Исход Второй мировой войны мог сложиться кардинально иначе. Исторические свидетельства говорят о выжидательной позиции стран антигитлеровской коалиции, наблюдавших за смертельной схваткой СССР и нацистской Германии. Даже когда превосходство советских войск стало очевидным, Великобритания и США не горели желанием активизировать боевые действия. Реальной была перспектива подписания отдельного соглашения с Германией.
Этому драматическому сюжету, кстати, уделено внимание в фильме «Семнадцать мгновений весны», где разведчик Штирлиц противодействует подобным планам союзников.
Эти события – не художественный вымысел, а исторический факт, хотя проявившийся в несколько ином ключе.
Переговоры Даллеса с Вольфом
Как указывает Н.В. Лебедев в работе «Крах тайной дипломатии», руководитель Управления стратегических служб США Аллен Даллес в марте 1945 года тайно искал контакты с представителями немецкого командования. Связь была установлена с обергруппенфюрером СС Карлом Вольфом, командовавшим силами СС в Италии. Посредниками выступили начальник швейцарской разведки Вайбель и барон Парилли, связанный с папским престолом.
Встреча американского дипломата и высокопоставленного эсэсовца состоялась в марте 1945-го; её результатом стала договорённость об операции «Санрайз».
Даллес имел полномочия представлять и британские интересы. Вольф, разумеется, не обладал всей полнотой власти, контролируя лишь итальянский регион.
Тем не менее, эти переговоры могли иметь далекоидущие последствия, включая сепаратный мир между западными союзниками и Германием. Предпосылки для этого существовали.
Карл Вольф стремился обеспечить беспрепятственный отвод германских войск из Италии на родину, без давления со стороны англо-американских сил. Даллес соглашался на эти условия.
Со своей стороны, американец требовал прекращения боевых действий против войск союзников на Западном фронте.
Таким образом, даже без формального мирного договора, противостояние между западными странами и Германией могло прекратиться. Фактически, война продолжалась бы лишь между СССР и Третьим рейхом. США, конечно, сохранили свой тихоокеанский фронт против Японии, но в Европе ситуация изменилась бы кардинально.
Причины срыва договоренностей
Их было три. И хотя роль Сталина была крайне значительной, начинать следует с другого.
Во-первых, из Италии неожиданно был отозван фельдмаршал Альберт Кессельринг, который обладал авторитетом для обсуждения перемирия на всем Западном фронте и в значительной степени прислушивался к мнению Карла Вольфа.
Его преемник, Генрих фон Фитингхоф, хотя и поддерживал отношения с Вольфом, не находился под его таким влиянием. Цепочка коммуникации между Даллесом и немецким командованием усложнилась и стала менее эффективной.
Во-вторых, Адольф Гитлер узнал о тайных контактах своих генералов с противником. К тому времени власть фюрера уже пошатнулась, но его приказы ещё исполнялись. Несмотря на очевидный крах, Гитлер категорически запретил любые переговоры о мире, возможно, уже приняв решение о собственном конце.
В третьих, советская разведка своевременно раскрыла эти секретные переговоры. И.В. Сталин вступил в прямую переписку с президентом Рузвельтом, о чем пишет Сергей Кремлев в книге «Мифы 1945 года». В итоге Рузвельт заявил, что инцидент исчерпан. Это удовлетворило советское руководство, и вскоре началась Берлинская операция, приведшая к Великой Победе 9 мая 1945 года.
Основной вывод заключается в том, что действия США и Великобритании диктовались их национальными интересами, а не абстрактными идеалами. К счастью, заключению сепаратного мира помешали объективные обстоятельства. В противном случае СССР мог оказаться в крайне тяжелой ситуации, и не исключено, что противостояние продолжилось бы уже с бывшими союзниками.
Если бы операция «Санрайз» увенчалась успехом и на Западном фронте установилось де-факто перемирие, стратегическая картина весны 1945 года преобразилась бы кардинально. Немецкое командование получило возможность перебросить значительные силы с запада на восток для обороны Берлина и центральных районов Германии. Это не изменило бы итоговый результат войны — истощённый Рейх уже не мог победить Советский Союз, — но неизбежно сделало бы штурм столицы и завершающие операции значительно более кровопролитными и затяжными. Красной Армии пришлось бы сражаться не с остатками разгромленных дивизий, а с перегруппированными и усиленными частями вермахта и СС, включая элитные формирования, снятые с итальянского и западноевропейского театров военных действий.
Политические последствия такого развития событий были ещё более серьёзными. Фактический сепаратный сговор создал прецедент «общего дела» Запада и части немецкой элиты против СССР уже в последние недели войны. Это заложило глубокое недоверие в основу послевоенного мироустройства. Вопрос о послевоенной оккупации Германии, который на Ялтинской конференции (февраль 1945) был согласован с большим трудом, оказался полностью перечеркнут. Англо-американские войска могли занять не только предписанные им зоны, но и существенную часть будущей советской зоны влияния, опираясь на «договорённости» с местным немецким командованием. Границы «железного занавеса» в таком случае прошли бы не по Эльбе, а значительно восточнее.
Ключевым элементом в этих гипотетических расчетах западных стратегов была фигура Адольфа Гитлера. Его устранение или отстранение от власти в результате внутреннего переворота (как это и планировалось в ходе переговоров) открыло путь для формирования «приемлемого» прогерманского правительства. Это правительство, сохранив часть административного аппарата и силовых структур, стало естественным союзником Запада в начинающемся противостоянии с Советским Союзом. Таким образом, вместо программы денацификации и демократизации, Запад мог получить в Центральной Европе милитаризованного сателлита, чья враждебность была направлена исключительно на восток.
Однако история не знает сослагательного наклонения. Срыв переговоров, вызванный вмешательством советской разведки и позицией Рузвельта, вернул ситуацию в рамки официальных союзнических договорённостей. Берлинская операция, начавшаяся 16 апреля, стала демонстрацией не только военной мощи СССР, но и политической решимости Сталина добиться безоговорочной капитуляции Германии при полном участии всех союзников. Победа 9 мая была одержана в той конфигурации, которая реально сложилась. Тем не менее, сам факт проведения тайных переговоров в марте 1945 года служит красноречивым свидетельством того, что геополитическое противостояние, известное как «холодная война», начало формироваться не после падения Рейхстага, а в самые последние дни горячей войны, едва не определив её финальный акт иным, гораздо более трагическим образом.
Еще много интересных статей на канале в МАХ Загадки истории