— На свадьбу, как договаривались, — поднимаясь на цыпочки, шепчу ответ ему в ухо. Со стороны, наверное, мы как влюбленные себя ведем, кошмар! Хотя так и надо. Милана говорила не стесняться, он ведь актер, привыкший к женскому вниманию…
Думает над моими словами, а я не отодвигаюсь, впитываю запах парфюма. Мужской, сладковатый, пьянящий. От Ромы так не пахло.
— Что-то я не понял, а кто женится-то? — внезапно спрашивает мой «кавалер».
Ну Милана, ну Арсен!.. Удружили.
— Мой бывший. Думала, ты в курсе…
Ник поднимает брови, переводя взгляд на пару. Внезапно у него начинает трезвонить телефон. Теперь на нас смотрят все. Особенно злобные взгляды кидает регистратор: женщина за шестьдесят, в зеленом платье с розой на груди. Видимо, за полсотни лет ее работы в ЗАГСе никто не посмел нарушить обряд «отправления корабля под названием «Любовь» в море семейной жизни».
— В такой торжественный день!.. — пытается перекричать трель айфона, — рядом собрались самые близкие и любимые люди!
— Отключи ты его, видишь, мешает! Или свадьбу хочешь сорвать? Завидно, что не тебя выбрал?! — дама слева от меня начинает громко выговаривать, будто это мой телефон заливается, вместо марша Мендельсона. Хочется провалиться сквозь землю.
Рома оборачивается на нас, Орешкина дергает его за рукав.
Ник ошарашенно смотрит на экран, потом на меня и почему-то раздумывает, прежде чем сбросить. Наконец, трель утихает.
— Она ни при чем, это моя вина, — говорит мой спутник злобной родственнице, загораживая меня собой. Приятно удивлена его поступком.
— А теперь, можете обменяться кольцами! — настойчиво продолжает гнуть свою линию "свадебная фея", размахивая подушкой для колец, будто это волшебная палочка.
Вжух! И ты уже муж.
Ник стоит рядом, постоянно косится на мобильник, теребит часы на руке, будто опаздывает. Но еще больше настораживает его странная реакция на происходящее. И тут в голову приходит странная мысль...
Смотрю на Ника, пытаюсь понять, кого затащила на свадьбу. Он, кажется, тоже догадался. Отступаю на шаг, но не дает уйти.
— Мы с тобой… Перепутались... — начинаю, на нас косятся гости. Еще слово, и меня выгонят за дверь, кидая вслед протухшими помидорами.
— Потом, — Ник, или как его на самом деле, слегка приобнимает меня и вежливо улыбается гостям, делая вид, что все хорошо.
Чувствую, как его рука скользит по моей талии и боюсь дышать. А внутри паника, смешанная со странным волнением от его близости. Зря затеяла это шоу… Не место мне здесь, да еще и перед человеком неудобно. Одно дело по договоренности, а тут… Как теперь выпутываться? Если он сейчас свою руку не уберет с моей поясницы, точно в обморок грохнусь. Вспоминаю, как на четыре счета с Миланой успокаивалась: вдох, выдох, пауза. Вдох…
Не помогает.
— Эль, поздравлять идем? — голос лже-Ника возвращает к реальности. Вздрагиваю. Смотрю, как гости по очереди обнимают парочку, а мы в сторонке так и стоим, будто неродные.
— Все уже? Кончилось? — постепенно доходит до меня.
— Ага. Ты проспала самое интересное.
— Давай быстренько уйдем? — предлагаю свалить под шумок. — Ты торопился куда-то...
— Подождет.
Ловлю взгляд Романа. На моем лице все написано: пришла, опозорилась, сбежала. Он кривенько усмехается, ждет, когда я окончательно унижусь.
Ник тем временем подхватывает меня под руку и тащит к новобрачным.
— Дверь в другой стороне, — сквозь зубы и натянутую улыбку, пытаюсь достучаться до слишком активного «кавалера». Но он игнорирует. Иду на ватных ногах.
— Эллочка, милая, спасибо, что пришла! — усмехается Рома, пока Орешкина молча рассматривает моего спутника. У меня язык к небу прирос, не могу ни слова сказать. Какие тут торты из памперсов и таблетки от газиков? Сейчас Ника начнут расспрашивать, и он меня сдаст. Расскажет что я его силой затащила и уйти не позволила. Чувствую, Эллу Борисовну на скорой отсюда увезут, а не на ягуаре.
