Илья Муромец, Добрыня Никитич и Алёша Попович — эти имена знакомы каждому с детства. Но спросите прохожего, кто такой Бова Королевич. В лучшем случае пожмут плечами. А ведь каких-то двести лет назад этот «иноземный» витязь был кумиром. Лубочные сказки о «пречюдном богатыре» выходили сотнями изданий, а по популярности он обходил всех эпических героев вместе взятых. Кто же он такой и почему о нём забыли?
«Иноземный» богатырь
Начнём с главного: Бова Гвидонович — богатырь уникальный, заезжий. Учёные давно установили: прототипом этого витязя был французский рыцарь Бово из Антона (Buovo d’Antona). Французский стихотворный роман XIII века «Бюэве из города Анстона» был невероятно популярен в средневековой Европе. Через Италию, Сербию и белорусские земли, претерпев множество переводов и пересказов, история заморского рыцаря добралась до Руси и к концу XVI века уже ходила в народе из уст в уста.
На русской почве роман изменился: снизился жанр до лубочной сказки, а имена героев русифицировались. Итальянское Buovo превратилось в Бову, его возлюбленная Друзиана стала Дружевной, а конь по кличке Пуличане обратился в получеловека-полусобаку по имени Полкан. В таком виде приключения французского рыцаря стали совершенно «своими».
Невероятные приключения
Сюжет для русской литературы того времени был авантюрным до неприличия. Доблестный рыцарь Бова Гвидонович бежит из дома от злой матери Милитрисы Кирбитьевны и отчима короля Додона. Судьба приводит его к королю Зензивию Андроновичу, где он влюбляется в дочь Дружевну. Ради неё он один побеждает целые рати претендентов на руку прекрасной королевны. Тут тебе и козни завистливых царедворцев, и чудесное спасение, и меч-кладенец, и богатырский конь, на которого никто, кроме Бовы, не смеет сесть. Словом, все атрибуты добротного рыцарского романа.
Любимец публики
На протяжении 300 лет — с XVII по XIX век — «Бова-королевич» оставался самой популярной сказкой на Руси. Первоначально повесть входила в круг чтения высших сословий, но уже с середины XVIII века она «спустилась» к провинциальному дворянству, купцам, разночинцам и крестьянам.
Огромную роль в популяризации сыграл лубок. Повесть стала сюжетом для народных картинок с конца XVII — начала XVIII века. Лубочные книжки с историями о Бове и гравюры с его изображением были в каждом доме, а сюжет, особенно бой с Полканом, знал всякий малограмотный крестьянин. До 1918 года лубочная «Сказка о славном и сильном богатыре Бове Королевиче» выдержала более 200 изданий.
«Бэтмен» своего времени
Бова вдохновлял и великих. Поэму о нём задумывал и даже сделал наброски Александр Радищев. Имя Бовы Арина Родионовна читала маленькому Саше Пушкину. А когда поэт вырос, сюжет о гонимом злой мачехой королевиче и его удивительных приключениях лёг в основу «Сказки о царе Салтане». Пушкин и сам хотел написать поэму «Бова», но смерть помешала осуществить задуманное.
Закат кумира
К концу XIX века интерес к герою начал угасать. Критики пренебрежительно отзывались о приключениях Бовы, относя повесть к примитивным сочинениям, которые мешают культурному развитию. Самого персонажа всё чаще сравнивали с низкосортной бульварной литературой. После революции и вовсе наступила эпоха атеизма и «красного» фольклора, где старым богатырям места не нашлось. Советская власть создавала новых героев, а старый рыцарь-богатырь, как и его друг Полкан, оказался навсегда забыт.