В одной из публикаций на нашем канале появился очень интересный комментарий, о том, что вероятно отходы жизнидеятельности астронавтов является причиной расселения жизни в космосе.
И знаете, в этом что-то логичное есть. Давайте разберемся в этом вопросе более подробно. Давайте разложим по полочкам, почему идея «космического орошения» не так абсурдна, как кажется, и какие шансы у наших невольных «посланцев».
Шутка про астронавтов, которые «обгадели всё вокруг», на первый взгляд кажется просто грубоватым мемом. Но на самом деле она бьёт прямо в центр острейшего научного и этического спора, о котором большинство людей даже не подозревает. Спор называется «планетарная защита». И его суть проста до ужаса: мы, люди, только начали высовывать нос за пределы родной атмосферы, но уже создали потенциальную проблему галактического масштаба — проблему непреднамеренного занесения земной жизни на другие миры. И комментарий читателя — гениальное, пусть и вульгарное, резюме этой проблемы.
Давайте же посмотрим на факты. Человеческое тело — это переносной зоопарк из сотен триллионов бактерий. Наша кожа, кишечник, дыхательные пути — всё кишит жизнью. Каждый выдох, каждое движение, каждый поход в туалет на борту космического корабля — это выброс миллионов, если не миллиардов, микроорганизмов во внутреннюю атмосферу станции. А затем, через системы вентиляции, через люки во время выходов в открытый космос, через несовершенную герметизацию — эти микроорганизмы попадают наружу, в безжалостный вакуум. И вот тут начинается самое интересное.
Космос — это, конечно, смертельная среда. Но не для всех. Многие думают, что бактерия, оказавшись в космосе, мгновенно погибает от холода, радиации и вакуума. Отчасти это так. Но эволюция — штука упрямая. За миллиарды лет на Земле появились организмы, которым на эти космические ужасы, в общем-то, наплевать. Речь об экстремофилах — экстремальных микроорганизмах, для которых условия открытого космоса — не смертельный приговор, а просто очередной сложный тест.
· Бактерия Deinococcus radiodurans, которую в народе прозвали «бактерия Кон-Тики», — настоящий чемпион по выживанию. Её обнаружили в... банке с мясом, которое, казалось бы, должно было быть стерильным после обработки радиацией. Она выдерживает дозы облучения в тысячи раз выше смертельных для человека. В 2020 году учёные отправили эту бактерию на год на внешнюю сторону МКС, в открытый космос. И она выжила. Мало того, она вернулась немного «другой» — покрытой странными пузырьками, но живой и способной к восстановлению.
· Метаногенные археи Methanosarcina mazei, которые живут... ну, скажем так, в очень «ароматных» местах (свалки, сточные воды, пищеварительный тракт животных), прекрасно чувствуют себя на внешней поверхности МКС. В рамках эксперимента «Тест» они провели в открытом космосе два года и сохранили жизнеспособность. Для защиты от вакуума и ультрафиолета они отращивали трёхслойную защитную оболочку, которую не формируют даже под мощными лампами в лаборатории.
· А в 2024 году учёные из Института медико-биологических проблем РАН нашли в системе охлаждения российского сегмента МКС бактерии-долгожители. Они пробыли там в изолированной, агрессивной среде более 25 лет. Их выживаемость после облучения оказалась в 100-1000 раз выше, чем у их земных собратьев.
И это — не какие-то специальные микроорганизмы, которые мы туда заботливо поместили. Это те, кто там оказался случайно. Кто прилетел на станцию на руках астронавтов, на обшивке кораблей, в частицах пыли. И они не просто выживают — они адаптируются. Они учатся жить в космосе.
Теперь переходим к главному вопросу шутки: «каковы шансы, что это станет причиной зарождения жизни где-то ещё?»
Шансы, прямо скажем, неизмеримо малы. Но они не равны нулю. И именно это «не нуль» заставляет учёных бить тревогу и писать международные протоколы.
