстречу не идут. А страдаем мы — потребители.
Ещё одна важная тема — 8,4 тысячи договоров техприсоединения к сетям, которые ждут исполнения. Знаете, какова цена вопроса? 3,38 миллиарда рублей.
«Ремонты здесь бессильны, потому что для подключения нужны новые мощности, а не отремонтированные старые линии, — объясняет Рютин. – Важно чётко разделять. Ремонт – это поддержание в рабочем состоянии того, что уже есть. Техприсоединение – это подключение к сетям нового. Чтобы сейчас в Хакасии подключить новый дом или новый микрорайон, нужно построить либо новую линию электропередачи, либо новую подстанцию, либо увеличить мощность существующей».
Один из соседей достроил дом два года назад. До сих пор без света. Он смотрит на опору возле участка и не понимает: почему её не могут поменять и заодно его подключить. Ответ понятен: замена опоры — это ремонт, подключение — стройка нового. Это разные деньги, разные механизмы, разные сроки.
Главный инженер в интервью говорит: мы знаем, как сделать быстрее. Есть механизм — регуляторное соглашение. Во всех регионах присутствия «Россети Сибирь», кроме Хакасии, его уже заключили. Если применить этот механизм, деньги пойдут не только на латание дыр, но и на строительство нового — под техприсоединение, под новые мощности. Тогда и опоры поменяем быстрее, и дома подключим.
Заметил главное: у энергетиков есть план. Они не жалуются, а предлагают реальный выход. И этот выход не в требовании «дайте денег», а в просьбе «дайте нам возможность работать по‑другому». Разница есть.
17 лет — это много. Но это не приговор, если услышать тех, кто знает, как сделать быстрее. Александр Рютин сказал главное: у нас есть проекты, есть расчёты, есть понимание. Вопрос остается только к тем, кто принимает итоговое решение. Сможем ли мы ускориться или так и будем жить с мыслью, что наши дети вырастут при постоянных отключениях света от перегруза сетей? Посмотрим. Но теперь хотя бы знаем, кого об этом спрашивать.