Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Sputnik Армения

Из Шуши в Баку и обратно: история старейшей журналистки Армении

Приближаясь к своему столетию, она бережно хранит в папках неопубликованные рукописи. Иногда перечитывает их затуманенным взором, шутливо называя "кандидатами": это она о текстах, которые надеется однажды увидеть изданными книгой. Эмме Петросян — 99 лет. Она — старейший член Союза журналистов Армении, автор сотен статей и интервью, а также семи книг. Значительную часть своей профессиональной жизни она провела в Баку, где работала в армяноязычной газете: возглавляла отдел литературы и искусства и брала интервью у выдающихся деятелей культуры своего времени — Арама Хачатуряна, Гоар Гаспарян, Амо Сагияна, Аллы Пугачевой, Паруйра Севака и многих других. Сегодня она признается: возможно, это прозвучит как упрек, но отношение к слову в журналистике уже не то, что прежде. "Мне бывает неловко, когда я читаю некоторые заголовки… Как сказать… это неэтично, так нельзя". Несмотря на почтенный возраст, Эмма Петросян сохраняет ясность мысли и удивительно живую память. Она рассказывает о своей жизни
© Sputnik / Aram Nersesyan
© Sputnik / Aram Nersesyan

Приближаясь к своему столетию, она бережно хранит в папках неопубликованные рукописи. Иногда перечитывает их затуманенным взором, шутливо называя "кандидатами": это она о текстах, которые надеется однажды увидеть изданными книгой.

Марианна Пайтян, Sputnik Армения

Эмме Петросян — 99 лет. Она — старейший член Союза журналистов Армении, автор сотен статей и интервью, а также семи книг. Значительную часть своей профессиональной жизни она провела в Баку, где работала в армяноязычной газете: возглавляла отдел литературы и искусства и брала интервью у выдающихся деятелей культуры своего времени — Арама Хачатуряна, Гоар Гаспарян, Амо Сагияна, Аллы Пугачевой, Паруйра Севака и многих других.

Сегодня она признается: возможно, это прозвучит как упрек, но отношение к слову в журналистике уже не то, что прежде.

"Мне бывает неловко, когда я читаю некоторые заголовки… Как сказать… это неэтично, так нельзя".

Несмотря на почтенный возраст, Эмма Петросян сохраняет ясность мысли и удивительно живую память. Она рассказывает о своей жизни с теплотой и легкой ностальгией — словно вновь проживает ее шаг за шагом.

Родилась она в селе Кармир Шука Мартунинского района Арцаха. Однако их родовой дом находился в Шуши и был разрушен во время погромов 1920 года.

"Мой отец мечтал восстановить этот дом", — тихо говорит она.

Ее отец участвовал в Первой мировой войне в составе русской армии. По воспоминаниям дочери, он был образованным человеком с красивым почерком и любовью к письму. Его записи и документы Эмма долгие годы бережно хранила, однако многое было утрачено во время вынужденного переселения из Арцаха в 2020 году.

© Sputnik / Aram Nersesyan
© Sputnik / Aram Nersesyan

Когда она рассказывает о детстве, кажется, будто время отступает почти на век назад. Перед глазами оживают родное село, дорога в соседнюю деревню и подруга Катя, немного старше ее.

В их деревне не было школы, и дети ходили учиться в соседнее село. Маленькая Эмма каждый раз просила подругу взять ее с собой.

Однажды ее действительно отвели туда. Но оказалось, что это уже третий класс, и девочку перевели в первый.

Она училась блестяще, окончила школу с отличием, затем поступила в Шушинское педагогическое училище, позже — в музыкальное. После этого отправилась в Ереван, чтобы продолжить образование, и поступила в театральный институт.

"Чтобы там учиться, нужно было быть всесторонне развитой — знать литературу, музыку, рисование. Комиссия долго меня экзаменовала. Один из преподавателей сказал: "Посмотрите, какой кадр подготовили в Шуши". Так я стала студенткой театрального факультета. Моим однокурсником был будущий академик Левон Ахвердян", — вспоминает она.

Среди преподавателей института был известный литературовед, уроженец Шуши Айк Гюликевхян. Он поддержал молодую студентку, познакомил ее с представителями творческой интеллигенции, в том числе с поэтом Аветиком Исаакяном.

После окончания института Эмма Петросян вернулась в Арцах. Она преподавала в Шушинском педагогическом училище и одновременно работала в газете "Советский Карабах" (позднее — "Свободный Арцах").

Поворотным моментом в ее судьбе стала история с армяноязычной газетой "Коммунист", издававшейся в Баку. Получив один из номеров, она внимательно прочла его и, не удержавшись, отредактировала практически целиком. Исправленный вариант она отправила редактору — Амо Амирханяну.

"Я поправила даже некоторые места по содержанию. Ведь читателю совсем неинтересно, откуда поднимается пыль, когда едет машина. Журналист должен писать о том, что может заинтересовать читателя", — объясняет она.

Через месяц редактор сам приехал в Арцах. Эмму вызвали на встречу. Увидев на столе тот самый номер газеты, она испугалась — подумала, что поступила слишком дерзко. Но оказалось, редактор приехал, чтобы пригласить ее на работу в Баку.

Она согласилась... при одном условии: вместе с ней должен был переехать муж-военнослужащий. Редакция приняла это условие, и Эмма Петросян стала заведующей отделом литературы и искусства газеты "Коммунист".

"Это был 1952 год… Мне дали письменный стол Егише Чаренца", — вспоминает она. Многие произведения поэта публиковались именно в этой газете.

Она подробно описывает тот стол — покрытый зеленым сукном, с тяжелыми ящиками — и шутит, что между Ереваном и Баку долго велись обсуждения, где ему надлежит находиться.

В Баку она проработала почти сорок лет, но в 1990 году была вынуждена покинуть город и перебраться в Армению, а затем вернуться в Арцах. Ее муж остался в Баку, чтобы заняться домом и имуществом, а затем присоединиться к семье. С тех пор о его судьбе ничего не известно...

Эмма Петросян осталась в Арцахе с двумя дочерьми и продолжала писать и работать в различных изданиях.

В 2020 году ей вновь пришлось покинуть родные места. Она вспоминает, что уезжала почти без вещей — в домашних тапочках, с болью и тоской по Шуши.

"Шуши — город, близкий к небу", — говорит она.

Некоторые из ее документов позже передали соседи.

Сегодня Эмма Петросян живет вместе с дочерью в небольшом доме. Среди самых дорогих вещей — папка с последними рукописями.

Она называет их "кандидатами" — текстами, которые все еще ждут своего часа.

И надеется, что однажды они все же станут книгой.