Заслуженный артист России, автор и исполнитель таких известных песен, как "Скрипка-лиса", "Желаю тебе", "Зеленые глаза", празднует свое 70-летие. В интервью ТАСС Игорь Саруханов рассказал о 40-летии творческой деятельности, юбилейном сольном концерте 30 апреля в Москве и о том, как его песни продолжают жить и находить отклик у новых поколений слушателей
— Что для вас значит 70 лет?
— Это число меня скорее удивляет. В детстве мне казалось, что 70 лет — это уже глубокая старость. А сейчас я сам стою на сцене с гитарой, с длинными волосами и продолжаю жить активной жизнью. Честно, эта цифра у меня до конца не укладывается в голове, но она совершенно не мешает жить. Думаю, секрет в том, чтобы заниматься тем, что любишь. Тогда возраст перестает иметь значение. Каждый раз, выходя на сцену, понимаю: моя мечта продолжается.
— Скоро у вас юбилейный концерт, он состоится 30 апреля. Каким он будет?
— Это будет мой большой сольный концерт. Я нашел точную копию гитары, на которой играл тогда, в начале пути — для меня важно воссоздать ту атмосферу. Я очень люблю песни, которые мы исполняли с группой "Круг", и я рад, что могу сохранить эту историю. Концерт продлится около двух с половиной часов.
— В последние годы в музыкальном пространстве наблюдается рост интереса у молодежи к музыке 1990-х годов. Ощущаете ли вы это?
— Я ярко ощущаю этот взрыв интереса на себе. Недавно во дворе ко мне подошли около 30 дворников: собрались у гаража и буквально не дали выехать, пока я не выйду и с ними не поговорю. Я вышел, со всеми поздоровался: они начали рассказывать, как тепло относятся к моим песням. Еще два-три года назад такого не было. Думаю, это связано с качеством материала. Песни живут долго, если они сделаны правильно. У меня есть композиции, которым 25, 30, 40 лет, например песни "Позади крутой поворот", "Желаю тебе", "Зеленые глаза", — и они до сих пор звучат актуально. Потому что в них есть то, что откликается людям: простые, понятные человеческие чувства и желания. При этом невозможно заранее понять, станет ли песня хитом. Я написал десятки песен и каждый раз не знал, какая из них выстрелит. Это всегда происходит неожиданно.
— Есть ли у вас недавно написанные песни, судьба которых сейчас решается?
— У меня появилось новое произведение "Показалось мне", которое, как мне кажется, имеет потенциал стать хитом. Я решил записать эту песню в дуэте, но не с популярной артисткой, а с близким мне по духу человеком. Это моя бэк-вокалистка Настя Сихварт — профессиональный музыкант, с хорошей школой и тем самым олдскульным подходом, когда слушатель ясно слышит текст. Мы записали песню, начали ее продвигать, и сейчас у нее очень хорошие показатели. Я долго ждал, когда появится новая работа, которая действительно откликнется у слушателей, и, кажется, это как раз тот случай. 9 марта у нас прошли съемки клипа. У меня большая команда, которая занимается продвижением: от студии до людей, которые следят за статистикой и развитием песни. И когда ко мне во двор приходят люди и не отпускают, пока я с ними не пообщаюсь, — это и есть главный показатель того, что музыка продолжает жить.
— Планируете ли вы еще проекты с молодыми артистами?
— Конечно, но здесь важно не торопиться. Нельзя все комкать — нужно время. Как хорошее вино должно выдержаться, так и песня должна прожить свой этап. Нельзя выпускать одну композицию и сразу перекрывать ее другой: должен быть период продвижения. Этот принцип существовал еще в 1980-е годы: выпускалась одна песня и раскручивалась в течение года. Тогда, например, огромную роль играла программа "Утренняя почта": если ты там появлялся с удачной песней, на следующий день становился популярным.
— У вас была история, связанная с "Утренней почтой". Тогда в одном из выпусков программы вы услышали фразу ребенка, которая вдохновила вас на новую песню. Расскажите об этом случае подробнее.
— Это было в конце 1980-х годов, в Калининграде. После "Утренней почты", где звучала моя песня, шла местная передача с поздравлениями. Там выступал маленький мальчик и, немного шепеля, сказал: "Я желаю своей маме из тысячи игрушек — самую мягкую". Эта фраза меня зацепила.
Так, пазл сложился, и появилась песня "Желаю тебе". В тот же день я спел ее под гитару: без репетиций, прямо в конце концерта. Это был большой зал Дворца спорта. Я просто сказал зрителям: "Сегодня утром написал песню, хотите — спою?" Они согласились, и я исполнил ее на прощание. Потом уже дома записал, сделал аранжировку — и в итоге композиция стала "Песней года".
— Можно ли сказать, что такие случайные истории сильно влияют на творчество?
— Я считаю, что из этого все и рождается. Иногда не знаешь, о чем писать, и вдруг происходит какая-то жизненная ситуация. Например, у моего друга была история: он тяжело переживал расставание, мы много разговаривали, я пытался его поддержать. Прошло время — он успокоился, а потом вдруг снова загрустил. Я спрашиваю: "Что случилось?" Он говорит: "Она вернулась". И я сразу понял, что это нужно описать. Так появилась песня "Зачем вернулась?", в итоге она стала хитом, хотя я этого, как всегда, не знал заранее.
