Глава 1. Кофе на вынос
Меня зовут Сергей. Мы с женой Алиной прожили семь лет. Я думал — нормально живем. Работа, дом, дача, кошка. Ремонт сделали. Кредит на машину взяли. Обычная жизнь.
В тот день я пришел с работы раньше. Хотел сюрприз сделать — ужин приготовить. Алина работала администратором в фитнес-клубе. Смены у нее до девяти.
Я зашел в квартиру в шесть. Услышал голоса из кухни.
— ...Да нет, он ничего не знает. — Это Алина. Голос спокойный, как будто о погоде говорит.
— А если узнает? — мужской голос. Низкий, уверенный. Чужой.
Я замер в коридоре. Сумку с продуктами поставил на пол.
— Не узнает. Он доверчивый как ребенок. Скажу, что задержали на работе. — Она засмеялась. Коротко, будто кашлянула.
Я шагнул к кухне. Скрипнула половица. Тишина.
Захожу. Алина стоит у окна. В руке телефон. Лицо спокойное, но щеки красные.
— Сережа, ты рано...
— Кто звонил?
— Да так, подружка Ирка. Проблемы у нее.
Я молча взял ее телефон со стола. Алина дернулась, но поздно. Экран светился. Последний вызов — «Алексей». Не Ирка. Я нажал прослушать голосовое.
«Алин, я без тебя не могу. Давай сегодня, как обычно? Ты придешь или мне у тебя под окнами стоять?»
Я поднял глаза. Алина смотрела в пол. Руки тряслись.
— Сереж, это просто коллега...
— Как обычно? — спросил я. Голос не дрогнул. Удивительно.
— Никак. Он шутит. Мы просто кофе пили несколько раз.
Я положил телефон на стол. Достал пачку сигарет. Я не курил два года.
— Кто он?
— Никто. Просто человек.
— Алина.
— Ну что «Алина»? Хочешь правду? Да, есть мужчина. Он меня понимает. Он меня любит.
Она сказала это так, будто я должен был обрадоваться.
Я повернулся и вышел в коридор. Обулся. Взял ключи.
— Ты куда? — крикнула она.
— Дышать.
Я хлопнул дверью. В подъезде сел на ступеньки. Руки дрожали. Я думал: семь лет. Семь лет я вставал рано, чтобы принести ей кофе в постель. Семь лет терпел ее мать, которая меня ненавидела. Семь лет платил за этот ремонт. За эту машину. За ее шубу. За ее фитнес.
А она кофе пила с другим.
Глава 2. Ужин при свечах для двоих
На следующий день я не пошел на работу. Взял больничный. Сказал, что спина прихватила. Спина действительно болела. Но не та, которую лечат уколами.
Алина ушла утром. Сказала: «Я в клуб, к вечеру буду». Посмотрела на меня виновато. Я кивнул. Не спросил про вчерашнее. Она выдохнула с облегчением и ушла.
Я подождал час. Потом взял ее старый ноутбук. Пароль я знал — дата свадьбы. Наивный.
Залез в почту. Пусто. Она чистила. Залез в историю браузера. Умная — удалила. Но забыла про облако. Фотографии синхронизировались с телефона.
Я открыл папку «WhatsApp Images». И там, среди фото еды и кота, были другие.
Вот она в кафе. Напротив сидит мужик. Лет тридцать пять. Волосы назад зачесаны. Улыбается. Рука его на ее руке.
Вот они в машине. Моей машине. Она на пассажирском, он за рулем. Ее голова у него на плече.
Вот она в белье. Не моем. Красное кружево. Я таких трусов никогда не видел. Фото явно сделано в номере гостиницы — простыни белые, стены дешевые.
Я закрыл ноутбук. Посидел. Открыл снова. Посмотрел даты. Первое фото было полгода назад.
Полгода. Она полгода мне улыбалась. Полгода говорила «люблю» перед сном. Полгода готовила ужины. А после ужина, наверное, ехала к нему.
Я встал. Пошел в спальню. Открыл ее тумбочку. Там лежала коробка. Я ее раньше не трогал — личное пространство. Открыл. В коробке лежал второй телефон. Маленький, дешевый. Заряженный.
Я включил. Мессенджеры. Один контакт в избранном. «Лёша».
Переписка. Я читал и чувствовал, как во рту появляется вкус ржавчины.
«Малыш, сегодня мужа отправила к друзьям в гараж. Приезжай к семи».
