У Есении начиналась мигрень, когда прилетали уведомления об успехах бывших одноклассников. Но она всё равно открывала их фотографии и сообщения, тем самым закрепляя действие алгоритмов, прочно связывавших её с людьми из прошлого.
Есения крутила стакан с матчей, покусывая губы. Даша, с которой они учились шестнадцать лет назад, стала руководителем направления в фармкомпании. И не в какой-нибудь, а именно в той, что поставляла на рынок главные вакцины последних лет. Есения даже думала кольнуть себе их «ООБ-3», но теперь – ни за что.
Включив фронтальную камеру, Есения проверила блеск на губах и подумала, что Дашу следует пожалеть. Как она, в свои тридцать четыре, переедет из маленького города в столицу? Она же не впишется. А её муж, сосед, влюблённый в неё с первого класса? Что, она его тоже возьмёт с собой? Или будут жить на расстоянии? Желчь согрела ей грудь. Да, карьеру, Даша, может, и построит – но готова ли она к жертвам?
Есения открыла приложение такси, чтобы вызвать машину домой, но её прервал входящий звонок. Есения приняла его в наушники, листая ленту фотографий. «Да, мам, я видела, что Даша переезжает и будет начальником. Нет, я не хочу поздравить её и встретиться. Нет, я не думаю, что мне тоже надо было начинать в родном городе, а не рваться в столицу в самый дорогой университет… Пока, мам, я занята».
В такси Есения продолжала сердиться. «Конечно, надо было остаться тухнуть с вами! Или, может, переспать с начальником, чтоб он меня повысил?» Она открыла приложение «Dushno» и назначила себе сессию с психологом через час. Пусть он разбирается с этим дерьмом. Машина остановилась на шлагбауме модного ЖК, где родители снимали Есении квартиру. Через пару минут Есения закупалась в любимой сети «Лаки-квин» салатами, смузи и йогуртом с повышенным белком и миксом семян.
Уже в лифте она сводила баланс. Даша будет руководить направлением. Зато Есения умнее, красивее, живёт в классном месте, у неё много интересных знакомых. Из бизнеса, и тот, Аркадий, из банка, и девочки-стилисты, и Лена, нутрициолог. Да, она пока не замужем. Но такой муж, как у Даши, ей не нужен. Такой нужен Даше. А у Есении будет успешный, щедрый, спортивный…
– Добрый вечер, Есения, – на экране появилось ухоженное мужское лицо, – каждый день состоит из маленьких побед, поражений и компромиссов. Чем вы готовы поделиться со мной сегодня?
Психолог старался говорить ёмкими десятисекундными блоками.
– Меня не понимает мать, – Есения надулась, – она позвонила, чтобы рассказать, какая молодец моя одноклассница, и что мне надо вести себя так же. Тогда меня бы повысили.
– Вас задело непонимание мамы? Или то, что она понимает ваши переживания насчёт карьеры? Вы часто говорите, что, по вашим ощущениям, давно переросли свою должность.
– Кто виноват, что мой начальник готов повысить любого другого? Даже того прыщавого коротышку, который пришёл в отдел на полгода позже меня.
– Есения, как вам нравится идея посвятить эту сессию вашему карьерному маршруту? Наметим точку, где вы сейчас, и точку, которой вы хотите достичь. Подумаем, что для этого нужно…
Есения посмотрела на маникюр. Надо записаться к мастеру:
– Я же сформулировала, что меня беспокоит. Невозможно заниматься карьерой, когда тебя не понимают самые близкие люди. Я рассчитывала на вашу поддержку.
– Именно этим я и занимаюсь. Мы с вами уже обсуждали язык любви вашей мамы. Почему её вопросы вызвали у вас более сильную реакцию, чем можно было бы ожидать?
– То есть вы видите в её вопросах любовь? Замечательно! Знаете, я вспомнила, что у меня скоро рабочий звонок. Я вам перезвоню.
Есения закрыла сессию. После разговора с психологом настроение упало окончательно.