— Сегодня часто говорят о кризисе авторской песни в России. Вы с этим согласны?
— Мне кажется, это звенья одной цепи. В 80-е годы никакого кризиса не было, были яркие авторы: Юрий Антонов, Вячеслав Добрынин и многие другие. Мы знали этих людей, учились у них, понимали уровень. Сейчас ситуация изменилась. Появилось много поверхностного — часть музыки создается в упрощенном режиме, без знаний, опыта и образования. Иногда доходит до откровенного заимствования. Когда такое происходит, видно, что это системная проблема.
Я сам недавно столкнулся с этим: использовали мою музыку, изменили слова и выдали за новую песню без лицензий и договоров. Сейчас мы разбираемся с Российским авторским обществом, связались с его генеральным директором. В суде такие "музыканты" могут отмахнуться от своего авторства, но я хочу довести дело до конца — не ради себя, а чтобы показать, что обманывать других нельзя. Если удастся добиться решения, это поможет и другим авторам.
— Одну из ваших популярных песен ,"Скрипка-лиса", неправильно протитровали на ТВ. Как такое произошло?
— Забавный случай, на самом деле виноват был сотрудник телеканала ТВ-6, где проходил прямой эфир в 1995 году. Заранее я написал название песни своей рукой: "Скрипка-лиса", указал авторов и хронометраж. Но парень, видимо, подумал, что я ошибся, и набрал в титрах "Скрип колеса". Получилось буквально: лужи, грязь дорог — метафоры и аллегории потерялись. Я тогда объяснил, что образа добра в песне нет, все метафорично, и мы решили оставить правильное название — "Скрипка-лиса". Оно оказалось точным, живым.
— Клип на эту композицию создал Тигран Кеосаян, который ушел из жизни в сентябре прошлого года. Как вы вспоминаете работу с ним?
— Наше сотрудничество было великолепным. Тигран сам написал сценарий, он большой талантливый человек. Тигран вырос на площадке, знал, что такое съемки с детства. Его клип уникален: обычная песня, три минуты, а он уложил ее в шесть минут тридцать, снимали в трех странах, даже финал в Америке, на Таймс-сквер. Он сам вложил деньги, тщательно продумал все. Это профессионализм, внимание к деталям и уважение к музыке. Он был большим человеком и моим другом, мы вместе пережили многое. Например, он помогал на похоронах моего отца — только друзья, не сыновья, могут это делать. Спасибо ему и светлая память.
— Поддерживаете ли вы связь с его вдовой, Маргаритой Симоньян?
— Тигран нас не знакомил. Я понимаю, сейчас у них в семье сложная ситуация, Маргарита борется. Я желаю только сил.
— А что для вас значит любовь к родине и патриотизм?
— Для меня патриотизм — это чувство, которое проявляется, когда ты вдали от дома. Например, когда я был в Нью-Йорке, выступал в студии Манхэттен-центра — зал был полный, публика аплодировала. Мы представляли русскоязычных артистов, показывали клипы и песни, и я скучал по дому.
Впервые побывав в Америке, я понял: когда люди теряют связь со своей родиной, их менталитет меняется, им приходится выживать в чужой среде. Мне это не нравится, я езжу туда только по работе. В остальном выбираю отдых в родных местах: речка, Сочи, Байкал. Любовь к родине для меня — это глубокая, неразрывная связь с местом, где ты вырос, с его атмосферой и людьми.
— Возвращаясь к музыкальной теме: какой вы видите музыкальную индустрию в России через 10 лет?
— Честно, я не знаю. Мне важно видеть людей, подобных мне, которые стоят на страже музыки — не ради себя, а ради молодых музыкантов, которые идут за ними. У меня все есть, я могу ничего не писать, но пишу, чтобы поддерживать их. Мои помощники — воспитанные, интеллигентные, образованные люди, с которыми интересно работать, узнавать их мысли, помогать им. Это и есть мой интерес сегодня: чтобы музыка и новые таланты имели шанс развиваться. Настоящая музыка — это мелодия, поэзия, интеллект.
В заключение хочу пожелать всем добра и настоящей любви — такой, как любит мама, та любовь, которая делает человека добрее и не позволяет обижать других. Когда эта любовь есть в душе, все становится проще и светлее. Я бы еще пожелал людям много знаний: читать и читать — это важно. Современный мир, технологии и все, что он предлагает, требуют, чтобы ты разбирался в этом и понимал правила игры. Сейчас с нами играет искусственный интеллект, и я, наверное, тоже стал его жертвой, но ничего — разберемся. Такие вещи, как мода, проходят, а главное остается вечным: Пушкин всегда будет Пушкиным, Тигран Кеосаян — он был, есть и будет. Надеюсь, и я еще долго буду петь, выходить на сцену, не думая о возрасте: цифра 70 — это просто число. Сегодня возраст стал более современным, технологичным и глобально помолодевшим.