5 апреля экипаж космического корабля "Орион" отвечал на вопросы школьников. Верю, и взрослым это тоже будет интересно.
Уже не знаю, позволяет ли Яндекс делиться тем, что было в Ютубе в прямой трансляции, так что просто перескажу. :)
Немного о миссии
Полвека назад человек уже летал к Луне. Казалось бы, сегодня это должно быть проще. Технологии мощнее, компьютеры умнее, опыт — огромный. И всё же миссия Artemis II начинается с парадокса: люди снова отправятся туда, где всё уже было полвека назад… но в системе, которая ещё не прошла полный путь с экипажем.
К миссии прикован интерес всего мира, в том числе огромное количество детей - и младших и старших школьников. Ниже поделимся их вопросами.
Но, конечно же, сразу скажу, что всех нас волнует приземление. Самый тревожный и в то же время честный момент — это тепловой щит корабля Orion. После беспилотного полёта Artemis I инженеры заметили не совсем ожидаемое поведение его поверхности при входе в атмосферу. Не катастрофу, не отказ — но и не идеально предсказанный результат. И теперь этот же тип щита должен защитить людей при возвращении со скоростью около 40 тысяч км/ч, когда корабль буквально проходит через раскаленную плазму.
И здесь возникает главный вопрос, который редко задают вслух: почему летят сейчас, а не «когда всё будет идеально»?
Потому что в космосе не бывает «идеально проверенных» систем. Любая новая архитектура — это шаг в неизвестность. Разница лишь в том, насколько этот риск понят, просчитан и принят. В случае Artemis II инженеры знают, что произошло, понимают физику процессов, вносят изменения — и считают, что уровень риска находится в допустимых пределах.
Астронавты это тоже понимают. Именно поэтому Artemis II — это не «репетиция перед настоящей миссией». Это и есть настоящий полёт. Первый пилотируемый полет к Луне за более чем 50 лет.
Когда астронавтов миссии Artemis II начали спрашивать дети, получилось неожиданное: простые, почти наивные вопросы порой превращались в серьезные ответы. Потому что через них лучше всего видно, что этот полёт — не только про «романтику космоса», а про жизнь в среде, где не работают привычные законы.
Массаж сердца
Один из первых вопросов был, на удивление, про непрямой массаж сердца.
Задала его девочка Дия из Масасагуа, Онтарио. Суда по очень детскому голосу, скорее всего первоклассница.
И действительно, как делать его в невесомости? Оказывается в корабле нужно иметь такое место, чтобы оба человека - и делающий массаж и пациент - могли иметь прочную опору. Таким образом, это должно быть какое-то "узкое место" в корабле. И это предусмотрено. Астронавты и правда проходят тренинги по тому, как все это сделать максимально эффективно. Они тут же решили продемонстрировать это на практике, правда оговорившись, это данное место - одно из трёх в капсуле "Орион", при этом оно наименее удобное, но единственное, которое можно показать через камеру.
Вода в невесомости
Например, вопрос: почему вода в космосе становится шариком?
Задал Паркер из Эбсли, Онтарио
На Земле жидкость растекается, потому что её тянет вниз гравитация. В невесомости «вниз» исчезает, и начинает доминировать поверхностное натяжение — сила, которая стремится сделать поверхность минимальной. Самая «экономичная» форма — шар. Красиво, почти как в учебнике. Но на практике это означает, что вода может висеть в воздухе и попасть куда угодно — в приборы, в глаза, в дыхательные пути. Однако, судя по поведению космонавтов, видно, что сейчас корабль гораздо больше защищен от "водношариковых проблем", чем раньше. Видно было, что они не очень переживают, если небольшие шарики улетают в неизвестном направлении.
Отсюда естественно вытекает следующий вопрос: что вы вообще едите?
Еда
Это был вопрос от Студенса из Саникилоуака, Нуновут.
В космосе нельзя позволить себе крошки — они разлетятся и могут попасть в оборудование. Поэтому хлеб заменяют на лепёшки, напитки герметично запакованы, а еда часто липкая или плотная. Даже кофе — это не кружка на столе, а аккуратная система, где каждая капля должна оставаться под контролем. Простая бытовая вещь превращается в инженерную задачу.
Астронавты показали разные пакетики с дегидрированной пищей, а также с заново гидратированной. И позавчера у них в меню, между прочим, были креветки. Также Джереми Хансен показал кленовый сироп, который он, как истинный канадец, взял с собой на орбиту.
Кристина Кук также пошутила, что, мол, не переживайте, еда из Макдональдса и сыр тоже входят в рацион. :)
Теория заговора
Еще один вопрос, казалось проверял на прочность теорию заговора и идею плоской земли: можно ли из корабля увидеть звёзды?
Его задал Лиам из Элсипогтога, Брунсвик.
Вряд ли вы не слышали, что сейчас огромное количество людей верят, что космос - сплошная фальсификация. Видимо, детям тоже приходится спорить об этом в школе.