· Проблема в пути. Просто вылететь с МКС и попасть на другую планету — задача колоссальной сложности. Наши «бродяги» находятся на низкой околоземной орбите. Чтобы долететь до Марса или Европы, им нужно преодолеть миллионы километров вакуума, подвергаясь постоянной бомбардировке космическими лучами и солнечным ветром. Многие погибнут. Но некоторые виды могут впасть в анабиоз (образовать споры) и дрейфовать так тысячелетиями. Идея о том, что жизнь может распространяться через космос на астероидах или в частицах пыли, называется панспермия, и у неё есть немало серьёзных сторонников. Даже наша собственная планета могла быть «засеяна» таким образом.
· Проблема назначения. Допустим, наш микроорганизм-путешественник, преодолев все тяготы, достигнет Марса или погрузится в океан Энцелада. Сможет ли он там выжить? Это почти наверняка нет. Враждебная химия, отсутствие привычной пищи, чудовищное давление или его отсутствие — скорее всего, «поселенец» просто погибнет. Но, опять же, есть «но». Если на Энцеладе или Европе есть гидротермальные источники, похожие на земные «чёрные курильщики», то некоторые из наших земных экстремофилов теоретически могли бы там прижиться.
· Проблема открытия. Самое страшное для науки — даже не то, что мы занесём жизнь. А то, что мы её занесём и потом найдём. Представьте: зонд садится на Марс, бурит грунт и находит там ДНК. Величайшее открытие в истории человечества!.. которое окажется ложным, потому что это ДНК занесённой с Земли бактерии Staphylococcus aureus, которая случайно попала с немытой руки астронавта. Это называется «прямое загрязнение» (forward contamination), и это кошмар любого астробиолога.
Именно поэтому существуют строжайшие правила «планетарной защиты», разработанные ещё в 1958 году, до старта первого «Спутника». Космические аппараты, которые отправляются к спутникам Юпитера и Сатурна, где могут быть океаны, стерилизуют с особой тщательностью. А вот что касается Луны и Марса, то опасения растут с каждым годом. Недавние исследования показали, что некоторые земные микробы, например, чёрная плесень (Aspergillus niger), могут выживать на лунной поверхности до семи дней. А в постоянно затенённых кратерах у полюсов Луны, куда не проникает губительный ультрафиолет, споры могут оставаться жизнеспособными десятилетиями и даже столетиями. А ведь туда уже летят люди. И если наш «Космический ковчег», начиненный микрофлорой, сядет на Луну, он неизбежно оставит там следы, которые будут жить очень долго.
Так что же, нам теперь не летать? Конечно, летать. И шутить про «обосрать всё вокруг». Но за шутками важно видеть суть. Человечество уже вступило в новую эру, где мы несём ответственность не только за свою планету, но и за другие. Мы стали потенциальными садовниками (или сорняками) Солнечной системы. И пока наша главная задача — быть очень, очень чистыми садовниками. Хотя, возможно, в очень далёком будущем, когда мы найдём действительно безжизненные и пустынные миры, мы намеренно займёмся «посевом». Уже сейчас учёные всерьёз обсуждают план намеренного «заражения» океана Энцелада земными метаногенами, чтобы посмотреть, как они будут эволюционировать в экстремальных условиях. Это будет уже не случайность, а осознанный галактический эксперимент.
А пока, возвращаясь к комментарию, можно сказать одно: читатель, сам того не ведая, затронул одну из глубочайших научных проблем современности. Идея о том, что жизнь может путешествовать «на бобах», больше не кажется такой уж безумной. Она стала предметом строгих международных протоколов, многолетних экспериментов на МКС и жарких споров на конференциях. И в этом, наверное, и есть величие науки: даже самая грубая шутка может оказаться пророческой.
А теперь, позвольте задать вам вопрос. Если бы вам предложили стать садовником Вселенной и выбрать первый мир для намеренного засева земной жизнью, куда бы вы отправили нашу микроскопическую экспедицию на своей какашке и почему? Делитесь своими самыми смелыми и фантастическими версиями в комментариях — мы обязательно обсудим их в будущем.
Если вам, как и мне, интересно копаться в самых неочевидных и спорных вопросах науки, — подписывайтесь на канал Техносфера. Донаты, как всегда, собираем на кофе — без него такие сложные и неоднозначные темы не распутать. Поможете редакции оставаться в тонусе для новых расследований?