Иногда вы пойманы на собственную честность. Хочется сказать: «я не уверен», но язык застревает где-то между горлом и гордостью. Особенно если рядом человек, который ждёт от вас твёрдости. Родитель, коллега, партнёр. Кажется, стоит показать неуверенность — и доверие рухнет. Поэтому мы изображаем спокойных, решительных, а потом удивляемся, почему разговоры превращаются в войну. Хотя на самом деле нам просто хотелось сказать: «я сомневаюсь». Сомнение само по себе — не опасно. Оно честнее уверенности, когда та натянута. Опасно то, как мы его подаём. Впопыхах. В форме обвинения. Или тихим вздохом, который собеседник не замечает. В детстве нам редко объясняли, что сомнение — не слабость. Нас учили быть уверенными, знать ответы, “не подводить”. Публично сомневаться — значит рисковать репутацией. Отсюда и привычка прятать неуверенность под раздражение или сарказм. Проблема в том, что накопленные сомнения не исчезают. Они выстреливают в самый неудобный момент: когда решается судьба проекта, раз