Вопрос, который редко задают напрямую: были ли в Советском Союзе народы, полностью избежавшие сотрудничества с нацистами? Или война затронула всех без исключения? Если опираться на факты, картина оказывается куда сложнее и неприятнее, чем хотелось бы.
Военный коллаборационизм в годы Великой Отечественной войны приобрёл масштаб, который не имеет аналогов в мировой истории. По разным оценкам, через службу в вермахте и структурах СС прошли более 1,2 миллиона советских граждан. Цифра огромная. И она сразу ставит под сомнение распространённое представление о том, что предательство было редким исключением. Разумеется речь идёт об отдельных (не самых хороших) представителях, а не о народах целиком.
Но означает ли это, что не осталось ни одного народа, чьи представители не оказались по ту сторону фронта?
Такие народы есть, и о них я расскажу далее. Про них не забывали в советское время, помнят о них и сейчас.
Важно понимать: СССР воевал не только против Германии. Как и в 1812 году против Наполеона, в этой войне против Советского Союза выступала фактически вся Европа. В составе гитлеровских войск были не только союзники Рейха - Италия, Венгрия, Румыния, Финляндия, Болгария, Словакия, Хорватия - но и многочисленные добровольческие части, сформированные из жителей оккупированных территорий. Среди них были и граждане СССР, которых делили по национальному признаку.
Но здесь возникает важный момент. Эти подразделения далеко не всегда отправляли на передовую. Немцы не доверяли им полностью. И это неудивительно. Поэтому чаще всего их использовали в тылу - для охраны складов, железных дорог, коммуникаций, а также в карательных операциях против партизан. Именно такие «вспомогательные» формирования постепенно заменяли немецкие части, которые перебрасывались на фронт, где ситуация становилась всё тяжелее.
И вот здесь стоит задать неприятный вопрос: сколько же людей прошли через эти структуры? Точных данных нет и, скорее всего, уже не будет. Но историки, получив доступ к архивам в 1990-е годы, смогли дать приблизительные оценки. Они выглядят так.
Около 350 тысяч русских, среди которых до 80 тысяч казаков. Примерно 280 тысяч прибалтов. Около 250 тысяч украинцев. До 180 тысяч выходцев из Средней Азии. Десятки тысяч представителей других народов: 38 тысяч азербайджанцев, 30 тысяч армян, 29 тысяч грузин, 28 тысяч северокавказских горцев, 21 тысяча белорусов, около 20 тысяч крымских татар. Эти цифры заставляют задуматься: это действительно добровольный выбор или вынужденная мера?
Историческая справка: в годы войны на территории Польши в 1942 году был сформирован легион СС «Идель-Урал» численностью до 40 тысяч человек, куда входили представители народов Поволжья и Приуралья - татары, башкиры, чуваши, марийцы, мордва и удмурты.
Отдельно стоит вспомнить Калмыцкий кавалерийский корпус, созданный в том же 1942 году, численностью до 3,6 тысячи человек. А если говорить о процентном соотношении, то наибольшую долю коллаборационистов дали латыши - 10,7% от населения, эстонцы - 9,1% и крымские татары - 7,6%. Эти цифры часто используют в спорах, но важно понимать контекст, в котором они возникли.
И вот здесь начинается самое важное. Большинство из этих людей не были идейными сторонниками нацизма. Немцы активно формировали новые подразделения из военнопленных, потому что сами испытывали серьёзный дефицит живой силы. Условия в лагерях были настолько ужасными, что многие соглашались на службу просто ради выживания. Это не было свободным выбором. Это было решение между смертью и шансом выжить.
Тем не менее, были и те, кто сознательно шёл на сотрудничество. Прежде всего это люди, которые считали себя врагами советской власти. Среди них - часть казаков, переживших репрессии, представители прибалтийских народов, недавно вошедших в состав СССР, а также некоторые тюркоязычные группы. Немецкое командование даже называло их «союзниками» в борьбе против коммунизма.
Но здесь важно не забывать: нацистская политика не предусматривала равноправия. Даже для этих «союзников». В планах Рейха значительная часть населения должна была быть либо ассимилирована, либо уничтожена, либо переселена. Это подтверждают исследования историков, в том числе Юлии Кантор. Получается парадокс: люди, надеявшиеся на освобождение, в реальности становились инструментом в чужой игре.
И ещё одна категория - те, кто просто пытался выжить, меняя сторону в зависимости от ситуации. В 1941 году они могли служить немцам, а после перелома в войне переходить к партизанам или вступать в движение Сопротивления. Таких было немало, и далеко не всех удалось выявить после войны. Это ещё один слой сложной и противоречивой реальности той эпохи.
Так был ли хотя бы один народ, который полностью избежал сотрудничества с врагом?
Ответ звучит неожиданно. Практически нет. В условиях тотальной войны, оккупации, голода и террора представители почти всех народов СССР так или иначе оказались вовлечены в эту трагедию. Но есть исключение.
