Когда риторика глав государств скатывается до уровня уличных перепалок, а в воздухе витает обещание «ада», мир замирает в тревожном ожидании. Именно такая ситуация развернулась буквально накануне, в воскресенье, 5 апреля, когда президент США Дональд Трамп опубликовал в своей социальной сети Truth Social сообщение, мгновенно облетевшее все мировые издания. Его содержание было шокирующим, но еще большее потрясение вызвала форма изложения, которая заставила задуматься о масштабах надвигающейся катастрофы.
Словесная дуэль: когда дипломатия уступает место угрозам
В своем послании американский лидер недвусмысленно потребовал от Ирана немедленно открыть Ормузский пролив. При этом формулировки, использованные в адрес иранской стороны, были крайне нецензурными и оскорбительными. Трамп пообещал, что в случае неповиновения Тегеран ждет нечто беспрецедентное:
Ранее мы писали
Во вторник в Иране будет день электростанций и день мостов одновременно. Такого вы ещё не видели!!!
Завершение поста, опубликованного в официальной социальной сети, фразой «Хвала Аллаху» вызвало недоумение у всех — от союзников до противников и даже собственных советников президента. Никто не мог понять истинный смысл этого неожиданного обращения.
Эскалация конфликта: череда ультиматумов и отвергнутых предложений
Чтобы осознать всю глубину происходящего, необходимо вспомнить предысторию этого конфликта. Еще 28 февраля США и Израиль нанесли серию ударов по территории Ирана в рамках операции, получившей название «Эпическая ярость». В ответ Тегеран объявил о подготовке масштабной ответной операции и принял решение о закрытии стратегически важного Ормузского пролива.
С тех пор ультиматумы сыпались один за другим. 22 марта Ирану были даны первые 48 часов на открытие пролива, но никаких действий не последовало. Затем Трамп увеличил срок до пяти дней, а после — до десяти. Последний дедлайн истекал 6 апреля, ровно в 20:00 по восточному времени США. Иранская сторона категорически отвергла мирное предложение Вашингтона, состоящее из 15 пунктов, вместо этого потребовав репараций и признания своего суверенитета над Ормузским проливом. Любые заявления Трампа о ведущихся переговорах Тегеран называл выдумкой.
Истинная цель: борьба за нефтяные артерии
В интервью телеканалу Fox News Дональд Трамп высказался еще более откровенно, чем в своих сообщениях. Корреспондент, передавая слова президента, процитировал его:
Президент сказал мне, что “если они не заключат сделку — и быстро — я рассматриваю вариант всё взорвать и взять под контроль нефть”. Президент также добавил, что вы увидите, как мосты и электростанции будут уничтожаться по всей их стране.
Именно слово «нефть», а не ядерная безопасность или защита союзников, стало ключевым в этом заявлении. Ранее Трамп уже не исключал возможность захвата острова Харк — важнейшего узла в экспорте иранской нефти. Картина вырисовывается сама собой: еще в 1984 году ЦРУ в своем секретном документе назвало объекты Харка «наиболее жизненно важными во всей нефтяной системе Ирана», подчеркнув, что без них экономика страны просто не выживет. Через этот небольшой терминал проходит около 90% всего иранского нефтяного экспорта.
Напряжение нарастает: реальные боевые действия на фоне риторики
Пока президент США упражнялся в красноречии в социальных сетях, на Ближнем Востоке разворачивались куда более реальные и трагические события. 4 апреля иранская атомная станция «Бушер» подверглась очередной атаке американо-израильской коалиции. Удар пришелся фактически в контур защиты объекта, что привело к гибели одного из сотрудников АЭС. Об этом сообщил глава Росатома Алексей Лихачёв.
В ответ Корпус стражей исламской революции (КСИР) заявил об уничтожении американского истребителя F-15E Strike Eagle — машины, способной нести ядерное оружие. Это стало серьезным имиджевым ударом по Пентагону. После катапультирования пилотов США начали поисково-спасательную операцию, в ходе которой завязался бой между иранскими и американскими военными. Трамп позже сообщил, что одного из летчиков удалось спасти, однако иранская сторона немедленно опровергла эту информацию, назвав операцию по спасению провалившейся.
Иран в изоляции: молчание внутри страны и призыв к оружию
В то время как весь мир внимательно следил за риторической дуэлью в социальных сетях, внутри самого Ирана происходило нечто, о чем почти не говорили. Интернет в стране не работал уже более 36 суток подряд, что стало абсолютным рекордом за всю историю подобных наблюдений. Ни одно предыдущее отключение не длилось так долго.