«Я купил то масло, которое ты хотела. Привезу».
«Алин, сними видео для меня. Только без лица».
«Ты мой хороший. Уйдешь от него?»
«Скоро. Я обещаю. Он сам догадается».
Я не плакал. Я просто сидел на кровати и смотрел в стену. Час. Два. Потом позвонил другу.
— Димон, ты юристом работаешь?
— Серега? Ты чего голос такой?
— Дим, мне нужен адвокат по разводам.
— Бля. Сочувствую. Когда?
— Вчера. Но узнал только сейчас.
— Приезжай. Без разговоров.
Я положил трубку. Посмотрел на коробку с телефоном. Убрал обратно в тумбочку. Пусть лежит. Я еще не решил, что делать с этой информацией.
Глава 3. Твой ход
Три дня я притворялся, что ничего не знаю. Алина тоже притворялась. Мы разыгрывали спектакль под названием «Счастливая семья».
— Как твоя спина? — спросила она утром.
— Лучше. Спасибо.
— Я сегодня задержусь. Тренировка новая.
— Хорошо. Я ужин сделаю.
Она удивилась. Я никогда не готовил. Но мне нужно было, чтобы она ушла с чистой совестью. Чтобы не заподозрила.
Вечером она ушла в шесть. Надела ту самую красную кофту, которую я подарил на годовщину. Духи новые — не мои. Я даже не знал, какие именно. Запах чужой.
Я подождал полчаса. Вызвал такси. Сказал водителю адрес, который нашел в телефоне. Лёша жил на Юго-Западной. Дорога заняла двадцать минут.
Я вышел у панельной девятиэтажки. Окна третьего этажа горели. Шторы были не задернуты. Я встал под фонарем. Видно было хорошо.
Она сидела у него на кухне. Смеялась. Он что-то рассказывал, размахивал руками. Потом встал, подошел к ней сзади, обнял. Поцеловал в шею. Она откинула голову. Я видел ее лицо. Она была счастлива. По-настоящему. Так, как со мной не была никогда.
Я достал телефон. Сделал несколько фото. Крупно. Чтобы лица были видны. Потом позвонил ей.
Она взяла трубку после третьего гудка. Голос спокойный.
— Да, Сереж?
— Ты где?
— На работе. Тренировка заканчивается.
— Громко у тебя. Слышу мужской голос.
— Это тренер. Инструктаж проводит.
— Понятно. Не буду мешать.
— Спасибо, милый. Я скоро.
Она сбросила. Я посмотрел на окно. Она убрала телефон и снова засмеялась. Легла ему на плечо.
Я поехал домой. Зашел в квартиру. Включил телевизор для фона. Достал ноутбук. Начал писать заявление о разводе. Остановился. Стереть все — нафиг. Переписал заново.
Пришла она в одиннадцать. Зашла в спальню, увидела меня сидящим на кровати. Я не раздевался. Не пил. Не курил. Просто ждал.
— Сереж, ты чего не спишь?
— Садись. Разговор есть.
— Устала очень. Давай завтра.
— Садись, я сказал.
Она села на край кровати. Напряглась. Я достал распечатанные фотографии. Положил перед ней. На первой — она смеется, он ее обнимает. На второй — поцелуй в шею. На третьей — окна крупным планом, виден адрес на табличке.
Алина побелела. Губы задрожали.
— Это... это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю, Алин? Скажи мне. Что я думаю?
— Мы просто друзья.
— Друзья трахаются в гостиницах. Друзья шлют друг другу фото в красных трусах. Друзья обсуждают, когда муж уйдет в гараж.
Она заплакала. Знаешь, я бы поверил этим слезам месяц назад. Сейчас они выглядели фальшиво. Как дешевый сериал.
— Сереж, прости меня. Я дура. Я слабая. Это ничего не значило.
— Полгода — ничего не значило?
— Я запуталась. Он красивый, он внимание дарил. А ты все время на работе...
— Я на работе, чтобы ты могла не работать. Ты сама захотела фитнес, сама захотела машину, сама захотела шубу. Я пахал. А ты — с ним.
— Прости.
— Поздно.
Я встал. Взял с комода папку.
— Вот заявление на развод. Завтра идем подавать. Или я иду один. И тогда я приложу все доказательства. Твои фото, переписку, видео. Твоя мама, кстати, будет в восторге. Она всегда говорила, что я тебе не пара. Теперь она будет права, но по другой причине.