— Никита, — первым протягивает руку, заметив мой ступор. Ну вот и все, началось… Рома смотрит так, словно тот пустое место, но воспитание обязывает пожать руку. А я окончательно понимаю, что мужчина со мной вовсе не Николай.
— Роман Абрамов. Вы, наверное, слышали про меня. Надеюсь, только хорошее.
— Примите наши соболезнования, — говорит, улыбаясь, и меня из объятий не отпускает.
— Чего?! — Орешкина меняется в лице.
— Поздравления примите, говорю, — поправляется.
— А, спасибо, — Рома в шоке. Несмотря на панику, меня начинает разбирать смех.
— А я, Маша, подруга Эли, — лезет Орешкина. Подруга, значит. Закадычная. Увела у меня мужика и не подавилась!
— Что же столько лет держала в секрете, что у тебя такие замечательные друзья? — состроив удивленную рожицу, спрашивает Ник, поправляя мою прядку, выбившуюся из прически. Молча хлопаю глазами, не могу сконцентрироваться.
— И насколько давно вы знакомы с Элей? — удивляется Абрамов, сжимая тонкие губы. — Ты чего молчишь-то? Отвечай, когда успела любовником обзавестись... — сверлит глазами. Видно, как подсчитывает, наставляла ли ему рога.
— Достаточно, чтобы очень хорошо друг друга узнать, — не слишком уверенно говорю, рассматривая носки туфель. Он уже женат, а я перед ним оправдываюсь.
— Даже очень, очень хорошо… — смеется мой спутник, крепче прижимая меня сильной рукой. И почему вырываться не хочется? Он же несерьезно это все… — Скромница моя, колечком похвастайся, — Ник по-хозяйски кладет руку мне на бедро, уже не вздрагиваю, меня колотит. Делаю вид, что смущенно утыкаюсь ему в шею и шиплю:
— Какое кольцо? Ты че творишь?!
После заявления "жениха" Орешкина бросает красноречивый взгляд на мой безымянный:
— А где колечко-то? Да, не стесняйся, покажи!
— Я все понимаю, не всем золото, бриллианты, — глупо хихикает Орешкина, сканируя мой сжатый кулак без украшений, зато с трусами. — Мы с Ромой не экономили, на заказ делали. — Сует мне в нос палец с обручалкой. Камушек немаленький, Ромка потратился.
— Да вот и я подумал, золото слишком просто, — прищурившись, отвечает Ник и достает из кармана бирюзовую коробочку Тиффани и Ко. Глазам не верю… Мне, видимо, снится все это! — Давай-ка, дорогая, на твоем пальчике лучше смотрится, чем в упаковке.
— Рука за ночь распухла, не налезет! — Понимаю, что в кулаке компромат, отчаянно машу головой.
— Ничего, натянем! — Ник хватает мою ладонь и, нащупывая в ней кусок кружева, быстро прячет в карман своего пиджака.
Что сейчас произошло? Не успеваю сообразить, как открывает коробку, а там что-то невероятное, взгляд не оторвать! В шоке не только я, но и Орешкина. В уме прикидывает количество камушков и цену за этот шедевр.
— Платина и россыпь бриллиантов. Индивидуальный дизайн, прислали из Нью-Йорка, — заявляет Никита, с усилием натягивая на мой безымянный. Видно, что не врет, уж больно доволен собой. Размерчик маловат, но смотрится шикарно! Вот только вопрос: кому это колечко предназначалось? Чувствую бедром, как в его кармане постоянно вибрирует телефон. Не женушка ли названивает, в соседнем зале ожидая свою судьбу?! Дергаю его за руку, намекаю, что пора бы и честь знать.
— Красивое, — с завистью бормочет Орешкина, — я тебе тоже говорила про Тиффани, а ты?
— Маш, не забыла, что твой муж обычный врач, а не олигарх? — рычит злющий Рома, а я начинаю получать удовольствие от происходящего. Но в такие моменты, главное — вовремя уйти, не поддаться соблазну... Пока никто не просек подвох.
