Найти в Дзене

"От академии* мы сворачиваем вправо и по длинной Симбирской** улице, совершенно провинциального типа, очень хорошо описанной Гончаровым в

"Обломове", приходим, миновав Новый арсенал, в пригородную местность, носящую название Полюстрово - от близлежащего селения, в котором находятся железистые минеральные воды, ныне заброшенные, но в то время довольно усердно посещаемые. Полюстрово, около которого часто бродят группы цыган, отделяется от Невы обширным парком, с искусственными развалинами средневекового замка и с великолепным домом с башенками графа Кушелева-Безбородко. К этому дому в пятидесятых годах подъезжали и подплывали многочисленные посетители, привлекаемые гостеприимством хозяина, сделавшегося первым издателем "Русского слова" и любившего играть роль мецената. У него, между прочим, бывал Александр Дюма-отец, во время посещения им Петербурга перед поездкой по России, послужившей поводом для ряда совершенно неправдоподобных выводов и рассказов в описании им своего путешествия. Свойственник домохозяина, один из довольно известных в пятидесятых годах поэтов, усиленно предававшийся "бесу пьянства", на одном из таких

"От академии* мы сворачиваем вправо и по длинной Симбирской** улице, совершенно провинциального типа, очень хорошо описанной Гончаровым в

"Обломове", приходим, миновав Новый арсенал, в пригородную местность, носящую название Полюстрово - от близлежащего селения, в котором находятся железистые минеральные воды, ныне заброшенные, но в то время довольно усердно посещаемые.

Полюстрово, около которого часто бродят группы цыган, отделяется от Невы обширным парком, с искусственными развалинами средневекового замка и с великолепным домом с башенками графа Кушелева-Безбородко. К этому дому в пятидесятых годах подъезжали и подплывали многочисленные посетители, привлекаемые гостеприимством хозяина, сделавшегося первым издателем "Русского слова" и любившего играть роль мецената. У него, между прочим, бывал Александр Дюма-отец, во время

посещения им Петербурга перед поездкой по России, послужившей поводом для ряда совершенно неправдоподобных выводов и рассказов в описании им своего путешествия.

Свойственник домохозяина, один из довольно известных в пятидесятых годах поэтов, усиленно предававшийся "бесу пьянства", на одном из таких обедов, сильно нагрузившись уже за закуской, после настойчивых намеков о желании присутствующего светского общества услышать какой-нибудь экспромт, встал, пошатываясь, и к ужасу хозяина произнес:

"Графы и графини! Счастье вам во всем, мне ж - в одном графине, и притом большом"

- и грузно опустился на свое место".

*Медико-хирургической

**ныне ул. Комсомола

из воспоминаний о Петербурге 1850-60-х годов Анатолия Кони - юриста, судьи и общественного деятеля, действительного статского советника. Другие фрагменты будут здесь:

#петербурганатолиякони