Что происходило с обычными иранцами в условиях такой изоляции, оставалось неясным. Информация просачивалась лишь через спутниковые каналы и редкие свидетельства тех, кому удавалось выйти на связь. Страна оказалась фактически отрезана от внешнего мира в разгар войны. На этом фоне в конце марта командование КСИР объявило о снижении минимального возраста для военной службы до 12 лет, призвав подростков 12–13 лет добровольно вступать в армию. Организация Объединенных Наций немедленно осудила это решение, однако дальше слов дело не зашло.
Ответ Тегерана: «Врата ада» и удары по нефтяным объектам
Тегеран не остался безмолвным перед лицом угроз. Командующий штабом вооруженных сил Ирана генерал-лейтенант Али Абдоллахи заявил, что в случае новых ударов по иранской инфраструктуре перед США и Израилем «откроются врата ада». Ультиматум Трампа он охарактеризовал как проявление «беспомощности и нервозности». Теперь слово «ад» летело в обе стороны, что само по себе выглядело как дурной знак. Тем временем иранские дроны-камикадзе нанесли удары по нефтехранилищам в Бахрейне и по тепловым электростанциям в Кувейте. Под атаки попала даже государственная компания Kuwait Petroleum Corporation.
Неожиданный поворот: пролив за плату
Среди всего этого хаоса появился неожиданный поворот. Тегеран заявил о готовности открыть Ормузский пролив, но только при условии выплаты ущерба в рамках «нового правового режима» с использованием транзитных сборов. Проще говоря: хотите проход — платите. Причем на иранских условиях. Это уже не просто война, а торг за право контролировать одну из главных нефтяных артерий планеты. По сути, проход через Ормузский пролив для некоторых государств уже был открыт, но за деньги.
Эхо войны: глобальные экономические последствия
Пока политики обменивались угрозами, обычные люди по всему миру ощутили последствия войны вполне конкретно — на заправке и в супермаркете. Цены на нефть в какой-то момент пробивали отметку в 100 долларов за баррель — уровень, которого не было несколько лет. Бензин в самих США подорожал более чем на 10%, достигнув 3,32 доллара за галлон. Всемирный банк публично выразил «крайнюю обеспокоенность» влиянием войны на инфляцию, занятость и продовольственную безопасность. Авиакомпании Китая объявили о повышении топливных сборов. В Малайзии чиновников попросили работать из дома ради экономии. Французский президент Макрон назвал идею военного освобождения пролива «нереалистичной», а Китай — крупнейший импортер ближневосточной нефти — возложил ответственность за блокаду на США и Израиль.
Падение рейтинга: цена агрессивной риторики
Красивые слова о силе и решимости разбивались о сухие цифры. На фоне роста цен на бензин и неудачных боевых действий рейтинг одобрения Трампа, по некоторым опросам, просел до 31% — это самые низкие показатели за весь его президентский срок. В Вашингтоне тем временем всерьез рассматривали вариант просто остановить военные операции и бросить европейцев разбираться с блокадой Ормуза самостоятельно. Война не планировалась, и теперь из нее непонятно, как выходить. Именно поэтому и появляются эти резкие посты, наполненные матом, криком и угрозами «взорвать все». Это не проявление ощущения собственной силы и правоты, а совсем наоборот.
Загадка пятничных ультиматумов: игра для Уолл-стрит?
Прекращение судоходства в Ормузском проливе уже потрясло мировые рынки, вызвав резкий рост цен на энергоносители. Через этот узкий коридор до начала войны проходила пятая часть всего морского экспорта нефти на планете. Сегодня — дедлайн, который Трамп поставил сам себе. Пролив закрыт, Иран не сдается, а союзники хранят молчание. Американские сенаторы публично говорят о «постыдном и детском» поведении президента.
Будет ли новый «прогресс в переговорах»? Или после нецензурных постов Трампа возврата на путь мирного урегулирования уже нет? Любопытная деталь: наблюдательные американские журналисты заметили закономерность. Трамп раз за разом выдвигает новые ультиматумы Ирану в пятницу вечером или на выходных — после закрытия биржевых торгов. А в понедельник утром, перед открытием рынков, неизменно появляется сообщение о «прогрессе в переговорах». Случайность? Или тщательно выверенный спектакль для Уолл-стрит?
Что будет в 20:00 по вашингтонскому времени — не знает никто. Кажется, даже сам Трамп.
Ещё по этой теме
Может ли одна провокационная фраза изменить ход мировой истории? Поделитесь мнением в комментариях.