Алина сжалась. Слезы текли по щекам. Я не чувствовал ничего. Пустота. Как будто внутри выключили свет.
— Ты не сделаешь этого, — прошептала она.
— Сделаю.
— Но я тебя люблю.
— Врешь.
Я вышел из спальни. Лег на диване в гостиной. Накрылся пледом. Спал я плохо. Снилось, что я тону в красном кружеве.
Глава 4. Мамино счастье
Утром я проснулся от запаха блинов. Алина стояла у плиты. Улыбалась. Как ни в чем не бывало.
— С добрым утром, Сереженька. Я блинов напекла. С маслом, как ты любишь.
Я сел за стол. Посмотрел на нее. Глаза красные — плакала ночью. Но улыбка приклеенная, как маска.
— Спасибо, — сказал я. — Но заявление я не передумал.
— Сережа, давай не будем спешить. У нас семья. Семь лет. Нельзя все рушить из-за ошибки.
— Ошибка — это когда кофе пересолила. А это полгода измен.
— Я прекращу. Обещаю. Я ему уже сказала, что все кончено.
— Когда? Во сне?
Она промолчала. Села напротив. Взяла меня за руку. Рука была теплая, мягкая. Я помнил эти руки. Как они гладили меня по голове, когда я болел. Как держали меня в загсе. Как сжимали мою ладонь, когда мы смотрели страшные фильмы.
Я выдернул руку.
— Не надо. Поздно.
В дверь позвонили. Я пошел открывать. На пороге стояла ее мать. Та самая, которая меня ненавидела. Нина Павловна.
— Здравствуй, Сережа. Алина мне позвонила, сказала, что ты скандал устроил. — Она вошла без приглашения. Скинула пальто прямо на стул.
— Я скандал не устраивал. Я констатировал факт.
— Какой факт? Что ты ревнивый дурак? Моя дочь тебе верна была. А ты ее в чем-то обвиняешь.
Алина стояла в дверях кухни, плакала. Мать посмотрела на нее, потом на меня.
— Что ты ей сделал? Довел девку до слез.
— Нина Павловна, ваша дочь полгода трахалась с мужиком с Юго-Западной. В моей машине. В гостиницах. У него дома. Есть фото, видео, переписка. Хотите посмотреть?
Мать замерла. Повернулась к Алине.
— Это правда?
Алина молчала.
— Я тебя спрашиваю, это правда?!
— Мам, пожалуйста...
— Дура! — закричала Нина Павловна. — Козел безрогий! Я тебя растила, учила, а ты на сторону побежала. Зачем? Он же тебя обеспечивал. Квартира, машина — все его. На что ты жить будешь?
Вот она, материнская забота. Не о дочери — о деньгах.
Алина разрыдалась. Я стоял и смотрел. Мне было все равно. Я видел этих двух женщин и чувствовал только усталость.
— Я все равно подам на развод, — сказал я спокойно. — Квартиру оставлю вам. Я сниму. Машину забираю. Она на меня оформлена. Алине — ничего. Пусть Алексей ее содержит. Раз он такой внимательный.
Нина Павловна побагровела.
— Ты не посмеешь!
— Посмею.
Я ушел в душ. Закрылся. Встал под горячую воду. Стоял, пока кожа не покраснела. Потом оделся, собрал рюкзак с документами и уехал к Димону.
Глава 5. Петля затягивается
Неделя прошла как в тумане. Я жил у друга. Спал на раскладушке. Ходил на работу как зомби. Коллеги спрашивали, что случилось. Я говорил: «Не выспался».
Алина звонила каждый день. Сначала просила прощения. Потом угрожала. Потом снова просила.
— Сереж, я к психиатру ходила. У меня депрессия. Мне таблетки выписали.
— Рада за тебя.
— Я люблю только тебя. С ним было просто секс. Без души.
— Это даже хуже, Алин. С душой — это роман. А без души — это ты просто шлюха.
Она бросила трубку. Через час перезвонила.
— Ты прав. Я шлюха. Но я хочу все исправить.
— Как?
— Я уволюсь из фитнеса. Сменю телефон. Мы уедем в другой город. Начнем все сначала.
— А с ним?
— Я ему сказала, что больше не приду.
— И он?
— Он сказал, что придет к нам домой и расскажет тебе все сам, если я не вернусь.
— Пусть приходит. Я ему руки выдерну.
Я сбросил вызов. Через минуту пришло смс с незнакомого номера.
