Безбрачие никак не противоречит тому, чтобы монахиня брала на попечение ребёнка при определённых обстоятельствах, рассказал в беседе с RT зампред синодального отдела по взаимоотношениям церкви с обществом и со СМИ Вахтанг Кипшидзе.
«Очень многие приюты при монастырях юридически существуют как усыновление той или иной монахиней, в том числе настоятельницей, тех детей, которые потом поступают в этот приют», — поделился он.
По словам Кипшидзе, несмотря на обет безбрачия, в истории европейской культуры при монастырях существовали приюты для детей.
«Поэтому безбрачие, как показывает эта долгая история, никоим образом не противоречит тому, чтобы монахини имели возможность при определённых обстоятельствах брать на попечение детей, оставшихся без родителей», — пояснил он.
Конечно, нахождение в приюте при монастыре, скорее всего, в полной мере не может заменить ребёнку отношения с матерью, продолжил собеседник RT.
«Но, вместе с тем, определённые функции семьи приюты на себя берут. Отношения в церковной общине строятся на том, что никто не является другому чужим человеком. При некоторых монастырях есть и школы для детей», — подытожил он.
Ранее священник Владислав Береговой пояснил, равнозначны ли общая и частная исповеди.