— Ладно, еще раз поздравляем. Счастливо вам дожить! В смысле жить долго! — хватаю Ника и тяну на выход.
— Эль, погоди… Тут дело такое, — Рома преграждает путь. Сердце замирает. Неужели, он сейчас скажет, что ему жаль, извинится?.. Я, конечно, не прощу, но позлорадствую. — Ты на колесах? — будто специально не обращает внимания на то, что я не одна.
— Да, у меня новенький Ягуар, — болтаю раньше, чем успеваю подумать.
— О, так это здорово… Не в службу, а в дружбу… Помоги гостей развести до ресторана? Тут рядом… У нас машин на всех не хватает, родственники Машкины из области приехали… Без приглашения.
Возмущаюсь, только молча. А я-то ждала раскаяния. Дурочка!
Бросаю взгляд на Никиту, он озадачен чтением сообщения в мессенджере. Представляю, что его ждет, если на свадьбу опоздал… Надо помочь, он же меня выручил.
— Даже не знаю… — сдержанно говорю, хотя на его наглость следовало бы ответить чем-нибудь нецензурным.
— Ну, Элечка, мы без тебя не справимся! — делает глазки как у кота из Шрека.
— Ладно. Только сначала Никиту провожу. У него дела. Работает много.
— Совсем как я, — хохочет Рома.
— Ты бы ему не доверяла, такие не женятся, только обещают, — поддакивает Орешкина. Сама-то она, конечно, профи по части быстрых свадеб…
— Какие «такие»? — хмурится Ник. И когда успел рядом оказаться?
— Ну… богатые. У вас, наверное, и любовница имеется. Я не осуждаю, конечно, просто предполагаю, — болтает Машка. Видно, когда Бог раздавал мозги, она стояла в соседней очереди: за чужими мужьями.
— Что вы, Машенька... Я осуждаю любовниц. Из подстилок хороших жен не получается. Ну вы-то, конечно, не такая.
— Какая «не такая»?! — в свою очередь, вспыхивает Маша. Рома сжимает кулаки. Попахивает конфликтом, нужно уводить источник провокаций. Но подкупает то, как он защищает меня, потому наблюдаю.
— Вы само очарование и невинность, не так ли? Невеста другой и быть не может.
Гробовое молчание прерывает голос свидетельницы:
— Маш, ну, поехали уже. Выпить хочется.
— Что-то и правда заболтались, — Никита нервно поглядывает на часы.
— Пошли, провожу.
— Встретимся на парковке, — бросает Рома вдогонку.
Киваю и как ошпаренная выскакиваю в коридор, Никита следом. Тяну его за угол, где можно спокойно поговорить. Кто-нибудь из знакомых обязательно за нами увяжется, подслушает и будет сплетнями торговать.
Увожу подальше, убеждаюсь, что мы одни. Меня всю колотит, хочется высказаться, а что говорить не знаю. Мужчина тоже не торопится, но, в конце концов, выдавливает:
— Значит, ты не свадебный организатор? — он смотрит пристально, взгляд красивых глаз будто насквозь пронзает.
Я удивлённо поднимаю брови, не отрывая от него глаз:
— Нет. А ты… ты ведь не от Арсена?
Мы застываем у дверей ЗАГСа, молча разглядывая друг друга — словно два нелепых персонажа вкакой‑то абсурдной пьесе. Оба уже не дети, а ситуация вышла до смешного дурацкая.
— У тебя правда сегодня свадьба? — нарушаю я затянувшееся молчание.
Он молчит несколько секунд, потом нехотя кивает:
— Должна была начаться полчаса назад. Всё это время я, получается, разыгрывал роль твоего спутника.
— Чёрт! — невольно вырывается у меня. — И почему все мужчины вокруг меня норовят под венец свалить?!
— Так этот Рома, к которому ты меня привела на свадьбу… он твой бывший? И женился на твоейподруге? — уточняет он.
— Да, — быстро отвечаю я. — Только «подруга» — слишком громкое слово. Мы просто учились вместе. Сейчас она у него работает медсестрой. Он к ней бегал — пока любимка его не забеременела. Вот и поспешный брак…
— Сочувствую, — тихо произносит он.