Кажется, что в космосе их должно быть видно лучше, чем с Земли. Но на деле всё сложнее. Звёзды есть, но их часто не видно из-за яркого света Солнца или отражения Земли. Глаз просто не успевает адаптироваться. Иногда космос — это не «звёздное небо», а абсолютно чёрная, плоская пустота. Без глубины. Без привычных ориентиров.
Но тогда, когда корабль находится в тени Луны или Земли, звезд видно, как сказали астронавты, не много, а просто невероятно много, так что невозможно различить созвездия. Всё небо соткано из звезд. И они совсем не мерцают.
Серп
А вот вопрос, который почти никто не задаёт взрослым, но задают дети: можно ли увидеть Землю как серп?
Вопрос был задан по-французски, и ребенка также представили по-французски, так что, извините, не смог разобрать ни имя, ни откуда был звонок.
Да. Земля проходит те же «фазы», что и Луна. В какой-то момент она становится тонкой светящейся дугой на фоне полной темноты. И именно в такие моменты происходит сдвиг восприятия: ты больше не «на Земле», ты смотришь на неё как на объект. Маленький, уязвимый, почти нереальный.
Джереми говорил, что можно наблюдать все фазы Земли, особенно на большом удалении, и что это действительно фантастический опыт.
Геология Луны
В пресс-конференциях НАСА много говорилось о том, что человеческий глаз вместе с приборами может заметить очень многое на Луне, поэтому даже простой облет Луны для геологов особенно важен.
Вопрос задал Джоел из Эмдмонтона, Альберта.
Отвечала в основном Кристина Кук и сказала, что больше всего они хотят рассмотреть Восточное Море, плохо видимое с Земли, так как находится на краю лунного диска. Там существует огромное многообразие кратеров, различных и малоизученных геологических формаций, огромные поля застывшей лавы, и многое другое.
Семьи
Ещё один вопрос, который неожиданно оказался одним из самых серьёзных: как ваши семьи помогли вам подготовиться?
Задала Аделаида из Оттавы, Онтарио. Она приехала непосредственно в студию, откуда велось интервью с астронавтами.
Астроннавты ответили, что что космос — это не только про тех, кто летит. Это про тех, кто остаётся. Члены экипажа говорили, что обсуждали с близкими не только расписание миссии, но и риски, и сценарии, о которых обычно не говорят вслух. Дети продолжают ходить в школу, жизнь формально идёт дальше — но внутри всё меняется. Подготовка — это не только тренировки и симуляции, это ещё и готовность отпустить.
Каникулы
На самом деле там был еще подвопрос - а детям школа дает дополнительные выходные, если папа летит в космос?
Это, конечно, всех рассмешило.
А ответили, что и да, и нет. Просто детям разрешали иногда уходить пораньше, или пропускать школу, чтобы увидеться с кем-то из родителей перед отлетом.
Кино
И на этом фоне почти неожиданно звучит вопрос: какой у вас любимый фильм про космос? Какой выглядит наиболее достоверным?
Задал его Масаб из Ванкувера, Британская Колумбия.
Все сошлись на том, что это Apollo 13. И это показательно. Потому что лучшие фильмы про космос — не про красоту, а про ошибки, давление, нехватку ресурсов и необходимость принимать решения, от которых зависит жизнь.
Как вообще?
Есть и ещё один вопрос, который звучит очень прямо: как вы вообще попали в эту миссию?
Вопрос задал Джексон из Калгари, Альберта, судя по голосу - школьник из младших классов.
Говорил в основном Грегори Уайсмен и рассказывал, что это, конечно же, не про «удачу» или везение и вообще это не про какой-то один фактор. Для большинства из них - это многие годы движения к мечте.
Для некоторых членов это также предыдущие полеты, множество, проверок, тренировок, симуляций, где всё ломается одновременно. Кристина, например, провела больше года на МКС. Отбор в экипаж — это не просто профессионализм, это сочетание навыков, психологии, умения работать в команде и выдерживать ситуации, в которых нельзя позволить себе панику. В каком-то смысле в экипаж попадают не те, кто «лучше всех», а те, кто надёжнее всего ведут себя, когда всё идёт не по плану.
Оказалось, что для Джереми Хансена - это была мечта детства. Именно ради этого он пошел в Канадские ВВС и в итоге оказался в миссии "Артемида-2".
Сам он в конце концов пошутил: "Но я всё еще не так хорош, чтобы делать водяные шарики в космосе",
Интервью завершилось, а работа продолжается.
Все мы с нетерпением ждем их возвращения и верим, что и космос, и наука, и общение людей будет служить делу мира и гармонии на Земле.
- Расскажите, следите ли вы за миссией "Артемида-2"?
- Какой вопрос вы бы задали астронавтам, если бы у вас был шанс?
Делитесь, пожалуйста, в комментариях. И до встречи в следующих статьях!