«Серега, привет. Это Леша. Не надо скандалов. Алина сама меня добивалась. Она говорила, что ты импотент и что с тобой нет жизни. Просто дай ей развод по-хорошему. И забери ее, она твоя проблема. Мне такая не нужна. Я женат, у меня дети».
Я перечитал три раза. Потом позвонил Алине.
— Твой Леша написал мне. Что ты ему про меня говорила?
— Что? Он написал? Покажи.
— Про импотента. Про то, что со мной нет жизни.
— Сереж, я врала. Я хотела ему понравиться. Я не имела в виду.
— Ты врала ему про меня. А мне врала про него. Ты вообще кому-то правду говоришь?
Она заплакала. Я уже привык к этим слезам. Как к фоновому шуму.
— Он сказал, что ты ему не нужна, — добавил я. — Что у него жена и дети.
— Знаю.
— Знала и продолжала?
— Думала, он уйдет от нее ради меня.
— Идиотка.
Я положил трубку. Набрал адвоката.
— Иван Петрович, давайте завтра подавать. Надоело.
— Документы готовы. Приходите к десяти.
На следующее утро я приехал в суд. Алина тоже пришла. Без мамы. Одна. В черном платье, бледная, с синяками под глазами. Она не спала. Я тоже.
— Сережа, — подошла ко мне. — Давай не будем доводить до суда. Я подпишу все, что скажешь.
— Скажу: развод. Без алиментов. Без дележки. Квартиру я тебе оставляю, но только потому, что не хочу в ней жить. Всё.
— Хорошо.
Она подписала бумаги. Не глядя. Руки дрожали. Я смотрел на ее пальцы — без обручального кольца. Свое я снял вчера. Положил в коробку из-под ее телефона. Рядом с ее вторым телефоном.
Через два часа все было кончено. Мы вышли из здания суда. Апрельское солнце светило в глаза.
— Может, кофе? — спросила она.
— Не пью с незнакомыми.
— Сережа...
— Все. Давай прощаться. Я не злюсь. Я просто устал.
Я повернулся и пошел к остановке. Она стояла и смотрела мне вслед. Я не обернулся.
Глава 6. Пустая комната
Прошел месяц. Я снял однокомнатную квартиру на другом конце города. Купил новую мебель. Не потому что были деньги — потому что старая пахла ею.
Вещи я забрал за один день. Приехал, когда Алины не было. Собрал чемоданы. Забрал кота. Кота она любила, но я купил его. И кормил его я. Так что кот поехал со мной.
В новой квартире было тихо. Ни ее духов. Ни ее голоса. Ни ее лжи.
Однажды вечером позвонил друг.
— Серег, ты как?
— Нормально.
— Правда?
— Не знаю. Не болит уже. Пусто внутри. Как будто вырезали что-то.
— Заживет.
— Заживет.
Через неделю я зашел в старую квартиру — забрать последние вещи из гаража. Алина была дома. С мужчиной. Не с Лешей. С другим. Я его не знал.
Она открыла дверь. Увидела меня. На лице смесь страха и вызова.
— Сережа, это... это Андрей. Мой друг.
— Здравствуйте, — сказал Андрей. Руку не протянул.
— Привет. — Я прошел на кухню. Взял свои инструменты из ящика. Потом повернулся к ней.
— Алин, я за вещами. Пять минут.
Она кивнула. Андрей стоял у стены, скрестив руки. Я собрал коробку. На выходе остановился.
— Удачи тебе, Алин. Правда. Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь.
— Сережа... — Она хотела что-то сказать, но передумала.
— Что?
— Ничего. Прощай.
Я вышел. Сел в машину. Завел. Не поехал сразу. Посидел минуту. Вспомнил, как мы заезжали сюда семь лет назад. Как она смеялась, когда я пытался занести диван. Как мы пили шампанское из пластиковых стаканов, потому что бокалы еще не купили.
Я не заплакал. Слез не было. Было странное чувство — как будто закрыл тяжелую дверь и услышал, как щелкнул замок.
Я поехал домой. К коту. К тишине. К новой жизни.
В подъезде меня встретила соседка снизу, тетя Люба.
— Сергей, а ты развелся?
— Развелся, теть Люб.
— Жалко. Хорошая пара была.
— Казалась.
Я поднялся к себе. Открыл дверь. Кот сидел на подоконнике и смотрел в окно. Я погладил его.
— Ну что, Васька, теперь мы вдвоем.
Кот мурлыкнул. И этого было достаточно.