— И я. Не повезло ему с бабой, — нервно смеюсь, чтобы сбросить напряжение. — Тебе идти надо, невеста же ждет… Тоже наверное беременная? — зачем-то добавляю. Мне какое дело?
— Не беременная. Совсем, — машет головой.
— Прости, глупо получилось... Ты теперь как будешь объясняться?..
— Улажу. Не волнуйся, — вижу, что Ник не торопится идти. Смотрю на него, размышляю. В голову лезет всякий бред. — А ты меня с кем спутала? Что за Ник?
— А… Да неважно, — отмахиваюсь. Сумку с телефоном в машине оставила. Наверное, Николай уже написал огромное оправдательное письмо, почему не явился на помощь… — Ты иди, может, еще успеете расписаться… Уверена, она тебя любит и простит… Хочешь, с тобой пойду, объясню ей, что ты не виноват? — почему-то слишком грустно говорю я, так что реветь охота.
— Значит, когда любят простить можно все что угодно? — задумчиво спрашивает он.
— Наверное. Но Рому я бы не смогла…
— Ты его все еще любишь?
— Нет, — слишком быстро отвечаю. — Ладно, не стоит меня утешать. Сама справлюсь. Еще раз прости.
— Эль… — берет меня за руку, одергиваю. Ни к чему эти сантименты. У него невеста, я даже гипотетически третий лишний. Опять. Никита смотрит удивленно. — Эм… У тебя… Кольцо.
Вот глупая! Раскатала губу на мужика. А он просто тактично ждал, пока я ему целое состояние верну.
— Боже мой, извини! Забыла… — резко дергаю украшение, пытаясь стянуть. Не двигается, как прилипло. — Вот же… Не день, а ужас! — почти плачу. Кожа краснеет, а толку ноль. — И зачем ты мне его натягивал? Ясно же, что на мою сардельку такое не влезет! Нет. Не идет. Палец опух, ни в какую. Что делать будем?
— Резать? Лучше с пальцем явиться на роспись, чем вовсе без кольца, — на полном серьезе предлагает Никита. Бледнею. Что-то душно… Мне бы воды! Краем глаза замечаю, что он улыбается. значит пошутил. Или нет?!
Не успеваю ответить, из-за угла Орешкина выскакивает.
— Это твой ягуар красный?! Кабриолет? — протягивает, бросая недоверчивые взгляды.
Киваю. Никита растерянно отпускает меня, делая шаг назад.
— Ничего такой... Когда успела? Хахаль что ли купил? Ты же безработная... — тянет «подруга», с завистью посматривая на нас с Никитой. — Хотя, неважно. В общем, я сама хочу на таком до ресторана ехать. Пусть родственники на лимузине добираются, а мы с Ромой с тобой поедем. — Думаю, что Машкиной наглости можно только позавидовать. — И фотосессию устроим на нем, по дороге. Тебе ведь не жалко?
Стою, молчу. Ковыряю носком туфли плитку на полу. Что на такое сказать? «Да, конечно, поезжайте. А я на метро доберусь как-нибудь. Вы еще в салоне первую ночь отпразднуйте, химчистка оплачена. Только ключики завтра дилеру завезите, чтобы мне штраф не выписали за просрочку».
Злость клокочет внутри, думаю послать ее, вместе с Абрамовым. Или увезти в лес и закопать под елочкой? Нет, она беременная. А ребенок не виноват, что его родители имбецилы.
— Соминский! Ты нормальный вообще?! Где тебя черти носили все это время?! Я по всему загсу бегаю, ищу! Телефон обрываю! — вопит длинноногая брюнетка в белом брючном костюме, стремительно приближаясь к нам. Видимо, это и есть настоящая невеста моего «кавалера»...
Сердце уходит в пятки, это конец.
Орешкина навострила уши: чует, здесь что-то нечисто.
— Странная какая-то, первый раз ее вижу, — натянуто улыбается мой кавалер, вполголоса оправдываясь перед Машкой и соображая, куда бежать.
— Маш, ты иди. Я вас с Ромой в ресторан отвезу, — мычу, косясь на решительно надвигающуюся девушку.
— Ну ладно... — уходить не спешит. Ждет, чем кончится. Подеремся или нет?
Никита поспешно принимает решение, о котором мог догодаться только мужчина.
Начало тут
Читать дальше тут