И всё же одно исключение, пусть и условное, назвать можно. Речь идёт о коренных народах Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока. Именно они практически не были представлены в коллаборационистских формированиях Третьего рейха. Причина здесь в географии и обстоятельствах. Эти территории не были оккупированы, их население не попадало в массовом порядке в плен, не оказывалось в лагерях и не сталкивалось с тем выбором, перед которым ставили людей на захваченных землях.
Сами эти народы немногочисленные, но играют огромную роль в национальном составе нашей страны. Причём речь идёт не только о событиях XX века, но и о более глубоком культурном наследии. Уже 30 апреля в России впервые отметят новый государственный праздник — День коренных малочисленных народов Российской Федерации, учреждённый в 2025 году.
И это не формальная дата. Вокруг неё уже запускаются конкретные проекты, направленные на сохранение языков и традиций. Один из них — Всероссийский конкурс видеороликов «Говорят языки Севера», организованный Федеральным институтом родных языков при поддержке Минпросвещения России.
Суть конкурса проста и в то же время важна: показать языки и литературное наследие народов Севера, Сибири и Дальнего Востока через живой формат — видео. Причём участвовать могут практически все: от дошкольников и школьников до студентов и педагогов. Номинации охватывают разные форматы. Это и «Голос предков» — исполнение произведений на родных языках с переводом, и «Северный образ в русской речи» — чтение текстов о Севере, и «Диалог культур» с театрализованными постановками, и «Семейная сага», где участвуют целые семьи, рассказывая о традициях. Отборочный этап проходит до 30 апреля, а победителей объявят 20 мая.
Будет о чём рассказать, если тема конкурса коснется событий ВОВ, ведь среди народов Севера, Сибири и Дальнего Востока многие служили разведчиками, снайперами, связистами. Их навыки выживания, ориентирования в сложной местности и меткой стрельбы оказались крайне востребованы. Представители ненцев, якутов, эвенков, чукчей и других народов воевали на разных фронтах, нередко проявляя исключительное мужество.
Один из известных примеров — Семён Номоконов, эвенкийский снайпер, уничтоживший сотни солдат противника и ставший легендой фронта, я уже делал о нём статью на своём канале.
Если смотреть шире, становится ясно: коллаборационизм в СССР был не столько национальным явлением, сколько следствием условий войны. Там, где приходила оккупация, где рушилась привычная жизнь, где человек оказывался между голодом и смертью, там и появлялись случаи сотрудничества с врагом. И наоборот - там, где фронт не проходил и не было прямого давления, таких явлений практически не возникало. Поэтому попытки объяснить всё «особенностями народов» не выдерживают критики.
Историческая справка: на оккупированных территориях СССР действовали сотни лагерей для военнопленных, где смертность в первые годы войны достигала катастрофических масштабов. По разным оценкам, из более чем 5 миллионов советских военнопленных погибли около 3 миллионов человек - в основном от голода, болезней и тяжёлых условий содержания. Именно эти условия во многом толкали людей на сотрудничество.
После войны судьбы тех, кто оказался по ту сторону фронта, сложились по-разному. Людей, причастных к карательным операциям, убийствам мирных жителей и борьбе с партизанами, судили. Многие из них были казнены по приговорам советских судов. Другие получили длительные сроки лагерей. Но была и третья категория - те, чья вина не была доказана или считалась менее тяжёлой. Они также прошли через лагеря, но затем возвращались к обычной жизни.
И вот здесь возникает ещё один важный и неудобный вопрос: что происходило дальше? Ведь эти люди возвращались в те же города и сёла, где жили рядом с фронтовиками, с орденоносцами, с теми, кто прошёл войну на передовой. Они работали на заводах, в колхозах, заводили семьи. О прошлом старались не говорить. Оно оставалось где-то внутри, за пределами официальной памяти.
В одном дворе могли жить два человека одного возраста: один - герой войны, другой - бывший «вспомогательный полицейский» или охранник склада у немцев. И это тоже часть нашей общей истории, какой бы неудобной она ни была.
⚡Ещё материалы по этой статье можно читать в моём Телеграм-канале: https://t.me/two_wars
Со временем ушли из жизни и те, и другие. Свидетелей становится всё меньше, а значит, всё больше зависит от того, как мы сами будем понимать и объяснять эти события. Упростить их до чёрно-белой картины не получится. Слишком сложной была эта война, слишком много в ней было трагедий, сломанных судеб и тяжёлых выборов.
И, пожалуй, главный вывод здесь в том что нет каких-то "хороших" или "плохих" народов, это всё манипуляция фактами. А вот плохие люди к сожалению были, да и сегодня их хватает.
Это Владимир «Две Войны». У меня есть Одноклассники, Телеграмм. Пишите своё мнение! Порадуйте меня лайком👍
А как Вы считаете, представители каких народов также никогда не были на службе у немцев?