Она достала с полки пустой блокнот и написала на первой странице «Мои карьерные цели на этот год». «Пункт 1. Быть начальником направления…» Она не придумала, какого. Ей подойдёт и аппарат помощников, и пиар, и джиар. Интересно, подруга, которая работает в зарубежном филиале их компании, может посоветовать Есению своему боссу? Её должны, наконец, оценить по достоинству. Пора что-то менять…
На следующий день на работе её всё раздражало. Даже странно, что по календарю до ПМС оставалась неделя.
– Привет, Есения. Я знаю, что ты любишь матчу. Я тут был в Японии…
Есения подняла глаза. Около её стола стоял мужчина из соседнего отдела. Ему было около тридцати пяти. Выглядел он, как опрятный мальчик, недавно выдержавший на отлично все экзамены в университете.
– Хочешь, расскажу, как её там делают? Я специально поехал на завод…
Есения сдвинула мышку, чтобы экран компьютера вышел из спящего режима и активизировал оберег в виде таблицы иксель на тысячу строк.
– Я купил тебе пакетик. Мне сказали, это лучшая матча в Японии. Получается, что и в мире тоже.
– Всё лучшее давно есть в «Лаки-квин».
– Может, заварим мою матчу и сравним? Я уверен, тебе понравится…
Есения наколола на деревянную шпажку кусочек яблока из пластикового бокса. На нём была налеплена этикетка: «Филе яблок. Лаки-квин»:
– Предложи Марине Александровне, она тоже любит матчу.
Мужчина молча положил на её стол пакетик с матчей. Есения посмотрела на него и надела наушники.
– Мне это не интересно, – пробормотала она.
После работы она зашла на пилатес в новый спортклуб – но тренироваться ей не особо хотелось. Она уже переодевалась домой, когда на смартфоне моргнул рабочий чат – начальник писал о срочном совещании с зарубежным офисом – кто сможет к утру набросать презентацию? В ожидании такси Есения открыла платформу с сериалами. Встроенные рекомендации ей не понравились. Она переключилась на ИИ-помощника в отдельном приложении, чтобы тот придумал ей сериал.
Коллеги автоматизировали целые блоки задач с помощью ИИ. Подруги корректировали переписки с мужчинами, подбирали диету, одежду, контент. Есения никак не могла настроить ИИ под себя. Вдруг она придумала совершенно другой запрос:
– Привет. Меня не понимает мама. Я рассказала об этом психологу. Он тоже меня не понимает. Сказал, что я переживаю, потому что меня не повышают. Он обесценивает мои чувства. Поговори со мной об этой ситуации. Ты же машина, ты не можешь ошибаться.
ИИ-помощник на пару минут завис в статусе «печатает» и выдал ответ, структурированный пунктами и шрифтами.
Есения пробежалась по тексту глазами, чувствуя, как кровь приливает к щекам.
Привет. Я машина. Я не обижаюсь и не обесцениваю. Я просто анализирую…
Ты ищешь того, кто встанет на твою сторону...
Я не могу ошибаться, но я не могу и выбирать стороны.
У кого нейросети взяли такой тон? Есения нащупала на подбородке зарождающийся прыщик и начала сковыривать его ногтём.
Вопрос не в том, кто прав. Вопрос в том, почему ты обижаешься на всех, кто не говорит то, что ты хочешь слышать…
Длинные ногти царапали подбородок, но прыщик не поддавался.
…Ты не злишься на маму. И не злишься на психолога. Ты злишься на себя за то, что…
Достаточно! Есения свернула ИИ-ассистента и ткнула на иконку магазина приложений. Она влепила разработчику нейросети одну звезду. Всплывающее окно «уточните, что вам не понравилось, и мы станем лучше» осталось без ответа.
Есения открыла фронтальную камеру, щёлкнула себя на фоне вывески спортклуба, наложила фильтр, чтобы не было видно прыща, – и выложила статус в мессенджере. Кто-то тут же поставил ей сердечко.