"Первая проталина, похороны Сталина, гипсовую статую сняли втихаря-а-а..." Да, у нас протаяло, в связи с чем не могу не вспомнить не только песню, но и саму мятежно-лирическую группу "Любэ", просто горячо любимую мною, а кинорежиссером Никитой Михалковым не просто. Он ни много ни мало окрестил «Любэ» русскими "битлами" и даже записал с ними песню «Мой конь», дуэтом с Николаем Расторгуевым.
Музыка производства «Любэ» - Игоря Матвиенко. Стихи 1940 года, автор – белогвардейский офицер Николай Туроверов, участник Первой Мировой, Гражданской. В ноябре 1920 покинул Крым на корабле, вывозившем российских граждан и военнослужащих русской армии в эмиграцию. Во время Второй мировой сражался против Германии в рядах французских войск. Стихи трагические, история тяжелая, мелодия в духе, и в целом песня удалась. Можно сказать, что песня даже была экранизирована. Вспомните "Служили два товарища", сцену прощания поручика Брусенцова с конём Абреком, и сразу всё поймете.
В нашем доме жил один меломан, что-то среднее между писателем и журналистом, в газеты и журналы всё по истории музыки валял. Всегда слегка пьян, но в теме был Бог. Так вот он утверждал, что изначально группа называлась "Любе" и все песни тайно посвящались неизвестной по имени Люба. Кем она приходилась участникам группы - менеджером, поварихой или музой - не установлено. Человек-символ, женщина-миф.
Но народ, естественно ничего не зная о символической Любе, упорно ставил ударение на второй слог. Получалось ни хорошо, ни плохо, надо было что-то решать. И музыканты пошли на поводу у фэнов, только название для мелодичности чуть доработали, заменив последнюю букву - Любэ. Как утверждал наш писатель - с одобрения неведомой Любы.